— Ты ведь помнишь, в следующий понедельник первая читка?
— Конечно.
Проект то грозили закрыть, то требовали убрать её из состава. Теперь наконец назначили первую читку, и хотя в первых двух сериях реплик у неё было немного, Со Хи зачитала сценарий до дыр. Даже плача, читала лёжа, чтобы слёзы не капали на страницы.
— Только, Со Хи… С трюками справишься?
— С трюками?
— Ты ведь не училась? Вряд ли умеешь… Сценаристка Сим, похоже, сильно разозлилась. То ли из-за того, что мы с Му Ёном так упирались, то ли потому, что проект чуть не рухнул. Говорит, даже с дублёршей хочет, чтобы ты часть сцен сама делала. В кадре так, конечно, красивее… Но сегодня на тебя смотрю — кажется, ещё труднее будет.
От слов о гневе сценаристки сердце ухнуло. Впрочем, раздражалась наверняка не только она. Сериал, которому прочили огромный успех, чуть не сорвался. Каково было готовившим его людям и инвесторам? Со Хи для них наверняка стала бельмом на глазу. Её и без того утвердили с трудом.
— Сделаю. До съёмок ещё есть время, успею поучиться. И тренироваться буду больше… На чём сосредоточиться? Тхэквондо? Бокс?
— Правда?
— Конечно. Я же говорила, что хочу сняться у вас в боевике. Разумеется, подготовлюсь.
Времени немного, но если плотно заняться, хотя бы изобразить сумеет. Нет, по крайней мере опозориться нельзя. От её решительного ответа режиссёр Ён сжал ладони, глядя с растроганным видом.
— Вот это Юн Со Хи! Какой пыл! Я знал, что ты такая!
— Нуна, не нужно себя перегружать. А если травму получишь?
— Я что, дам Со Хи травмироваться? Всё обеспечим, все страховки, не волнуйся. Завтра же направлю к тебе постановщика боевых сцен.
— Мышц тоже немного набрать?
— Нет, это… Зима же, раздеваться не придётся. Просто чуть-чуть, совсем чуть-чуть поправься. Останешься тонкой, загадочной. Как дух, проживший тысячу лет.
— Му Ён так хорошо придумал персонажа, что мне легче, чем я ожидала.
— Так с тебя же рисовал. Делай всё, что хочется…
Серьёзное обсуждение, полное решимости, длилось недолго и мгновенно превратилось в болтовню под видом совещания.
— А вот там я развитие сюжета не понял. Му Ён, тебе рисовать надоело?
— Сколько раз говорить: я всё старательно нарисовал, а потом вырезали! Платформа сказала, такую откровенность ни за что не пропустят. Что я могу? Кровью харкал, переделывая, а они опять: исправь. За два часа до публикации!
— У тебя авторской гордости нет? Творец должен иметь достоинство. Ты у них ведущий автор, как можно так легко соглашаться на правки?
— Да я зависимая сторона, понимаете? Моя гордость — не сорвать срок. Хотел бы чистого искусства, занимался бы живописью. Деньги получил — подстройся, вот профессионализм. Какая ещё творческая спесь? Сам-то, хён, стоит инвестору слово сказать — готов ползать.
— Кто ползал?
— Кто-кто? В прошлый раз…
Со Хи потягивала через соломинку холодный чай и наблюдала за перебранкой. Особенно забавно было смотреть, как подпрыгивает на щеках режиссёра чёрная оправа, а лиловая чёлка Му Ёна разлетается от тёплого воздуха, словно клочья собачьей шерсти.
— Уже ужинать пора. Со Хи, вечером дел нет? Давайте Сим позовём, поедим супа с морепродуктами. Есть одно место, она любит, там отлично готовят.
— Нуна Сим разве не занята?
— Сегодня сдала черновик шестой серии. Наверняка уже подпрыгивает, так хочет развеяться. Погоди, где телефон…
Режиссёр Ён полез в карман большого пуховика, висевшего на стуле. Му Ён ещё раз уточнил у Со Хи:
— Нуна, суп с морепродуктами подойдёт? Там потом ещё рамён с крабом варят.
— Да, отлично. И рамён, наверное, вкусный.
— Правда же?
Раз придёт сценаристка Сим, хорошо бы немного поднять ей настроение. Со Хи посмотрела на режиссёра. Телефон в его руке уже вибрировал.
— А… кто это? Спам?
Он проверил номер и ответил осторожно: видимо, за последнее время ему часто звонили журналисты с незнакомых номеров.
— Алло. Да? А… о, да.
Это оказался ни спам, ни журналист: режиссёр встал со стула и согнулся, скорее угодливо, чем вежливо.
— Да? А? Э…
С растерянным лицом он скосил глаза на Со Хи, несколько раз моргнул и протянул телефон.
— Со Хи… Тебя просят.
— Меня? Кто?
— Говорит, наш новый инвестор. Кажется…
Инвестор? Со Хи машинально взяла телефон и поднесла к уху.
— Выходи, Со Хи.
Низкий, глубокий голос.
— Кто…
Не успев договорить вопрос, она поняла, кто позвонил Ён Чхан Солю, и резко втянула воздух.
Ли Гё Хён.
Он непринуждённо спросил:
— Выйдешь или мне зайти?
Со Хи растерянно огляделась. За потемневшим окном стоял мужчина с телефоном у уха — такой высокий, что от одного вида становилось не по себе. Он чуть склонил голову.
— Выключила телефон, вот и пришлось ехать сюда.
От ленивой улыбки на его губах вся кровь, казалось, отхлынула от её лица.
Новый инвестор? Это ещё что значит? И откуда он узнал, где я?
— Ладно, я зайду.
Он направился ко входу, словно только и ждал этого. В голове мгновенно мелькнул недавний скандал в отеле. Она устроила его на чужой территории, но он вполне способен устроить то же на её. Если начнёт перед людьми говорить о договоре, содержанке…
— По… подожди. Подожди немного. Я выйду…
Со Хи вернула телефон Ён Чхан Солю, достала из сумки свой, с чёрным экраном, и включила.
— Простите. Мне пора… Я забыла, что у меня встреча…
— А, да. Позвони.
Телефон загрузился, и посыпались уведомления о пропущенных звонках и сообщениях.
Большинство — от Ли Гё Хёна. Зная, что телефон выключен, он оставил десятки звонков, потом приехал и позвонил человеку, с которым она сидит? Откуда вообще узнал, что она здесь?
Он определённо сумасшедший.
Режиссёр Ён рассеянно махнул рукой. Со Хи торопливо собрала пальто и вещи и пошла к выходу.
— Нуна!
Му Ён остановил её окликом. Быстро подошёл и протянул шарф цвета лайма.
— Забыла.
— А… спасибо.
Она потянулась взять, но он сам набросил шарф ей на шею.
— Как бы ни спешила, сначала оденься. На улице холодно, — сказал он с тревогой.
— Прости, что так внезапно убегаю. Не думала, что он позвонит…
От мысли, что Гё Хён не в себе, во рту пересохло. Она стиснула дрожащие губы, в ужасе представляя, что кто-то увидит её в таком же положении, как тогда.
— Хотел после ужина поговорить… Чёрт.
Му Ён пробормотал это, словно досадуя на себя, взъерошил пушащиеся волосы и спросил:
— Нуна, у тебя с бывшим мужем ещё не всё закончено?
— А? Нет… всё закончено.
Произнести это оказалось легче, чем она ожидала. Несколько дней она плакала даже за едой, потому что, кажется, ничто толком и не начиналось. Теперь уже незачем рассуждать, конец это или нет. Все чувства следовало завершить в тот день, когда оформили бумаги.
Му Ён опустил голову, всё ещё держа концы шарфа, которым обмотал ей шею.
— Тогда можно пригласить тебя встретиться отдельно? Не по работе, как сегодня. Когда у тебя будет свободный день…
— Что?
— Я неплохо зарабатываю, и выйти со мной в люди не стыдно. Пусть не чеболь, но тоже из обеспеченной семьи. И, главное, молодой.
Она не успела даже моргнуть, а он уже выложил все свои достоинства. Поняв, к чему он ведёт, Со Хи раскрыла глаза ещё шире.
— Подожди, Му Ён.
— Хотел ещё подождать, но, честно говоря, не могу. Ясно же, тебя кто-нибудь уведёт, надо успеть первым. По ночам не сплю: вдруг уже с кем-то встречаешься?
— Нет, нет, Му Ён, я…
— Не воспринимай слишком серьёзно. То есть мне было бы приятно, если бы серьёзно, но можно и легко. Начнём просто как друзья.
Он поднял голову, кончики ушей покраснели. Отпустил концы её шарфа так неохотно, что Со Хи не смогла скрыть смущения и прикрыла рот ладонью.
— Понимаешь, я сейчас…
Она собиралась отказать, объяснить, что сейчас не может ни с кем встречаться, но из-за спины протянулась большая рука.
— !..
Щёку обдал холодный воздух. Му Ён смотрел мимо неё, лицо застыло. Со Хи поняла: тот стоит за спиной.
Даже не нужно было поднимать голову. Присутствие этого мужчины всегда ощущалось отчётливо.
Голос пропал, шевелились только губы. Всё внутри мгновенно напряглось. Шарф, который Му Ён обмотал ей вокруг шеи, плавно размотался.
Холодная ладонь легонько прошла по шее, где поднялись тонкие волоски. Длинные волосы, собранные спереди, качнулись и рассыпались по спине.
— Со Хи.
Большая рука обняла плечи и потянула на шаг назад. Она легко отступила, и затылок коснулся его твёрдой груди.
— Заставила волноваться. Почему так долго?