Как ни оглядывалась Алия, пытаясь найти Марго, та не появлялась. Возможно, она ела в каюте. Алия ведь тоже в основном ела в каюте.

— У вас, мисс Миддл, тоже чувствительная кожа?

— Нет.

Если бы я знала, что есть такие люди, врать было бы намного проще. Если бы я сказала, что у меня чувствительная кожа, а не шрам, ходить было бы гораздо удобнее. Хотя она и взяла театральный грим со склада Бенсена, естественно нарисовать «огромный шрам, который нужно скрывать», было сложно.

— Я пойду первая. Ко мне должен прийти пациент.

Боясь, что ей зададут еще больше вопросов, Алия поспешно вышла из-за стола и направилась в лазарет.

***

— Что здесь делает депутат Дробетта?

Сквозь накрашенные красным губы поднялся дым сигары. После долгого выдоха — фуух — прямая струйка дыма опустилась на стол.

Молодая владелица газеты «Ле Вей», Марго Дюре, откинувшись на кушетке и закинув ногу на ногу, украдкой взглянула на диван напротив.

— Это ведь Ферн Дробетта? Я не ошиблась?

— Да, на мой взгляд, это тоже депутат Дробетта.

— То ли новости до Дюрана доходят медленно, то ли что. Забавно, что пассажиры этого корабля не узнают депутата.

Как владелица газеты, Марго обладала одной из самых густых сетей почтовых голубей на континенте. В отличие от обычных пассажиров, которые узнают о том, что произошло в Арселле, только добравшись до Сольбро, Марго, даже находясь в Дюране, получала новости из Арселлы в течение недели.

— К тому же, не кажется ли он слишком близким с какой-то сотрудницей медперсонала?

Секретарь, разбиравший документы, ответил так, словно это не имело значения:

— Что ж, обычное дело.

Ха-ха, — коротко рассмеялась Марго.

— Ты ничего не понимаешь. У депутата Дробетты никогда не было проблем с женщинами.

— Да?

— Это просто слухи.

— Но ведь в нашей газете тоже часто печатают статьи о нем?

— Потому что есть те, кто хочет таких статей.

Глаза Марго, стряхивающей пепел с сигары, сузились.

— Но это… Я к тому, что это похоже на правду. Депутат Дробетта, исчезнувший со свадьбы, замечен в компании другой женщины? Это же настоящая сенсация. Как жаль, что сейчас нет фотоаппарата.

Марго протянула руку в сторону секретаря.

— Дай-ка мне то.

— Да.

Секретарь, с полуслова понявший туманную просьбу, вложил бумагу в руку, зависшую в воздухе. Это было письмо, полученное прямо перед отплытием из Дюрана.

Пока Марго, нацепив на нос очки, читала письмо, секретарь, даже не глядя на текст, кратко изложил его содержание.

— В письме сообщалось, что мужчина, внешность которого очень похожа на депутата Дробетту, сел на судно «Аппель», направляющееся в Сольбро. К настоящему времени, скорее всего, уже стало ясно, что это он и есть, но поскольку мы тоже передвигались на корабле, в информации есть задержка.

— Хм… Но почему человек, который якобы сел на «Аппель», находится на одном корабле со мной? Это же «Шена»?

— Судя по тому, что я узнал, обойдя корабль, он дрейфовал в море, пока его не спасли матросы этого судна.

— Дрейфовал?

Уголки губ Марго поползли вверх, словно ей стало интересно.

— Разве в последнее время кто-то угрожал депутату?

— Насколько мне известно, нет.

Тем не менее, это было происшествие, которое нельзя было игнорировать. Тук, тук. Длинные ногти слегка постучали по письму. При каждом постукивании браслет из тонких цепочек издавал звон.

— Для Совета выгоднее, чтобы Дробетта был жив.

— Да. Конфискация королевского имущества уже провалилась, так что в случае смерти депутата Дробетты это имущество перейдет к его родственникам по всему континенту.

— Да и нет иностранных держав, которым было бы выгодно убивать Дробетту.

— Да, континент сейчас подобен пороховой бочке, и никто не хочет поджигать фитиль.

— Только тот, кто желает смуты, тронет члена бывшей королевской семьи.

При этих словах на губах Марго появилась многозначительная улыбка. Глубоко откинувшись на спинку кресла с довольным видом, Марго добавила напевно:

— Нужно встретиться с ним лично.

— Да, я все подготовлю.

Кивнув, секретарь встал.

— А как продвигаются поиски королевского бастарда?

— Пока безрезультатно.

— Есть вероятность, что Дробетта знает?

Уже выходя из каюты, секретарь слегка обернулся к Марго и ответил:

— Вряд ли. Бастард старше Люсьена, последнего короля. Он приходится депутату Дробетте кем-то вроде дяди.

Щелк, — как только секретарь открыл дверь, в каюту вбежала маленькая фигурка. Это был ребенок в пестрой игрушечной маске.

— Мама!

— О, Жюстин.

Каждый раз, когда ребенок прыгал, украшения маски возле ушей звенели. Холодное лицо Марго просветлело, а глаза смягчились.

— Иди сюда, доченька.

Жюстин бросилась в объятия Марго. Наблюдая за этой сценой, секретарь поклонился и закрыл дверь.

— Так вот оно что.

Он остановился, не закрыв дверь до конца, но, встретившись взглядом с красными глазами Марго, точно пронзившими щель, поспешно дернул за ручку.

Тук-тук, тук-тук. Сердце забилось.

— Проклятое любопытство.

Он покачал головой, запоздало раскаиваясь. Ему просто было интересно, как ведут себя мать и дочь наедине.

Ведь дочь Марго никогда не снимала маску.

***

Хи-хи.

Хи-хи-хи.

В лазарете стояла полная тишина, но Алии казалось, что она слышит хихиканье.

И все из-за мужчины, который занял одну из коек и лежал на животе. С самого утра он пришел в лазарет и симулировал болезнь. Никакого конкретного диагноза у него не было, и он даже не пытался придумать правдоподобные симптомы. Иногда, когда она не обращала на него внимания, он жаловался на боль в руке.

Сначала Алия хотела прогнать его, но передумала.

Чем больше Ферн будет торчать в лазарете, тем меньше вероятность, что он столкнется с Марго.

Сейчас она просто владелица газеты, но в будущем станет императрицей. Ее способность предвидеть будущее или оценивать ситуацию наверняка намного превосходит способности Алии.

К тому же Алия не знала, о чем сейчас думает Марго и какие цели преследует в жизни.

Наверное, никто не знает.

Возможно, она уже сейчас планирует создать Империю.

— И когда ты научилась делать водонепроницаемые повязки?

— У священника.

— Вот как?

Ферн не стал допытываться, почему Алия, у которой не было медицинского образования, играет роль медсестры на этом корабле. Если подумать, раз она так долго притворялась медсестрой, ей нужно было написать настоящей Анне Миддл и рассказать о том, что произошло на «Шене».

— Видимо, ты училась этому более профессионально, чем я думал.

Ферн, совершенно не представлявший, с какими мыслями Алия села на этот корабль, оставался все таким же беззаботным. Изменилось лишь то, что теперь он откровенно пытался любыми способами быть рядом с ней.

Тууууууу—!

От оглушительного звука рожка Алия вздрогнула. Не успела она оглянуться, как снаружи, с палубы, донеслись радостные крики людей.

— Что это?

Вопрос Ферна потонул в криках бегающих по палубе матросов.

— Киты! Стая китов!

— Все выходите наружу!

— Такое зрелище выпадает раз в жизни! Не пропустите!

Ферн, приподнявшись, пробормотал:

— Киты?

Спрыгнув с койки, Ферн подошел к Алии с сияющим лицом.

— Пойдем тоже.

— …Тоже?

О чем он?

Но прежде чем она успела опомниться, Ферн схватил ее за руку и поднял; их подхватила толпа людей, высыпавших в коридор. В мгновение ока все вокруг наполнилось возбужденными голосами.

Рука Ферна скользнула по воздуху и легла на плечо Алии. Кто-то, выходя на палубу, случайно задел ее.

Ферн резко потянул толкаемую со всех сторон Алию на себя, поставив ее перед собой. Алия поспешно сбросила его руку и, съежившись, вышла на открытую палубу.

В то мгновение, когда полуденное солнце показалось слишком ослепительным, над головой Алии нависла огромная тень.

Вууууух—.

Обтекаемое гигантское тело вынырнуло на поверхность воды, заполнив собой все пространство.

Словно само море поднялось.

От невероятных размеров люди издавали восхищенные вздохи. Будто не они только что радостно кричали — все затаили дыхание, подавленные этим величием.

Алия рефлекторно отступила назад. Но вокруг уже было полно людей, так что двигаться было нелегко. Сбежать от Ферна тоже было невозможно.

— Все в порядке. Они не нападут на корабль.

Услышав шепот Ферна, не зная, есть ли для него основания, она невольно расслабилась.

— Посмотри туда.

Проследив за его пальцем, она увидела, как черное, как смоль, тело поднимается, закрывая солнце. Подобно солнцу на горизонте, солнечный свет расходился в стороны по изгибам священного животного.