Онлайн чтение книги Хвост виляет собакой The tail wags the dog
23 The Puppet’s Pledge: Клятва марионетки

— А Ён, почему вы меня так расстраиваете. Я лично записался, лично съездил и забрал это лекарство. Специально для вас, А Ён.

Всячески подчеркивая свои заслуги, он еще сильнее наклонился к А Ён. Мужское тело с мощными плечами, широкой грудью и рельефными мышцами казалось огромным цунами, готовым вот-вот её поглотить.

Он со слабой холодной усмешкой несколько раз повторил: «А-а». По сведенным у переносицы бровям было видно, что его терпение на исходе.

— Я не хочу... это пить... прекратите...

— Ну хорошо, тогда иди сюда.

Заметив осторожную, но проворную попытку А Ён отползти назад, он вытянул свои длинные руки. Мертвой хваткой вцепившись ей в затылок, он вдруг встал, опираясь на диван только одним коленом.

— А Ён. Мне больше нравятся собаки, чем кошки. Председатель любит собак, поэтому с детства у меня были питомцы самых разных пород. Знаешь что? Удивительно, но именно мелкие и хорошенькие собачки совершенно не слушаются. Прямо как ты. Поэтому я лучше других знаю, как обращаться с такими, как ты.

С насмешкой глядя на оцепеневшую А Ён, он поднес надорванный пакетик к губам и набрал в рот травяного отвара. Затем, сильнее сжав волосы А Ён, резко запрокинул ее голову назад, наклонился и прижался к ее губам.

— ...М-м!

Сквозь приоткрытые от испуга губы А Ён вместе с чужой слюной хлынула густая жидкость с резким запахом лекарственных трав.

Глоток. Горький отвар, от которого невольно сводило лицо, скользнул в горло А Ён. Мужчина, убедившись, что она проглотила, должен был бы отстраниться, но вместо этого, глядя на нее ледяным, неулыбчивым взглядом, он обхватил ее за щеки. Не дав А Ён опомниться, он еще сильнее повернул ее голову набок и углубил поцелуй.

— М-м-м!

Его толстый язык проник сквозь ее смыкающиеся губы, обвил язык А Ён, на котором остался горький привкус, и принялся жадно его сосать.

— Хм-м-м!

Когда насильственное вливание лекарства плавно перешло в поцелуй, А Ён в шоке округлила глаза и начала изо всех сил бить его по плечам.

Но такой гигант, как он, не то что не сдвинулся с места, а, казалось, даже не думал останавливаться, отчего А Ён запаниковала еще больше.

Чем сильнее она вырывалась, тем неистовее Чан Са Гён собирал языком слюну, которую она не успела проглотить, и, проталкивая обратно ей в рот, целовал ее так жадно, будто хотел вырвать ей язык с корнем.

— У-ум, м-м!

Чем сильнее он наваливался на нее, выдавая свое нетерпение, тем больше А Ён рефлекторно отстранялась, вжимаясь в спинку дивана. Удушающее чувство, будто она заперта в лабиринте, из которого никогда не выбраться.

— Хм-м...

Он крепко сплел ее язык, который то и дело пытался ускользнуть, и начал жадно его посасывать. Его язык проникал так глубоко и грубо, словно пытался достать до гланд. По крайней мере, это не было тем поцелуем, который она знала. Скорее, бездушное и варварское вбивание языка в горло партнера.

— М-м-м, у-ум...!

А Ён, не в силах вздохнуть, барахталась, судорожно комкая одной рукой ткань его дорогой рубашки.

— А ну, пошевели языком.

Он пробормотал это, не отрывая губ, с раздраженно прищуренными глазами. Его дыхание так близко пугало. То ли поцелуй ему не понравился, то ли еще что, но, поморщившись, он повернул голову в другую сторону, снова сплел их языки и, подняв колено, демонстративно и с силой надавил им на промежность А Ён через одежду.

Не выдержав даже этого легкого давления, А Ён из последних сил оттолкнула его от себя.

— П-прекратите!

Мужчина, до этого стоявший непоколебимо, как статуя тотема, наконец-то отстранился. Нет. Скорее, позволил оттолкнуть себя. Она прекрасно понимала: захоти он того, она бы уже давно лежала голой на этом диване.

— Надо же...

Спокойно оторвавшись от ее губ, Чан Са Гён вытер большим пальцем блестящую от то ли его, то ли её слюны нижнюю губу. Затем он вложил недопитый пакетик в приоткрытые, тяжело дышащие губы А Ён и, сощурив глаза, улыбнулся.

— А напоить вас этим лекарством оказалось чертовски сложной задачей.

Со снятой маской, слегка хулигански, чуть грубо, но при этом волнующе.

— А Ён, впредь, что бы я вам ни дал, просто заткнитесь и берите. Это называется уважение, которое такие люди, как вы, должны проявлять ко мне.

Похлопав А Ён по побледневшей щеке, он развернулся, поднялся по лестнице на второй этаж и скрылся в ванной.

Вскоре после того, как Чан Са Гён исчез из виду, звук льющейся воды густым туманом заполнил пространство.

Тело А Ён, до этого момента державшееся из последних сил, вдруг обмякло, словно в одночасье разрядившаяся батарейка.

Сбежать? Может, сбежать прямо сейчас? Поехать в аэропорт и сесть на первый попавшийся рейс. Даже если это самая опасная страна для путешествий, это всё равно безопаснее, чем провести ночь с ним...? Вы только посмотрите на взгляд этого безумца...! Он способен на всё, что угодно, без оглядки на здравый смысл... Может, сбежать, пока не поздно...?

Её взгляд, полный отчаянной надежды, устремился к открытому выходу с виллы, но, вспомнив инцидент с Ким Джи Саном, эта надежда тут же переломилась, как сухая ветка.

Да, на самом деле я знаю это лучше всех.

Эту ночь не избежать, от нее не сбежать, и ее не отмотать назад.

Что с этой ночи Син А Ён станет собакой Чан Са Гёна.

Просто игрушкой, которой он наиграется, пока не надоест, а потом выбросит.

Пальцы А Ён, сжимающие воротник, мелко дрожали от чувства полного бессилия.

Прошло не меньше получаса, прежде чем он спустился по лестнице. Огромное тело было укутано в халат, накинутый как пальто и небрежно завязанный, он вытирал мокрые волосы. Из-за слабо затянутого узла казалось, что стоит ему лишь шагнуть шире, и всё его достоинство окажется на виду.

Чан Са Гён всегда предпочитал укладывать волосы воском, открывая лоб, поэтому сейчас, когда челка естественно падала на глаза, он выглядел не то чтобы невинно, но определенно моложе.

Словно зная, куда направлен её взгляд, он подошел с широкой улыбкой, провел большим пальцем по ледяной щеке А Ён и похотливо прошептал:

— Иди умойся. Вода теплая, самое то.

Странный взгляд и молчание затянулись до пугающего. Страх, что если она не поднимется прямо сейчас, он сожрет её, накрыл А Ён. Словно убегая от преследования, она прошмыгнула мимо него и стремглав взбежала по ступеням.

Бах! Словно прячась, она влетела в ванную и торопливо заперла дверь. Обернувшись, она ощутила густой аромат геля для душа, который еще недавно исходил от него — им было пропитано всё пространство, заполненное паром.

Не имея возможности сбежать и вдыхая этот запах, А Ён схватила себя за волосы так, будто готова была вырвать с корнем всю свою беспросветную тупость. А затем, прислонившись спиной к двери, медленно сползла на пол.

Ах... Если бы только я не напилась в тот день. Если бы только я не стояла тогда на мосту через реку Хан. Если бы только я не села к нему в машину. Если бы только я не согласилась на его предложение. Если бы только я не поехала тогда домой. Если бы только я не встретила Ким Джи Сана. Если бы только... Почему все мои решения приводят к такому...

Кто-то говорит, что сожалеть о прошлом — это самая большая глупость, но А Ён до смерти жалела обо всем. Хоть это и не могло ничего изменить.

Боясь, что если воды долго не будет слышно, он поднимется наверх. Боясь, что он положит ее прямо в ванной и сделает с ней что-то извращенное, А Ён еле-еле забралась в ванну и включила воду.

Ш-ш-ш— Вода хлынула из лейки, и, глядя на разбивающиеся темно-синие брызги, она погрузилась в непередаваемые чувства.

Закончив душ и надев ту же одежду, она спустилась вниз. Его спина на фоне сумерек за окном притянула её взгляд, словно магнитом.

Уперев одну руку в бок, он с кем-то разговаривал по телефону, и его ласковый тон казался до жути неуместным.

— Сегодня вряд ли получится, как насчет через неделю? Заодно и познакомлю кое с кем.

Почувствовав ее присутствие, он обернулся, изогнул губы в красивой улыбке и приложил указательный палец к губам. Судя по жесту, на другом конце провода явно была его невеста.

Мерзкий ублюдок.

— Да. Я сейчас немного занят, давай закругляться. Завтра тоже буду занят. Не звони, жди, пока сам не наберу. Спокойной ночи, Ю Джин.

Закончив разговор, он спустился и просканировал А Ён взглядом с головы до пят. Прилипчиво, как паразит, сосущий кровь из её тела. Или как человек, разглядывающий аппетитные ребрышки, в предвкушении решая, с какой стороны вкуснее начать обгладывать кости.

— Хорошо помылась?

Удивительно, но даже после такого милого разговора с невестой на его лице не было ни капли чувства вины.

— Я ведь так люблю уткнуться носом и вылизывать...

Он сделал глубокий вдох, словно сдерживая себя, подошел к столику перед диваном и двумя пальцами постучал по лежащему на нем белому листу бумаги.

— Подойди и распишись. То, что мы не сделали в прошлый раз.

— И что же это? Контракт о том, что я обязуюсь быть любовницей?

— Если тебе так больше нравится, то пусть будет так.

Видимо, его терпение иссякло. Нахмурившись, он поманил её пальцем, приказывая подойти быстрее.

С трудом сглотнув, А Ён сделала пару слабых, дрожащих шагов в его сторону. Казалось, её телом управляет чужая рука.

С очаровательной улыбкой, изогнувшей губы, он протянул ей ручку. Рука А Ён, тянущаяся за ней, дрожала, и он, подталкивая её к подписи, добавил сладкую фразу:

— Если будешь меня слушаться, я тоже сделаю для тебя всё. Будь хитрее, А Ён.

Поддавшись на его уговоры, А Ён выхватила предложенную ручку, наклонилась и небрежно чиркнула подпись на исписанном текстом листе.

Он — мой единственный спаситель, но почему он кажется мне таким абсолютным злом? С этого момента нерасторжимый контракт с Чан Са Гёном вступил в силу.

— Теперь вы довольны?