Впрочем, говорить об «уведомлении о расставании» как-то странно. С самого начала это был годовой контракт, и я просто собиралась сообщить, что не намерена его продлевать. Станет ли мой отказ от продления контракта ударом по психическому здоровью Гарольда? Может, да, а может, и нет. Возможно, всё закончится гораздо проще, чем я ожидаю. Вдруг он скажет: «О, правда? Очень жаль. Ну что ж, тогда мне нужно поскорее найти тебе замену».

«…….»

И вскоре он найдет другую привлекательную девушку с черными волосами. Девушку, которая соответствует его вкусам.

Хотя найти женщину, которая бы соответствовала его вкусам и при этом была физиотерапевтом, будет не так-то просто… Но в крайнем случае можно просто нанять физиотерапевта отдельно, а этой женщине дать другую должность, чтобы она его сопровождала. Почему-то от одной мысли об этом мне стало противно.

«Чего я вообще хочу? Продлить контракт еще на год?»

Внутренний голос шептал, что может, если я останусь еще на год, эти чувства немного улягутся? Еще один год, чтобы разобраться в себе… Я покачала головой.

«Нет. Это будет просто бессмысленное повторение».

Поводом послужило мошенничество, с которым столкнулась моя сестра. Я уже выплатила долг и заработала достаточно денег, чтобы оплатить ее обучение. И не только это. У меня были деньги, чтобы заложить фундамент для своего будущего, и деньги, чтобы обеспечить старость родителей.

«Неужели мне нужно больше?»

Этого было достаточно.

Пришло время остановиться.

Разве я не обещала себе с самого начала, что посвящу этому бессмысленному занятию ровно один год?

«Влюбиться тогда не входило в мои планы».

Но жизнь изначально непредсказуема. Тратить время на тщетную любовь было бессмысленно, и я приняла решение.

«В день окончания Гран-при Сингапура».

Я решила сделать день окончания Гран-при «днем икс», потому что боялась: если скажу раньше, а с Гарольдом что-то случится, я буду винить в этом себя. Ведь в гонке, требующей высокой концентрации, не должно быть ни единого фактора стресса.

То, что в случае его победы на Гран-при Сингапура он станет чемпионом, также сыграло важную роль в моем решении.

«Именно тот день».

Как только я определила «день икс», тяжесть на душе исчезла, словно по волшебству.

* * *

Конечно, то, что я определила «день икс», не означало, что мои сомнения разом исчезли. Время от времени чувства всё же брали верх. В такие моменты меня одолевало искушение остаться еще на один год. Мысль о том, смогу ли я жить, не видя Гарольда после того, как мы так сблизились, проводя вместе каждый день, пыталась загнать меня в пучину страха.

Однако на собственном опыте я уже знала: даже без того, без чего, казалось бы, невозможно прожить, жизнь продолжается. Я думала, что умру, если перестану участвовать в гонках, верила, что без статуса гонщика я - уже не я. Но что теперь? Разве я не живу прекрасно, даже не участвуя в гонках?

Я всё еще остаюсь собой.

«Да и что такого особенного в Гарольде?»

Если я не смогу его видеть, сначала, наверное, мне покажется, что я умру. Я буду часто о нем думать и скучать, но именно способность жить дальше делает вас человеком.

Если вести себя так, будто каждая потеря – это конец света, то жить будет невозможно. Нужно перестать рыть себе яму. Такова была моя жизненная позиция, сформировавшаяся во второй жизни.

«Ты же знаешь, что нельзя цепляться за кошелек русалки. Нельзя вечно жить на спине дракона. Надо слезть с него и ступить на землю. Нужно вернуться в реальность».

Мои доводы были весьма убедительны.

«Опомнись. Стоит только немного подумать, и станет ясно, что Гарольд - не тот парень».

Я же не маленький ребенок, не способный отличить добро от зла, так зачем же я делаю то, что похоже на сование пальцев в мясорубку? Однако мои чувства неустанно шептали:

«Разве ты не пожалеешь? Гонки - это то, что ты была вынуждена оставить. А как насчет этой жизни? Если ты захочешь, ее можно продлить. Честно говоря, если бы ты могла вернуться к гонкам, ты бы без колебаний отказалась от профессии физиотерапевта…»

Каждый раз, когда этот голос подавал признаки жизни, я заглушала его так, словно хватала за волосы человека, вынырнувшего на поверхность, чтобы вдохнуть, с силой толкая обратно под воду. Чтобы он окончательно задохнулся.

Дабы не оставить ни капли сожалений, я решила сделать в Сингапуре все, что хотела бы с ним сделать.

«Папарацци? Скандал? Да пусть пишут, что хотят. В любом случае в следующем году я буду в Англии, так что какая разница».

Главное - не попасться на фото во время поцелуя на улице, верно? Пожалуй, я стала по-настоящему бесстрашной.

* * *

Ханна, которая в Монце казалась погруженной в глубокие раздумья, в Сингапуре стала невероятно веселой. Что же послужило причиной такой перемены в ее настроении? Гарольд не знал ответа, но, видя, что она сияет, сам невольно приободрился. И это несмотря на то, что впереди был Гран-при Сингапура, который он лично терпеть не мог.

«Найдется ли хоть один гонщик, которому нравится Сингапур? Если только он не мазохист...»

Дело было не в том, что ему не нравился сам город, а в том, что гонка проходила в условиях, напоминающих парилку, да еще и ночью, из-за чего от яркого света прожекторов болели глаза. И это еще не всё: трасса была узкой и извилистой, а если случалась авария, ожидание длилось часами… После гонки температура поднималась почти до 40 градусов, поэтому ледяной душ в ванне со льдом был просто необходим.

В любом случае, чтобы подготовиться к ночной гонке, Гарольд, как только прибыл в Сингапур, перешел на обратный режим дня и ночи. Он просыпался около 3–4 часов дня, ел завтрак и обед вместе, ужинал около полуночи, а затем спал с 6 утра до 3–4 часов дня.

Это было сделано для того, чтобы продемонстрировать максимальную концентрацию во время гонки.

В результате Ханна тоже естественным образом стала жить в его ритме. Кроме того, на неделе Гран-при Сингапур был охвачен атмосферой праздника.

Различные VIP-вечеринки и мероприятия брендов проходили до поздней ночи, и, соответственно, магазины тоже работали допоздна. Это было сделано для того, чтобы приспособиться к графику ночных гонок и обслуживать многочисленных посетителей.

Совершенно естественно, как было в Нидерландах и в Монце, Гарольд думал, что Ханна не захочет выходить с ним на улицу посреди ночи. Ведь город был переполнен туристами, приехавшими посмотреть Гран-при.

Но не прошло и трех дней после прибытия в Сингапур, как Ханна, глядя на сияющий золотом ночной пейзаж из гостиной отеля, посмотрела на него и сказала:

— Мне скучно.

— Скучно? Что мне сделать?

— Давай выйдем.

С этими словами Ханна потянула его за собой. Как только они вышли из отеля, их окутал липкий ночной воздух, в котором чувствовался привкус соли. Днем в Сингапуре во время гоночной недели пешие прогулки для пилотов были практически невозможны, но сейчас был рассвет. Хотя не сказать, что людей совсем не было.

Гарольд посмотрел на нее, но она, казалось, не обращая на это внимания, взяла его за руку.

— Давай сначала немного прогуляемся.

Несмотря на то, что они уже столько раз занимались сексом, от её теплой руки по всему его телу пробежала легкая дрожь. Он даже не дышал. Он боялся, что, если проявит хоть какую-то реакцию, Ханна отпустит его руку.

Они немного прогулялись по набережной. Гарольду казалось, что, идя вот так с ней за руку, они стали самой обычной парой влюбленных.

Он почувствовал, что это действительно похоже на свидание. Возможно, это была такая же прихоть, как и в Нидерландах, но, не зная, что это за прихоть, он хотел, чтобы она длилась как можно дольше. И эта «прихоть» продолжалась: Гарольд с Ханной часто наслаждались сингапурскими ночами. Правда, им приходилось выходить поздно ночью, чтобы избежать толпы, и их прогулки длились совсем недолго - меньше получаса.

Когда это продолжалось уже третий день подряд, он почувствовал, что нет более подходящего момента для признания, чем сейчас. С другой стороны, ему было страшно, что это признание разрушит этот прекрасный момент. И он решил: признаюсь, когда закончится Гран-при Сингапура.

Он решил, что они не могут вечно оставаться на параллельных путях.

Для этого ему нужно было как минимум выиграть Гран-при.

«Только так можно будет сохранить лицо», - подумал Гарольд.

Однако, несмотря на то что он побеждал на различных трассах, только на уличной трассе Марина-Бэй в Сингапуре ему еще не удавалось одержать победу.

Трасса Марина-Бэй была одной из немногих, которые ему еще не удалось покорить.

Поскольку из-за особенностей трассы обгон был чрезвычайно сложен, результаты квалификации были очень важны. Но, похоже, Мерлион* был не на стороне Гарольда. В середине третьего сегмента квалификации, как раз когда он начал показывать хорошие результаты, команда отозвала его в боксы.

— Что? Возвращаться в боксы? Почему? Я же отлично иду? - закричал он от досады, чувствуя, что с самого начала все идет наперекосяк.

*Мерлион — это национальный символ Сингапура, мифическое существо с головой льва и телом рыбы, олицетворяющее связь с морем и происхождение названия города.

Перевод Light of Love

https://boosty.to/lightoflove21