Хрупкий мир в оке бури.

Перед ними был накрыт самый изысканный, но в то же время самый неудобный пир на свете.

Никто не брался за палочки, и никто не открывал рта.

Чан Са Гён налил сливовое вино в рюмки с красивым цветочным узором, подал одну А Ён, другую Ча Ю Джин, а затем наполнил и свою.

— У нас тут что, поминки? Что за атмосфера за таким прекрасным столом. Давайте ладить. Мне почему-то кажется, что мы втроем отлично поладим. Мы же все образованные, интеллигентные люди.

Пф, — усмехнувшись, видимо, поразившись собственным словам, Чан Са Гён поднес рюмку к губам, скрывая улыбку, а Ча Ю Джин смотрела на него глазами, полными неверия.

Тот ли это самый Чан Са Гён, которым я так восхищалась?

Дрожащими от шока губами Ча Ю Джин с трудом выдавила из себя сдавленный вопрос:

— Мой отец... тоже знал?

Хотя подлежащего не прозвучало, Чан Са Гён, явно поняв, что она имеет в виду, утвердительно кивнул.

— Думаю, он не мог не знать. Наша семья Чан До слишком известна в этом плане. Просто вслух об этом не говорят. Это вроде негласного правила. Неписаный закон.

— Но как он мог так со мной... о чем вообще думал мой отец...

— Вы же говорили, что давно меня любите, диктор Ча. Или для него происхождение зятя оказалось важнее, чем раны собственной дочери.

— Я не знала... что вы такой человек.

— Да. Вышло не очень хорошо. Но, по правде говоря, диктор Ча Ю Джин, вы мне тоже не особо нравитесь.

Он слегка наморщил нос и, улыбнувшись, сделал глоток вина.

— Давайте жить, обмениваясь только тем, что нам нужно. Без лишних ожиданий и обременяющих обязательств, как хорошие друзья.

С каждым его словом смертельные раны получала только Ча Ю Джин. Всё её лицо и движения казались шаткими, готовыми вот-вот рухнуть.

— ...

На самом деле, Син А Ён чувствовала себя ничуть не лучше.

Если и есть на свете стул, утыканный гвоздями, то А Ён сидела именно на нем. Ей казалось, что под ней сотни острых ножей, и сидеть было невыносимо.

А Ён, которая до этого не смела поднять голову, осторожно огляделась и резко встала с места. Взгляд Чан Са Гёна тут же устремился вслед за ней.

— Я еще говорю, почему вы встаете?

— Мне кажется, мне здесь не место. Я пойду. Поговорите спокойно.

— Не выпендривайся и сядь.

Его рука молниеносно метнулась, схватила А Ён за запястье и силой усадила обратно. А Ён, рухнув на стул, снова бросила виноватый взгляд на Ча Ю Джин.

— Вице-президент. Мне правда лучше уйти.

— Это мне решать, А Ён. Так вот, о чем я говорил, Ча Ю Джин.

Схватив А Ён за затылок и раздраженно тряхнув, он постучал пальцами по столу прямо перед Ча Ю Джин, привлекая её отсутствующий взгляд.

— Я же говорил. Я не считаю вас, Ю Джин, меркантильной. Поэтому и удивился, что вы хотите выйти за меня. Я думал, вы выйдете замуж по любви.

— ...

— Я и сейчас так думаю, поэтому и предлагаю вам выбор.

— ...

— Чего вы сидите с таким обиженным лицом из-за пустяков. Как вы собираетесь жить дальше? Знаете, почему Кан Ён Су не выдержала и ушла? Потому что она была в точности как вы, Ча Ю Джин. Не смогла стерпеть И Хе Ён. А вот И Хе Ён, наоборот, как ей удалось продержаться до сих пор?

— ...

— Она просто приняла все обычаи Чан До и впитала их в себя. Я лично очень уважаю И Хе Ён как человека. Она действительно потрясающая. Какую бы чушь я ни нес, ей абсолютно всё равно.

— ...

— Вы же не думали, что если вы любите меня, то я отвечу вам тем же? Обидно, что это не взаимно? Я же сказал, заведите себе секонда. Я куплю этому ублюдку дорогую машину. Мне плевать, кто он, просто приведите его ко мне.

— ...

— Суть вот в чем. Для нас брак — это не то же самое, что для обычных людей. Если есть взаимная выгода — берем то, что нужно, и дело с концом. Вы, Ча Ю Джин, получаете статус жены Чан Са Гёна, а я — жену, которая идеально подходит моему публичному имиджу. Син А Ён будет развлекать меня, как сейчас. Вам правда так сложно это принять?

— ...

— Если так, то еще не поздно. Искренне желаю вам встретить мужчину, который будет любить вас и душой, и телом, и выйти замуж по огромной, всепоглощающей любви. В глубине души я, диктор Ча, искренне желаю вам именно этого. Политические браки в любом случае — дело грязное, а понаблюдав за вами сегодня, Ча Ю Джин, я окончательно убедился, что брак по любви вам подойдет гораздо больше.

— ...

— Ну так что. Может, на этом и закончим?

Слушая этот бред, эти собачьи речи, сидя рядом, А Ён почувствовала невыносимое головокружение и потерла глаза.

Как человек может быть таким бессовестным и самоуверенным.

Эта наглость была настолько грандиозной, что вызывала почти благоговение. Если ей самой так тошно, каково сейчас собеседнице? А Ён осторожно взглянула на Ча Ю Джин и увидела, что её лицо уже давно стало белее мела. Удивительно, как она еще не упала в обморок.

Будучи признанной всеми умной журналисткой, она, видимо, не находила слов, чтобы противостоять ему, и не могла вымолвить ни звука.

Говорить тихо, ровным тоном, но при этом наносить противнику смертельные удары, не давая опомниться, — это, похоже, был его особый талант. Или же его железная, непробиваемая наглость была настолько сильна, что лишала дара речи.

В тот момент, когда А Ён подумала, что Чан Са Гён — поразительный ублюдок, Ча Ю Джин вдруг резко вскочила.

Видимо, даже забыв про свою сумочку, она выбежала из комнаты, зажав рот рукой.

А Ён, словно притянутая магнитом, тоже подскочила с места. С трудом подавив желание влепить Чан Са Гёну звонкую оплеуху по затылку, она схватила дорогую сумочку Ча Ю Джин и бросилась вслед за ней.

А Чан Са Гён не стал останавливать А Ён, бросившуюся вдогонку за Ча Ю Джин.

Ууук, из-за кабинки в туалете раздавались звуки рвотных позывов.

А Ён, держа в руках её зеленую сумочку, стояла перед дверью, словно провинившаяся, и ждала, когда та выйдет.

Когда позывы прекратились, послышались рыдания. Чем громче становились всхлипы, тем сильнее А Ён казалось, что она падает в бездну.

Неизвестно, сколько прошло времени.

Наверное, когда у неё уже начали болеть ступни, закрытая дверь наконец открылась, и Ча Ю Джин показалась наружу.

Увидев стоявшую напротив А Ён, её лицо и тело на мгновение замерли, но затем, сжав кулаки, она прошла мимо А Ён к раковине.

Она подставила руки под кран, и ш-ш-ш — вода хлынула бурным потоком. Вымыв руки, Ча Ю Джин набрала воду в ладони, прополоскала рот, снова вымыла руки и закрыла кран.

А Ён не могла ни подойти к ней, ни убежать. Она просто стояла там какое-то время, словно попав в слепую зону.

Зачем я вообще за ней пошла?

Утешать её пришла? Как же это бесстыдно с моей стороны.

— Вы сказали... вас зовут Син А Ён?

А Ён, смотревшая себе под ноги, подняла голову. Ча Ю Джин уже стояла прямо перед ней.

Раздраженно вырвав из рук А Ён свою сумочку, Ча Ю Джин глубоко вдохнула. Казалось, она из последних сил сдерживает желание вцепиться А Ён в волосы.

А Ён понимала её на все сто, нет, на тысячу процентов, и молча стояла, готовая подставить ей щеку или волосы — всё, что угодно.

— Как давно вы вместе?

А Ён не могла так просто ответить. В её голове всё перемешалось: с какого дня начинать отсчет? С того дня на мосту через реку Хан, когда они впервые встретились? Или с того дня, когда она вышла из тюрьмы и получила от него тофу? Или с того дня, когда она ударила ножом Ким Джи Сана?

Как долго мы... вместе?

— Вы... спали?

Ча Ю Джин впилась в А Ён покрасневшими глазами и рявкнула:

— Вы же знали, что у него есть невеста.

— ...Простите меня, Ча Ю Джин.

Это было всё, что А Ён могла ей сказать. Ча Ю Джин бессильно выдохнула, словно затухающее пламя. Одно это извинение А Ён стало ответом на все её вопросы.

— Почему вы так стремитесь быть чьей-то второй? Станьте первой. У вас такое красивое лицо, и у меня просто чувство, что вы, А Ён, не плохой человек. Вы начинающая актриса? Ищете спонсора? Поэтому обратились за помощью к вице-президенту? Если так, я вам помогу. Я тоже... я тоже могу вам помочь, А Ён. Если подумать, я лучше знаю индустрию развлечений и могу свести вас с нужными людьми. Найти вам спонсора? Это вам нужно? Там не только старики. Я найду вам кого-нибудь молодого, вроде вице-президента.

— Это... не так.

— Тогда почему вы это делаете?!

Щека А Ён в одно мгновение резко дернулась в сторону. Получив пощечину от Ча Ю Джин, А Ён тут же покорно опустила голову. Сложив руки перед собой, она искренне, от всего сердца поклонилась.

— ...Дешевая шлюха. Грязная. Какая же ты грязная.

Ча Ю Джин резко развернулась спиной к низко склонившейся А Ён и швырнула свою сумочку в ближайшую урну. Словно сумочка, к которой только что прикасалась А Ён, стала настолько грязной, что она не могла её вынести. А затем она поспешно покинула это роскошное место, совсем не похожее на обычный туалет, так подходившее ей самой.

— ...

Еще долго после её ухода А Ён не могла разогнуть спину. И только когда звонкий стук её каблуков стих вдали, А Ён медленно выпрямилась, равнодушно потирая распухшую, горящую щеку.

Покинув это роскошное пространство, в которое она совершенно не вписывалась, А Ён вернулась туда, где была раньше.

К тому монстру, Чан Са Гёну.