Мягко, но решительно убрав повисшую на нем руку Ча Ю Джин, он отвел взгляд и заметил, как её коллеги-дикторы с любопытством наблюдают за ними.
С приветливой улыбкой Са Гён снова перевел на невесту снисходительный взгляд. Его тихий голос таил в себе безжалостный упрек:
— Легко сказать. Вы хотите, чтобы я сейчас стоял и болтал вот с этими? Решили еще больше измотать и без того уставшего человека. Обязательно было своевольничать, Ю Джин?
— Не «вот с этими», а с моими коллегами, вице-президент. Проявите уважение. Это мои дорогие...
— Я уважаю только людей.
— Вы хотите сказать... что мои коллеги для вас не люди?
— Только ли коллеги?
— Что? Неужели и я... вице-президент, вы правда..!
Ча Ю Джин вскинула голову и посмотрела на него, едва не плача. В её глазах мгновенно заблестели слезы.
— Это действительно... слишком... вы не можете так со мной поступать...
— Я терпеть не могу такое выражение лица, Ю Джин.
То самое выражение лица, которое он презирал. Обычно, если смотреть на мужчин с таким выражением, в ста случаях из ста они в итоге уступали. Но Чан Са Гён даже не попытался её утешить, а, наоборот, открыто демонстрировал презрение, и это безумно раздражало Ча Ю Джин.
«Как бы хорошо я ни понимала, что это брак напоказ, но всё же...»
— Мне нравится та Ча Ю Джин, которую я вижу перед камерами, так что будьте добры всегда вести себя со мной как профессионал. Хватит ныть, словно капризный ребенок.
— ...
— У вас ровно десять минут. Выйдите в платье в течение этого времени. Так и быть, соизволю высказать свое мнение.
Контраст между его ласковой улыбкой и ледяным, грубым тоном был поистине пугающим. Пока Ча Ю Джин до крови прикусывала нижнюю губу, он прошел мимо неё и уверенно направился к нерешительно стоявшим дикторам, протягивая руку.
— Вы ведь дикторы Ким Ми Джин, И Хе Гён и Джи Хё Джин, верно? Я ваш поклонник.
Называя каждую по имени и пожимая им руки, он держался с исключительным достоинством — мужчина, в котором никто не смог бы найти ни единого изъяна. Коллеги, польщенные вниманием Чан Са Гёна, с завистью поглядывали на Ча Ю Джин.
— Боже, вице-президент Чан Са Гён. Как вы запомнили все наши имена? Это такая честь для нас. Мы ведь ваши большие поклонницы. Особенно наша Хё Джин — когда она услышала о вашей помолвке, даже расплакалась в туалете телекомпании!
— Ой, да ну тебя, когда это я... Что вы, вице-президент! Искренне поздравляем с помолвкой. Вы так прекрасно смотритесь с Ю Джин. Она и правда очень добрая и хорошая девушка. Вы чудесная пара.
— Спасибо. У вас, должно быть, устали ноги на каблуках, присаживайтесь.
Опустившись в кресло первым, он скользнул взглядом по своему запястью и произнес с наигранной радостью:
— Любимая Ю Джин, чего вы там стоите? У меня каждая секунда на счету.
— ...Что?
— С нетерпением жду, когда увижу вас в платье, со вчерашнего дня глаз сомкнуть не могу от волнения.
Подняв глаза от часов, он посмотрел на Ча Ю Джин и медленно, с усмешкой, рассмеялся.
— Одевайтесь скорее. Хочу увидеть, какая вы красивая.
Хотя она прекрасно понимала, что он собирается безжалостно засекать время, оказавшись в центре всеобщего внимания, Ча Ю Джин расцвела в лучезарной улыбке.
«Какая разница, искренне это или нет. Главное, чтобы на людях он притворялся, что любит меня».
В очередной раз взяв себя в руки, подавив гнев и с трудом восстановив растоптанную гордость, Ча Ю Джин скрылась за плотной шторой примерочной, где её уже ждали сотрудницы.
Консультантки, суетившиеся вокруг и помогавшие с нарядом, в один голос расхваливали Чан Са Гёна, заставив Ча Ю Джин невольно расправить плечи от гордости.
Затянув корсет и поправив силуэт, девушки рассыпались в дежурных комплиментах: «Ах, как вы прекрасны, невеста!», и Ча Ю Джин перевела взгляд на огромное зеркало.
Оттуда на неё смотрела элегантная и прекрасная женщина в фате и платье, щедро расшитом сияющим бисером.
— Как вам, невеста? Нравится?
— Мне-то нравится, но не знаю, как оценит вице-президент.
— Он будет в восторге. Вы прекрасны. Открываем шторку?
Как только Ча Ю Джин кивнула, сотрудницы, прежде чем раздвинуть ткань, громко объявили: «Невеста выходит!»
Шумные голоса коллег стихли. Ча Ю Джин вдруг почувствовала, как от волнения перед тем, чтобы предстать в таком виде перед Чан Са Гёном, у неё пересохло во рту.
«Ю Джин, я вот что думаю. Самое главное между мужчиной и женщиной — это физическая совместимость. Какая разница, насколько близки ваши сердца, если тело не реагирует? Это ничем не отличается от дружбы».
«Вы несколько раз подавали мне сигналы, чтобы я вас обнял, и то, что я отправлял вас домой, было не из-за моей недогадливости. Просто у меня не возникало желания переспать с вами. Я хочу сказать, Ю Джин, что вы для меня — как друг».
Его жестокие слова, навязчиво всплывающие в памяти, въелись в неё, словно глубокая травма, но... «В эту чушь про дружбу я не поверю».
«На ту женщину мое тело реагирует так, словно я наглотался какой-то возбуждающей дряни. Если бы мы были на одном уровне, её место было бы вашим, Ю Джин, но уровни у нас разные, тут ничего не поделаешь. Придется держать её рядом как секонд».
От внезапно нахлынувших мыслей о Син А Ён её руки, вцепившиеся в подол платья, затряслись от гнева.
В этот момент взгляды коллег, которые с важным видом болтали с Чан Са Гёном, устремились на неё.
Его взгляд — взгляд человека, который за глаза считал их недолюдьми, но в лицо непринужденно вел светскую беседу, — тоже обратился к ней.
Под этим взглядом Ча Ю Джин почувствовала переполняющее её удовлетворение. Как бы красива ни была эта Син А Ён, она, Ча Ю Джин, блестяще образованна, из хорошей семьи и полна достоинства. Она была уверена, что той ни за что не сравниться с её особенной аурой, и он тоже должен был это почувствовать. Стараясь сделать улыбку как можно ярче, Ча Ю Джин встретилась с ним глазами.
— Боже, Ю Джин! Ты такая красивая!
— Идеально подходит к твоему образу! Тебе так идет!
— Без шуток, правда очень красиво, бери это.
Пока коллеги сыпали сладкими комплиментами, повскакивав с мест и суетливо фотографируя её на телефоны, взгляд Ча Ю Джин был прикован исключительно к Чан Са Гёну. Он молча и откровенно скользил по ней взглядом сверху вниз.
На удивление, в глазах мужчины, словно рассматривающего валяющийся на дороге камень, не было ни капли интереса, и этот сухой, безучастный взгляд больно резанул Ча Ю Джин.
— Вице-президент, как вам?
Тем не менее, на них смотрело слишком много людей. Выдавив дежурную улыбку, она поинтересовалась его мнением, и он, мгновенно изобразив на своем до этого бесстрастном лице фальшивое восхищение, ответил:
— Вы самая красивая женщина, которую я когда-либо видел.
«Пусть это и не искренне, но звучит приятно», — подумала Ча Ю Джин и снова широко улыбнулась.
Когда Чан Са Гён поднялся с места, взгляды всех присутствующих на втором этаже невольно устремились к нему.
Он неспешно сокращал дистанцию, и Ча Ю Джин тоже не сводила с него глаз.
«Вот так. Он — мой мужчина-трофей.
Рядом с Чан Са Гёном я сияю еще ярче. Женщина, которую он выбрал. Верно. Как он и сказал, мне просто нужно заполучить титул законной жены Чан Са Гёна.
Этот секонд, годный лишь на роль прислуги, может сколько угодно лапать моего мужчину по ночам, как грязная шлюха, но в итоге женщиной, которую он представит миру как свою жену, буду именно я.
Женщина, которая будет стоять рядом с этим мужчиной, — это я. Мой уровень совершенно иной, нежели у той жалкой наложницы, которую ему приходится вечно прятать».
Обычно при любой мысли о Син А Ён в ней закипала жгучая ярость, но сейчас она отступила, и Ча Ю Джин с сияющей улыбкой посмотрела на подошедшего жениха.
— Вам правда нравится? Скажите честно.
Остановившись вплотную, он по-хозяйски положил руки ей на талию, отчего Ю Джин вздрогнула всем телом.
— М-м...
Он склонил голову, словно собираясь поцеловать, и прижался губами к её уху.
Ча Ю Джин, слегка покраснев, нервно прикусила нижнюю губу.
— Гораздо больше, чем я ожидал...
От его размеренного дыхания, щекочущего ухо, ей казалось, что её бросает в жар. Впервые ощутив так близко его тепло, дыхание и терпкий запах, Ча Ю Джин испытала легкое головокружение. Её тело задеревенело, она даже затаила дыхание. И в этот самый момент...
Его тихий голос, едва сдерживающий издевательский смех, вонзился ей прямо в ухо:
— ...Вообще не нравится. Некрасиво.
Сердце, бившееся как сумасшедшее, резко оборвалось и ухнуло куда-то вниз.
А ничего не подозревающие коллеги лишь охали: «Ах, как здорово, так завидую...», любуясь парой с нескрываемым восхищением.
Для них это выглядело как красивая сцена из любовного романа, но для Ча Ю Джин это было изощренным унижением. И всё же она заставила себя посмотреть на коллег и лучезарно улыбнуться, хотя под глазом предательски дергался нерв.
«Ничего страшного. Всё нормально.
Пусть это и просто фальшивый брак напоказ с таким мужчиной.
Он — тот, кто поднимет мою ценность, так что подобное унижение можно и стерпеть».
