Контент удален!

И она задумалась, как быть дальше.

До сих пор хватало одного лишь мастерства меча, но это годилось, пока она жила одна.

Ради Апеля этого было мало.

Разве она уже не почувствовала нехватку и не потянулась чутьём к чему-то другому?

Связи с маркизом Нокбелом. То, чего она шесть лет сторонилась, чтобы о ней не пошли разговоры.

— Чауд.

Теперь всё это было нужно.

Влияние, власть. Любые силы, что правят императорской крепостью, в каком угодно виде.

— Слушай, если вдруг придёт время, когда дело обернётся туго…

Теперь она понимала, что надо пустить в ход все средства.

— Можно я буду говорить людям, что мы с тобой друзья?

— …

Чауд рассмеялся. Смех вышел коротким, на выдохе.

— А как ещё ты собиралась нас называть?

— Так можно?

— Да.

Люди любят говорить.

Силу этих разговоров ни в коем случае нельзя недооценивать, а в императорской крепости — тем более.

— Наоборот, лучше и не придумаешь.

Чауд подался к Эрике.

Он был из тех, кому важен итог, а не то, как к нему пришли.

Пусть Эрика всего лишь хочет защитить маленького хозяина дворца Сонет — ему годилась и такая причина.

— Пришлю туда нескольких своих рыцарей.

— ?..

— Во дворец Сонет.

— Что?

— Если уж выставлять напоказ, то как следует.

Чауд протянул руку и убрал волосы с лица Эрики.

— Так что хватит бегать, будь, пожалуйста, рядом со мной.

— Да когда это я бегала…

— Ты всё время бросаешь меня одного. А тут мне всё чужое.

— …

— Императорская крепость слишком велика. Ты меня никуда не водишь — я тут заблужусь.

Эрика знала, что Чауд просто капризничает, но чувствовала за собой вину и отвела глаза.

Ладно первый день их въезда, но уж на сегодняшний пир она должна была проводить его сама.

А ведь он и вправду дорогой друг.

— Ладно… говорю же, прости.

Эрика подумала, чем бы загладить вину.

Может, когда мы снова войдём в зал, просто пойти следом за ним, будто так и надо?

Сопровождать его как кавалер она не могла, но уж охрану изобразить красиво — запросто.

— Вставай, пойдём обратно.

Решившись, Эрика принялась звать его вернуться в зал.

— Ты же виновник пира. Может, его величество тебя ждёт.

— …

Но Чауд лишь молча, пристально на неё смотрел.

— Ты чего так смотришь? Не пойдёшь?

— …

— Э-э, тебе что, на пиру скучно? Правда? Внутреннее ведомство ведь готовилось из последних сил.

— …

— Не в северном вкусе? Всё-таки слишком чинно, да? Так и знала… Мне казалось, ты такую роскошь не любишь.

Чауд смотрел, как Эрика тараторит, и, прищурившись, медленно моргнул.

Эрика.

Он тихо произнёс её имя про себя. Это, он был уверен, ему никогда не надоест.

И снова сказал то, что сколько ни повторяй — всё мало.

— Я так скучал по твоему голосу.

— ?..

— Так хотел увидеть твоё лицо.

Он негромко продолжал сбивчиво говорить — будто сам с собой.

— Как было бы хорошо, если бы можно было повернуть время вспять, — я думал об этом каждый день.

— …

— Бывало, откроешь глаза в темноте — а из глаз слёзы. Оттого что хотелось вместе с тобой ходить по наёмничьим заказам… Мне столько всего правда хотелось.

То, что выкладывал Чауд, не имело ни начала, ни конца.

Говорил он легко, но слова были тяжёлые и оседали глубоко в душе.

— А знаешь? Я и потанцевать с тобой хотел.

— В том зале?.. У меня и платья-то нет.

— Нет.

Чауд улыбнулся.

— Под дождём в Лесу иллюзий или на песке Маринпосы.

Он думал, что теперь настал его черёд получить награду.

— Просто вот такое я себе… воображал.

Он держался, сжимая в руках одни лишь воспоминания и грёзы.

Там, где он был, царила тьма без единого проблеска света.

Ад, где он долго жил, лишившись зрения, потому что открытые глаза были всё равно что закрытые.

Чауд всё время лежал с закрытыми глазами и в воображении ловил свет, тонкий, как нить.

Имя тому свету было — воспоминания.

Бессчётное число раз стоя на пороге мучительной смерти, он держался только за него.

Когда он наконец дошёл до полной победы, головой его владела единственная мысль.

Теперь настал черёд получить награду от ангела.

— Эрика. Поиграй со мной немного.

Так было по справедливости. Таков был закон мира, истина и порядок.

— Побудь, пожалуйста, рядом со мной.

* * *

Все смотрят.

Эрика порадовалась, что заранее спросила у Чауда позволения.

Едва они вернулись в зал, как на них хлынули жаркие взгляды.

Зал наполнился тихим гулом.

Не будь у них уговора, ей пришлось бы туго от вопросов, что вот-вот посыплются.

Топ-топ — а кое-кто и правда сразу подошёл.

Он приблизился незаметно и цепко ухватил Эрику за руку.

Эрика, старательно шагавшая следом за Чаудом, вынуждена была ненадолго остановиться.

— Рыцарь Эрика, на минуту…

Это был товарищ по Тенуархе, ведавший всей охраной пиршественного зала.

— Так что вас всё-таки связывает с его высочеством великим герцогом?

Прошептал он очень тихо, но вопрос был крайне прямой.

— Понимаете, я потом вам объясню…

— Эрика.

Шедший впереди Чауд обернулся и оборвал её.

— Иди ко мне.

Он посмотрел на грубую руку, вцепившуюся ей в предплечье, и взглянул рыцарю в лицо.

Взгляд был безразличный.

Он не сказал ни слова, но мужчина, оробев, сам не заметил, как разжал пальцы.

— Рядом нельзя.

Эрика ответила твёрдо, а потом спохватилась и перешла на «вы»:

— Рядом никак невозможно.

Это был единственный обычай, на котором его величество настаивал.

Порядок мест: кто выше, кто ниже.

Эрика в самом лучшем случае могла стоять наискось позади Чауда.

Да и это было место, где стоят лишь ближайшие рыцари. Орден Арагонов, чего доброго, приревнует.

— Иди рядом.

— Эй, ну как я могу идти рядом? Я же вам не спутница.

— Ты куда дела то, что я тебе сказал?

— Подниматься наверх, где пребывает его величество, мне так нельзя. Соблюдайте обычай.

Эрика стояла навытяжку и не двигалась.

— …

Чауд вздохнул, отвернулся и двинулся дальше, и Эрика пошла следом.

Перед красной лестницей ждал главный делопроизводитель внутреннего ведомства.

— Ваше высочество, приношу извинения.

Он согнулся так низко, что едва не касался лбом пола.

— Его величество ввиду позднего часа изволил покинуть пир раньше.

Передавать это должен был по меньшей мере граф Херейс или канцлер, но оба, похоже, ушли с его величеством во дворец Солнца.

— Его величество пожелал вам спокойно наслаждаться пиром и просил передать, что с нетерпением ждёт завтрашнего музыкального вечера.

Голос его слабо дрожал: как бы не задеть великого герцога.

— …

Чауд некоторое время не отвечал.

За этот короткий миг у делопроизводителя на макушке выступил холодный пот.

При этом сказать напрямую, что здоровье его величества нехорошо, было нельзя.

Если сейчас оплошать…

Тогда все общие труды ради торжества пойдут прахом, да ещё и рухнет его собственная карьера — а его прочили в следующие начальники.

И вот, когда он беззвучно открыл рот, силясь хоть что-то сказать, —

— Вот и хорошо.

Его высочество великий герцог Арагон слабо улыбнулся.

— Слыхала? Теперь нет никого, на кого надо оглядываться.

Он обернулся и протянул Эрике руку.

— Иди сюда. Быстро.

* * *

Первый пир в честь победы с успехом завершился.

По столице тут же разошёлся необычный слух.

Слух о мужчине и женщине, что весь вечер выказывали на пиру неожиданную близость.

Один — великий герцог Арагон.

Другая — рыцарь Тенуархи.

Сочетание, какого никто и вообразить не мог.

?..

Всякий, кто это видел, не мог не задаться вопросом.

Кто они друг другу?

Как они тихо шептали что-то друг другу на ухо, как непринуждённо передавали бокал вина.

Между ними были и такие свойские жесты, каких при первом знакомстве никак не бывает.

Всё это попалось на глаза дворянам, присутствовавшим на пиру.

◆ ◇ ◆ ◇ ◆

Спасибо, что дочитали!

Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/erika-kogda-drug-oderzhim-mnoy-bfca6b

Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab