Онлайн чтение книги Хвост виляет собакой The tail wags the dog
25 Смерть во время секса

— Вице-президент, мне такое не нравится...

— А я разве спрашивал твоего мнения?

Чем сильнее А Ён пыталась свести ноги, тем сильнее он их раздвигал, применяя силу. При этом он не забывал злобно морщиться и сыпать проклятиями.

— Я спрашиваю, а ты отвечай.

— Н-нет, не делала! Довольны?

— Надо же. А выглядишь так, будто отлично сосешь.

Усмехнувшись, он подцепил трусики А Ён одним пальцем. Я думал, у нее будут вульгарные вкусы, но белье оказалось скромнее, чем я ожидал, — пробормотал он про себя и одним пальцем легко отодвинул тонкую ткань в сторону.

Женское лоно, скрытое за волосками, обнажилось прямо перед мужчиной. А Ён, испытывая такое отчаяние, что ей хотелось разрыдаться, закрыла лицо руками.

— Думал, там будет всё гладко, но и тут удивила. Почему бы тебе не сделать депиляцию? Так раздражает, когда во время минета волосы путаются во рту.

Да заткнись ты уже...

Слова были постыдными, но лицо мужчины, их произнесшего, оставалось непроницаемым, как броня, а вот А Ён покраснела до самых ушей.

Хочется провалиться сквозь землю...

— А тот ублюдок, который вылизывал тебе дырочку. Такой был?

— Д-да, был.

— И как, хорошо он это делал?

Внезапно уткнувшись лицом между ног А Ён, он высунул язык. Почувствовав, как его прямой нос коснулся её лобка, А Ён в панике задергалась, вцепилась ему в волосы и изо всех сил попыталась оттолкнуть его голову. Она заметила, как его брови мгновенно нахмурились, но это было уже слишком...

— Н-нет, не надо, я не хочу!

— Почему ты распускаешь руки?

С недовольным лицом он схватил А Ён за запястья, легко обездвижил её и зарычал:

— Ты на чью голову руки поднимаешь?

Пристально глядя на неё, словно готовясь перерезать горло обездвиженной А Ён, он высунул язык и широким движением лизнул влажные волосы на лобке. Затем, демонстративно заострив язык, он ловко проник в её влагалище.

— Ах...!

Она хотела зажать рот рукой, чтобы сдержать стон, но не могла пошевелиться, поэтому лишь выгнула спину. Чем сильнее она извивалась, тем глубже, сам того не желая, проникал его язык.

Чавк-чавк, язык Чан Са Гёна, словно член, глубоко проникал внутрь и выходил наружу. Заметив острую реакцию А Ён, когда он задел определенную точку, он начал непрерывно стимулировать эрогенную зону. От этой непрекращающейся тайной стимуляции А Ён почувствовала, как снизу что-то влажно хлынуло. Он жадно слизывал всё без остатка, и А Ён, раззадоренная этим действием, снова брызнула соком ему в рот.

Чувство, будто она попала в лабиринт, в ловушку, из которой не выбраться.

Вытащив язык из её влагалища, он начал широко вылизывать всю её промежность. Его похотливый взгляд прилип к её телу, как жвачка, и А Ён отчаянно мотала головой.

— Н-нет, я не хочу...

Усмехнувшись её привычным отказам, он снова проник длинным языком внутрь, одновременно зажав пальцами её крошечный клитор. Его движения были настолько ловкими и молниеносными, что в какой-то момент А Ён пронзило незнакомое доселе удовольствие. Её тело невольно задрожало, как от удара током. Не упуская момента, он просунул руку под бюстгальтер и кончиками пальцев начал ласкать её затвердевший сосок. От головокружительных ощущений, обрушившихся одновременно сверху и снизу, дыхание А Ён стало прерывистым, а разум затуманился. Приступы наслаждения накатывали, как волны, которые невозможно остановить.

— Н-нет, я не хочу, вице-президент, мне это не нравится!

— Я понял. Тебе не нравится.

— ...Ах!

— И что с того.

Её ноги, рефлекторно сжимающиеся от удовольствия, раздражали его. Он обхватил бедра А Ён так сильно, что остались следы от пальцев, и развел их еще шире. Сила, с которой он высасывал её соки, только росла. Чем агрессивнее он работал языком, мотая головой взад-вперед, тем чаще его острый нос касался её лобка, и от этого незнакомого ощущения по спине А Ён бежали мурашки.

В какой-то момент А Ён, кажется, уже почти кричала. Сильное всасывание и одновременная стимуляция клитором языком довели её до оргазма, и она с плеском исторгла огромное количество смазки.

Двадцать восемь лет — немалый возраст. День, когда она впервые в жизни испытала оргазм, стал днем, когда она чувствовала себя самой жалкой на свете.

Не дав А Ён, всё еще пребывающей в тумане послеоргазменной неги, прийти в себя, он стянул её с кухонного острова и швырнул лицом вниз на столешницу, как мешок с картошкой.

— Я же говорил. Без презерватива.

Выражение лица Чан Са Гёна, сжавшего свой толстый член и несколько раз проведшего по нему рукой, не изменилось, но капельки предсеменной жидкости на устрашающей головке говорили о его сильном возбуждении. Крепко схватив и удерживая одной рукой затылок напрягшейся А Ён, он сунул два толстых пальца другой руки в её влагалище и начал неистово трахать её.

— А-а, ах, а-а...!

В ответ на её сладкие стоны и реакцию тела, Чан Са Гён вытащил пальцы, сунул их себе в рот, облизал, а затем, потирая стоящим членом влажный вход в её промежность, приготовился войти.

— С-сегодня нельзя, вице-президент. Дайте мне хотя бы время...

— Заткнись, А Ён.

Наклонившись, он раздраженно впился в её лепечущие губы, словно собирался откусить их. Жадно покусывая и посасывая её нижнюю губу, он одним движением вогнал свой готовый взорваться член в её лоно.

— ...Хм-м!

Благодаря его стараниям она была достаточно влажной, но А Ён от природы была очень узкой, а у Чан Са Гёна — необычайно большой член.

Сначала казалось, что он не войдет, но когда он с силой протолкнул ствол глубже, её внутренние стенки плотно обхватили его. Чан Са Гён, испытав невыразимое наслаждение, сильно зажмурился.

Узкая, чувствительная... вот же блядь.

Выругавшись, словно от восхищения, он напряг ягодицы и с размаху вогнал оставшуюся половину члена до самого основания.

Ах, А Ён, чье тело еще больше обмякло, вцепилась ногтями в столешницу. Каждое её движение, каждый взгляд разжигали в нем садистские наклонности, и он, как обезумевший, начал безжалостно вдалбливать свой член в неё. С каждым ударом его упругих ягодиц стоны А Ён становились всё громче, и тишину заполняли лишь непристойные звуки.

— А-а, больно, ах, больно, п-пожалуйста, помедленнее...

— Хорошо, фух... хорошо.

Поглаживая её по затылку, чтобы успокоить жалующуюся на боль А Ён, Чан Са Гён замедлил темп.

Клянусь, так бережно заниматься сексом с женщиной — это было для него почти в новинку.

Если бы её тело оказалось хуже, чем он ожидал, он бы просто сбросил напряжение, не обращая внимания на её стоны, кончил бы и вытащил. Но стоило ему войти, как он понял: Син А Ён того стоит.

Такая упругость и плотность внутренних стенок — это дар природы. Неповторимое, ни с чем не сравнимое ощущение.

Как и говорил Ким Джи Сан, Син А Ён — настоящая находка.

Он не мог остановиться ни на секунду, находясь внутри неё. Не хотел останавливаться и не мог.

— А-а, а-а, а.

Фух, с трудом переводя дыхание, которое он не мог контролировать одним лишь усилием воли, он схватил дрожащую А Ён за волосы и рывком притянул к себе.

— Эй, дай язык.

В одно мгновение их губы слились, языки сплелись, и они начали обмениваться тягучей слюной, как уличные хулиганы. У него не было времени расстегивать пуговицы её блузки, поэтому он просто рванул ткань на груди. С треском пуговицы оторвались и со стуком посыпались на столешницу.

Сдвинув вверх бюстгальтер, скрывавший грудь, оказавшуюся более пышной, чем он предполагал, он сжал её так, словно собирался раздавить.

Раздел, а она худенькая.

Стремительно вытащив свой готовый взорваться член, он развернул А Ён лицом к себе. Опершись руками о столешницу, он наклонился и принялся сосать её ареолы, пока они не покраснели.

— Ах, ха-а...

Он впервые видел женщину с таким нежным персиковым оттенком, и поэтому, обезумев от желания, то и дело покусывал, жевал и посасывал её грудь. Говорят, в Японии специально делают лазерные процедуры, чтобы осветлить цвет сосков, но искусственному никогда не сравниться с природным.

— А теперь смотрю... ха-а... в тебе нет ни одного изъяна.

Широко облизав набухшие соски, он снова перевернул её лицом вниз на остров. Закинув одну её ногу высоко на столешницу, как у лягушки, он одним резким движением вошел в неё до самого основания. От того, что ей было трудно удерживать равновесие на одной ноге, А Ён пошатнулась. Обхватив её за тонкую талию, чтобы она не упала, он начал вырисовывать круги бедрами, а затем, словно сигнализируя о начале настоящего действа, перешел к грубым, мощным толчкам сзади.

— Ах, а-а, а-а!

Когда начались неистовые, как пламя, фрикции, А Ён вскинула руки и вцепилась в край острова.

Одной рукой он жестко удерживал её за затылок, а длинным красным языком облизывал её белую, стройную шею, словно совершая акт осквернения.

Это было похоже на злой умысел человека, решившего намеренно истоптать нетронутый, белоснежный снег.

— А-а, ах, а-а!

Не в силах выдержать его темп и безжалостные толчки, уподобившегося зверю, А Ён несколько раз зажмурилась, так как пот, стекающий со лба, заливал ей глаза.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver