За исключением того, что после скандала я время от времени начинала нервничать, не наблюдает ли за мной кто-то незнакомый, отпуск прошел спокойно.

Я собиралась помогать на кассе в супермаркете, но вместо этого помогала в месте, где меня было относительно трудно заметить. Это была работа по проверке количества продуктов и товаров повседневного спроса, доставленных ранним утром, их приемке и сверке с запасами, а также по контролю за просроченными или поврежденными товарами и выкладке товаров на полки. В перерывах я также мыла полы и чистила большие холодильники. Конечно, родители отговаривали меня, спрашивая, почему я не отдыхаю, раз уж приехала в отпуск.

— Если не сейчас, то когда же я смогу помочь? Я могу отдохнуть, когда выйду на работу. У меня там не много дел.

Когда-то наша семья владела крупнейшей в Великобритании сетью корейских супермаркетов. В то время у нас был большой склад-офис на окраине Лондона, и мы управляли более чем десятью филиалами. Но теперь эта сеть сократилась до одного небольшого магазина, в котором работают только мои родители и один сотрудник.

И это всё из-за меня.

«…Лучше бы они мне не помогали. Кто я вообще такая?»

Мне вдруг стало не по себе.

«Кто я?»

В самом деле.

«Почему все так охотно жертвуют собой ради меня? Неудивительно, если они будут обижаться на меня всю оставшуюся жизнь».

Я не могу вернуть им бизнес, как не могу вернуться в прошлое. Родители хотели от меня только одного - чтобы я просто хорошо жила. После трех недель отпуска я отправилась в аэропорт. На Гран-при Нидерландов.

Гран-при Нидерландов - это гонка, которая проходит сразу после летнего перерыва, поэтому она была важным переломным моментом, позволяющим увидеть, как команды разработали стратегию на вторую половину сезона во время перерыва.

Это особенно актуально, поскольку здесь можно увидеть результаты корректировки стратегий и модернизации каждой команды, а борьба за очки чемпионата, накопленные в первой половине сезона, становится еще более ожесточённой.

Учитывая особенности трассы «Зандворт» - с её необычайно короткими и быстро повторяющимися кругами, а также дующим с побережья ветром, смешанным с песком, была важна не только стратегия команды, но даже малейшая ошибка со стороны пилота была недопустима.

Подводя итог, можно сказать, что это была гонка, в которой подвергаются испытанию мастерство, стратегия, точность и концентрация как пилотов, так и команд.

К счастью, из аэропорта Хитроу в аэропорт Схипхол в Амстердаме был прямой рейс. Поскольку время полета составляло менее часа, я, естественно, воспользовалась билетом эконом-класса. Честно говоря, я бы ни за что не стала тратить свои деньги на бизнес-класс, будь то пятичасовой или шестичасовой перелет.

Тем не менее, учитывая, что это и без того популярный маршрут, а к тому же еще и сезон Гран-при, цены на авиабилеты значительно выросли.

«Ханна, ты уже богата, не стоит скупиться».

Гарольд, прибывший в Нидерланды на день раньше, остановился в одном из элитных отелей Амстердама.

От Амстердама до Зандворта на машине ехать около часа, но большинство команд предпочитали селиться в Амстердаме и добираться до автодрома на частных автомобилях или вертолетах. Дело в том, что в Зандворте сложно сохранять конфиденциальность.

Отель, в котором остановился Гарольд, обеспечивал тщательную защиту частной жизни: в нем были личный лифт, персонал, прошедший обучение по работе со СМИ, и подземная парковка с прямым доступом к автомобилям. Особенно во время недели Ф1 отель славился тем, что нанимал охранников в штатском, чтобы не допускать фанатов к знаменитым гонщикам.

На самом деле, в большинстве отелей, которые часто посещают знаменитости и VIP-гости, меры безопасности и конфиденциальности настолько строгие, что посторонним людям изначально невозможно попасть на этаж с номерами, используя лифты, предназначенные только для постояльцев. Поэтому, когда я попыталась попасть в номер Гарольд был вынужден спуститься и проводить меня.

— Ханна!

Как только я позвонила, Гарольд сразу же спустился, чтобы провести меня в номер, и был очень рад меня видеть.

— Как прошло это время?

— Нормально. Благодаря тебе. А у тебя?

— У меня тоже…

Мы были в разлуке всего три недели. Посередине произошел один небольшой казус, из-за которого мы несколько раз связывались, поэтому мне казалось, что мы были в разлуке совсем недолго.

«…Что это?»

Но Гарольд, с которым я встретилась спустя три недели слегка изменился.

 

* * *

 

Судя по всему, Гарольд провел отличный летний отпуск. Его кожа приобрела красивый золотистый оттенок. Для гонщика Ф1 такой цвет кожи - редкость. Он рассказал, что все три недели провел в Швейцарии.

— У меня есть членство на курорте Церматт. Там неподалеку есть поле для гольфа.

В лифте Гарольд кратко рассказал, как провел отпуск.

— Я ездил туда-сюда между двумя местами.

Он рассказал, что проводил дни так: отдыхал на курорте в Альпах, играл в гольф, а когда надоедало, отправлялся на лыжную трассу кататься на лыжах на вечных снегах альпийских ледников. Уже от одного этого рассказа перед моими глазами разворачивались роскошные картины.

— Как прошла встреча с семьей, которую ты не видел так давно?

— Все выглядят здоровыми. Мама сейчас в гастрольном туре, так что мы поздоровались по видеосвязи, а отец и братья… ну, они как всегда.

Я вошла в лифт и спросила:

— Никто из них не беспокоился о тебе?

— Беспокоился?

— Ведь ты видел их впервые после аварии.

Хотя он быстро поправился, тем не менее перегрузка в 51G могла привести к мгновенной смерти обычного человека. То, что Гарольд сейчас ходит на своих ногах, можно назвать невероятной удачей. Как отнеслись бы к этой аварии мои родные? В случае с моей семьей… После аварии отец как-то сказал мне:

 

«Оглядываясь назад, мне даже кажется, что, в конце концов, хорошо, что ты ушла из спорта, в таком относительно невредимом состоянии. Ведь теперь мне не нужно больше с тревогой ждать, не увижу ли я в прямом эфире по телевизору твою смерть».

 

Тогда я впервые поняла: отец полностью поддерживал мою мечту, но не был лишен опасений.

— ……

Гарольд на мгновение нахмурился и замолчал.

— Они волновались. Но они же знают, что я гонщик.

Впрочем, его отец полностью поддерживал мечту сына.

— В любом случае… я скучал по тебе, Ханна.

Он сменил тему. С семейного собрания на меня.

— Ты обо мне не думала ни разу за весь отпуск?

— ……

Взгляд, жаждущий любви.

— Можно тебя поцеловать?

Вместо ответа я посмотрела на полусферическую камеру, прикрепленную в углу потолка лифта.

— Когда доберёмся до номера.

Судя по его взгляду, похоже, за время отпуска у него не было никаких романтических приключений.

«Почему?»

Этот вопрос промелькнул в моей голове, как капля воды, ударившаяся о поверхность.

Разве он не набрасывался на меня чуть ли не каждый день во время сезона? Честно говоря, я считала, что Гарольд - сексоголик. Разве не поэтому он нанял себе личную секс-партнершу, даже подписав соглашение о неразглашении? И он продержался целых три недели!? Ведь если бы он просто включил приложение для знакомств, то встретить девушек, готовых провести с ним ночь, было бы проще простого.

«В соглашении о неразглашении ведь нет пункта, запрещающего заниматься сексом с другими людьми».

Но сомнения быстро развеялись сами собой.

«В конце концов, делать это на семейном собрании, где присутствовал даже отец, было бы уже слишком».

Так что если спросить, встречалась ли я с противоположным полом в течение этих трех недель, то ответ будет: нет, ни разу. Зачем заниматься сексом, когда наконец-то наступил период, когда в этом не было необходимости? Так получилось, что мы оказались в состоянии трехнедельного воздержания.

Конечно, я могла бы поддерживать это состояние воздержания годами. Ведь секс не был такой уж важной частью моей жизни. Зачем этим заниматься, если это не так уж и хорошо? Даже если бы его не было в моей жизни, я бы не испытывала сожалений. Для меня секс был чем-то вроде закуски: если она лежит перед глазами, то, может, и потянешься за ней раз или два, но если ее нет, то не станешь специально искать.

Проблема в том, что после встречи с Гарольдом мои взгляды на секс, похоже, изменились.

Для меня эти три недели летних каникул стали временем, когда я осознала то, чего раньше не замечала.

— Я скучал по тебе.

Как только Гарольд открыл дверь и вошел в прихожую, он обнял меня за талию одной рукой.

— Я думал, что сойду с ума от того, что не видел тебя.

Прорычав это, он прижал меня к себе и начал целовать. Во рту было такое ощущение, будто все тает, и я почувствовала вкус, который стал еще более острым после того, как я почти полностью лишилась обоняния и вкусовых ощущений - это был сладкий вкус. Я почувствовала, что язык Гарольда настолько сладок, что я готова сойти с ума. Его поцелуй был настолько сладким и волнующим, что все мое тело словно таяло.

«Как он вообще может целоваться так волнующе?»

У меня возник вопрос.

«Наверное, потому что он много практиковался? Ведь суть обучения - в повторении».

Одновременно с тем, как силы покинули все мое тело, ослабли и ноги, которые его поддерживали.

 

Перевод Light of Love

https://boosty.to/lightoflove21