— Переехать заранее и жить здесь? Здесь?
— Да. Мне стыдно это говорить, но я мало что умею. Выйдя замуж, я хочу быть лучшей и в работе на телевидении, и в поддержке вице-президента. Мне многого не хватает, поэтому я хочу многому у вас научиться.
Чан Джун Гиль, бросив на твердо выразившую свое мнение Ча Ю Джин взгляд, полный скрытого смысла, вдруг раскатисто расхохотался и посмотрел на Чан Са Гёна.
— Са Гён, а ты жену-то отлично выбрал. Много ли среди нынешней молодежи тех, кто мыслит подобным образом?
Ча Ю Джин приняла это за комплимент и улыбнулась в ответ, но слова, сорвавшиеся с добродушного лица Чан Джун Гиля, вдребезги разбили её ожидания.
— Раз уж придешь, бросай свою работу на телевидении и переезжай. Ты же всё равно стала диктором не ради великой цели, а чтобы подцепить такую крупную рыбу, как мы. Так ведь?
— ...Что? Крупную рыбу? Отец, что вы сейчас такое...
— А вот и он.
Чан Джун Гиль, перебив Ча Ю Джин на полуслове, увидел приближающегося председателя и вскочил с места. Чан Са Гён тоже встал, аккуратно сложив льняную салфетку, лежавшую у него на коленях, и лишь Ча Ю Джин осталась сидеть, со скрежетом стиснув зубы.
— О-о, госпожа Ча Ю Джин. Рад вас видеть.
Издалека председатель уже протягивал руку для приветствия, но Ча Ю Джин всё так же сидела неподвижно. В этот момент рука Чан Са Гёна внезапно метнулась вперед, грубо схватила её за предплечье и силой заставила подняться.
— ...!
— Ты что творишь? Быстро соберись.
В этом грубом жесте и ледяном тоне не было ни капли заботы. Ча Ю Джин, до смерти испугавшись, посмотрела на жениха, когда он уже убирал от неё руку.
Человек, за которого она собиралась замуж, не обращал на неё ни малейшего внимания, не сводя глаз с председателя. Ча Ю Джин, оказавшись в тишине, запаниковала, словно у неё случился приступ удушья. В плечо, к которому он только что прикасался, с запозданием вонзилась боль.
Её мысли и чувства спутались в один миг. Столкнувшись с таким отношением впервые в жизни, она почувствовала такой хаос в душе, что ей захотелось всё бросить и выбежать из главного дома.
— П-председатель...
Но Ча Ю Джин, как и перед камерами, быстро взяла себя в руки, сцепила ладонь с протянутой рукой председателя и поклонилась.
— ...Как вы поживаете?
Как бы она ни пыталась играть роль счастливой невесты, её тревожный взгляд, устремленный под ноги председателю, скрыть было невозможно.
Огромный обеденный стол на двадцать персон был заставлен деликатесами со всего света так плотно, что не оставалось свободного места. Во главе стола сидел Чан Пан Гиль, сбоку — Чан Джун Гиль, рядом с ним — Чан Си А, а напротив — Чан Са Гён и Ча Ю Джин.
Для такого изобилия компания была скромной, но атмосфера в зале была тяжелой и давящей. Прислуга стояла вокруг них, почтительно сложив руки, готовая в любую секунду убрать упавшую еду, наполнить пустой бокал или удовлетворить любую прихоть, стоило кому-то проявить малейшее недовольство.
Ча Ю Джин, не находя себе места, то и дело поглядывала на А Ён, стоящую среди слуг, но их взгляды ни разу не пересеклись.
Заметив это, Чан Си А подцепила свежайшую сырую устрицу и положила себе на тарелку. Выдавив на неё лимонный сок, она язвительно усмехнулась.
— Наш дедушка порой бывает таким жестоким. Зачем заставлять Ю Джин нервничать и ставить девку, которую обсасывает брат, прямо рядом с нами во время ужина? У нас что, рук не хватает?
— Эй, Си А. Что за «Ю Джин» к будущей жене брата?
— Пап, мы с ней одногодки!
Несмотря на упрек Чан Джун Гиля, Чан Си А, не привыкшая уступать, возмущенно вскинулась, а председатель лишь отмахнулся:
— Оставь её. Постепенно привыкнет. Куда торопиться.
— Вот видите, пап. Я же говорила, дедушка у нас самый лучший! Я вас очень люблю, дедушка. Знаете ведь?
— А как же.
Председатель глупо улыбнулся в ответ на кокетство внучки, и Чан Джун Гиль, словно сдавшись, засмеялся вместе с ним. Не стирая добродушной улыбки с лица, председатель перевел взгляд на Ча Ю Джин.
— А когда наша будущая невестка подарит нам наследника?
— Простите?
Ча Ю Джин, всё это время напряженно следившая за А Ён, не смогла скрыть испуга. Председатель, словно спрашивая, в чем проблема, слегка склонил голову.
— Хотелось бы поскорее подержать его на руках. То ли я совсем постарел, но так хочется увидеть правнука. Говорят же, внуки милее своих детей, а правнуки — милее внуков. Разве нет, Джун Гиль?
— Конечно, отец. Мне и самому уже так хочется увидеть внука.
Председатель, идеально подыгрывая Чан Джун Гилю, бросил прищуренный взгляд на Син А Ён, которая всё это время стояла в углу с опущенной головой, а затем посмотрел на Чан Са Гёна, который с неизменно бесстрастным лицом просто вертел в руках стакан с водой. Оценив его как никогда недружелюбное поведение, председатель заговорил с нарочитой легкостью:
— Раз уж мы все этого хотим, Са Гён, тебе придется постараться. Раз Ча Ю Джин решила переехать к нам, вы всё равно фактически становитесь мужем и женой. В наше прогрессивное время — кому нужны эти формальности со свадьбой?
— Конечно, отец. Каждое ваше слово — истина.
— Если вы с Ча Ю Джин подарите мне внука, я отдам тебе «Мульсан». Согласен, Джун Гиль?
— Почему бы и нет, отец. Разве есть для родителей большая радость, чем успех их детей.
— А почему ты, Са Гён, ничего не отвечаешь своему деду? Не хочешь «Мульсан»?
— Я... я приложу все усилия, председатель!
От неожиданной дерзости Ча Ю Джин, которая влезла в разговор, лицо Чан Джун Гиля на мгновение окаменело. Но тут же, словно ничего и не было, он разразился смехом, откинув голову назад.
— Са Гён, тебе бы поучиться у неё. Посмотри, как Ча Ю Джин уже старается ради семьи.
— Я еще даже не начала стараться, отец. Ждите. Я справлюсь лучше кого бы то ни было.
На это смелое заявление Ча Ю Джин Чан Джун Гиль рассмеялся, держась за живот — ха-ха-ха, а Чан Си А лишь смерила её презрительным взглядом и фыркнула.
— Что ж, обо всем остальном поговорим позже. Давайте есть. А то остынет.
Как только председатель взялся за ложку, прислуга, словно роботы, пришла в движение, расставляя перед каждым пиалы с рисом и супом идеальной температуры. Среди них была и А Ён. По указанию одного из слуг она несла рис Чан Са Гёну и Ча Ю Джин, аккуратно ставя пиалы перед ними.
Поскольку в прошлом ей, будучи безработной, приходилось подрабатывать официанткой, чтобы выжить, её движения были плавными и естественными — в отличие от Чан Са Гёна, который принимал её услуги с явным напряжением.
Ча Ю Джин, сполна ощутившая эту странную атмосферу, вдруг обратилась к А Ён:
— Простите. Извините, но для меня этого риса слишком много. Если вам не трудно, не могли бы вы убрать половину?
Услышав просьбу Ча Ю Джин унести только что поставленную пиалу, председатель, который молча слушал, попробовал клейкий рис, отложил палочки и цокнул языком.
— Слишком много слов. Достаточно было бы сказать: «Риса много».
— Простите? А.
Мгновенно уловив скрытый смысл слов председателя, Ча Ю Джин заправила волосы за ухо и покорно опустила голову перед властным Чан Пан Гилем.
— Я прекрасно понимаю, о чем вы, председатель. Но мне пока еще некомфортно командовать прислугой. Спасибо за заботу, председатель.
— Са Гён. Ча Ю Джин пошла в тебя, тоже излишне добрая.
Раскатистый смех Чан Джун Гиля смягчил напряженную атмосферу, но холодное, непроницаемое лицо Чан Са Гёна стало еще более загадочным.
— Да, я сейчас уберу.
Только А Ён, поняв намек, потянулась к пиале Ча Ю Джин, как вдруг...
Чан Са Гён, впервые взявший в руки ложку, словно лопатой с размаху воткнул её в рис Ча Ю Джин, выгреб половину и швырнул в пустую миску.
— Я всегда так переживаю, что моя любимая Ю Джин мало ест.
«Жри хотя бы это», — словно в раздражении, он швырнул ложку на стол и, ознаменовав начало трапезы, взял палочки и дважды выровнял их о стол — тук-тук. А Ён неуклюже поклонилась, а лицо Ча Ю Джин едва заметно скривилось.
— Эй, как там тебя, блин, как тебя звать-то, эй, ты!
А Ён уже собиралась развернуться, как вдруг раздался щелчок пальцами — так! — и Чан Си А, уставившись на неё, небрежно ткнула пальцем в пустой стакан для воды. А Ён только потянулась наполнить его, как вдруг снова раздалось:
— Подожди.
Услышав голос Чан Са Гёна, все взгляды за столом устремились на него и на А Ён. Чувствуя себя зверьком в зоопарке, на которого все пялятся, А Ён посмотрела на Чан Са Гёна.
— Да, вице-президент. Что вам принести?
— Сначала забери моё.
Он кивком указал на свою пиалу с рисом, и А Ён бесстрастно посмотрела на неё.
Вроде бы с ней всё было в порядке. Может, порция слишком большая или, наоборот, маленькая? Честно говоря, ей было абсолютно всё равно, поэтому она просто кивнула.
— Да, поняла. Я сначала налью воды директору Чан Си А, а потом принесу вам новый рис, вице-президент.
То ли что-то пошло не так, но он отложил палочки, медленно скрестил руки на груди и в упор посмотрел на А Ён снизу вверх.
