Контент удален!

Юн Сыль смогла снова лечь в кровать лишь после того, как съела миску жидкой рисовой каши и прошла осмотр у какого-то уставшего врача.

Глядя в потолок, она задумалась о том, что же случилось с Кан Хён Хо. Неужели он вот так просто меня отдал? Как ни крути, это было маловероятно. А может, как только ситуация обернулась не в его пользу, он просто бросил меня и сбежал. Он ведь был уверен, что я принадлежу ему, так что мог и выбросить за ненадобностью.

От этой мысли желудок, который ещё секунду назад был спокоен, болезненно скрутило.

И всё же краем глаза она проверила, всё ли в порядке с Ли Се Хёком. Оценив ситуацию, он не стал показывать, что они знакомы, но это точно был тот самый Ли Се Хёк. Юн Сыль мысленно выдохнула с облегчением.

Это точно не была галлюцинация или просто похожий человек. Се Хёк не мог постоянно находиться в палате Юн Сыль, но то и дело мелькал в коридоре или за окном, обозначая своё присутствие.

В основном он таскал вещи, убирался или смеялся и болтал с людьми, постоянно крутясь поблизости. Юн Сыль даже позавидовала тому, как легко он сходится со всеми.

В этот момент в палату вернулся посерьёзневший Чон Гён Чхан в сопровождении нескольких человек. Он встал перед Юн Сыль и тяжело вздохнул.

— ...Я говорил с врачом. Мне очень жаль, что так вышло с твоим плечом.

— Сказали, что если потихоньку проходить реабилитацию, то всё заживёт, так что я в порядке.

Юн Сыль покачала головой в ответ на его утешения. На самом деле плечо её не особо заботило. Да, оно болело, но, как и всегда, со временем рана затянется и всё будет хорошо.

Куда больше её волновало, как выбраться отсюда и почему Ли Се Хёк выполняет здесь чёрную работу. К слову, прямо в этот момент он как раз ею и занимался.

— Если хочешь, мы готовы помочь тебе с реабилитацией... Что скажешь?

Вместо ответа Юн Сыль перевела дыхание. Стоящие перед ней миротворцы ни за что не стали бы проявлять доброту без причины.

— ...Что конкретно вам от меня нужно?

Ведь вы не собираетесь помогать мне просто так. Юн Сыль было искренне интересно. Что эти люди хотят со мной сделать, раз До Ын-онни велела мне бежать?

— Ха, ну просто слов нет.

Ответ на вопрос сорвался с губ не Гён Чхана, а совершенно другого человека. Юн Сыль рефлекторно посмотрела на девушку, стоявшую рядом с ним, и искренне удивилась.

Слов нет? И что же тут такого возмутительного? Мой вопрос был каким-то странным?

Девушка, на вид ровесница Юн Сыль, тут же агрессивно набросилась на неё:

— Эй, что нам нужно?! Да ты хоть знаешь, сколько людей погибло, пытаясь вытащить тебя из лаборатории?! Ты должна в ногах у нас валяться от благодарности, а ты что несёшь? Эй, да ты вообще...

— Квон И На, прекрати.

Гён Чхан, который до этого постоянно улыбался, вдруг стал серьёзным, и девушка по имени Квон И На замолчала.

— ...Мы поговорим наедине. Оставьте нас.

Услышав слова тяжело вздохнувшего Гён Чхана, Квон И На и остальные гурьбой покинули палату. Наблюдая за этим, Юн Сыль поняла, что Гён Чхан занимает здесь довольно высокое положение. Но о чём он собирается со мной говорить?

— Ха... Сейчас все немного на взводе. Постарайся их понять.

В ответ на эту внезапную просьбу о понимании Юн Сыль лишь нахмурилась. Гён Чхан горько усмехнулся и сел на стул рядом с кроватью.

— Начиная с событий в лаборатории и заканчивая этой операцией по твоему спасению... Очень много наших людей погибло, пытаясь тебя вытащить.

Он сделал особый акцент на слове «спасение». Но Юн Сыль не чувствовала ни капли благодарности. Да и вообще было большим вопросом, действительно ли это было «спасением». Неизвестно, понял он это или нет, но Гён Чхан продолжил:

— Узнав, что тебя перевозят в Центральный сектор, нам пришлось действовать в спешке и идти на неоправданный риск... Многие пострадали. И сейчас многие лежат в лазарете на грани жизни и смерти, а кто-то попал в руки военных, и связь с ними потеряна. И На вспылила от обиды, на самом деле она неплохая девчонка.

— ...Меня интересует другое: зачем вы забрали меня, пойдя на такие жертвы?

Честно говоря, ей было плевать, что там за человек эта Квон И На. Ей хотелось знать лишь одно: зачем её сюда притащили и что с ней будет дальше. Выслушивать и вникать во все остальные подробности было слишком утомительно.

Чон Гён Чхан немного удивлённо посмотрел на Юн Сыль, а затем заговорил:

— Хорошо, скажу прямо и откровенно. Мы хотим создать полноценную вакцину или лекарство.

Услышав это, Юн Сыль покачала головой. Похоже, они тоже хотят использовать меня для создания чего-то. Но это же невозможно. Разве в лаборатории, в конце концов, тоже ничего не вышло?

— Эта затея провалилась. Именно поэтому в лаборатории и свернули проект.

— Нет, проект свернули не из-за провала. Просто «Диос», поставщик вакцины, узнал о твоём существовании, и военные в спешке всё свернули, испугавшись, что им перекроют поставки. Доктор Ким До Ын говорила, что они получают значимые результаты, и хотела продолжать. И мы собирались ей в этом помочь. Пусть доктор Ким и погибла от рук военных, пытаясь организовать твой побег... Мы хотим продолжить её дело.

Юн Сыль не стала торопиться с реакцией на слова Гён Чхана, сказанные с горькой усмешкой. Мужчина использовал странную манеру речи, будто неуловимо перекладывая всю вину на неё.

— Я не хочу давить на тебя — человека, который всю жизнь прожил в лаборатории. Но я хочу, чтобы ты поняла, насколько это важное дело. Если бы у нас была вакцина, мы смогли бы разрушить эту абсурдную систему, выстроенную Центральной армией.

Услышав такие сложные вещи, Юн Сыль молча опустила глаза. Заметив это, Гён Чхан подался вперёд, пытаясь поймать её взгляд.

— Если ты согласишься, мы отправимся на остров, который служит нам базой, ты пройдёшь там реабилитацию... Мы обеспечим тебе гораздо более свободную и комфортную жизнь, чем в Центральной лаборатории.

— На остров?

— Изначально это был необитаемый остров, но мы обосновались там и используем его. Туда плыть больше пяти часов на лодке, так что военные не смогут просто так за нами сунуться...

Гён Чхан осёкся и осторожно посмотрел на Юн Сыль. Но она по-прежнему ничего не отвечала, лишь кивая в знак того, что слушает.

— А, только не пойми неправильно из-за того, что это остров. Мы выбрали это место, чтобы надёжно тебя защитить и вести разработки без вмешательства Центральной армии.

Глядя на Юн Сыль, которая никак не отреагировала на его длинные объяснения, Гён Чхан деланно улыбнулся.

— Тебе и так нездоровится, а я тут разболтался, да? В общем, ты выглядишь уставшей. Сегодня отдохни, а завтра поговорим снова.

Юн Сыль кивнула в ответ на его слова и тихо легла в кровать. Как бы отсюда сбежать? Она была не дурой, чтобы повестись на красивые слова и послушно отправиться на какой-то остров. Сейчас она не могла доверять ни Центральной армии, ни миротворцам.

Кстати, раз они вытащили меня оттуда, значит, миротворцы и Кан Хён Хо снова устроили перестрелку... Он не ранен? Невольно поймав себя на беспокойстве за Кан Хён Хо, Юн Сыль прикусила щеку изнутри. Ей бы со своими проблемами разобраться — не хватало ещё переживать за этого распрекрасного генерал-лейтенанта Кан Хён Хо.

* * *

Примерно через неделю после того, как она попала в руки миротворцев, Юн Сыль пришла в себя настолько, что могла бы совершать лёгкие пробежки. Однако она держалась за плечо и притворялась максимально больной. Ведь она до сих пор не успела поговорить с Ли Се Хёком и не придумала, как выпутаться из этой ситуации.

То ли её симуляция сработала, то ли по другой причине, но Чон Гён Чхан больше не заикался об острове. Лишь говорил, что её выздоровление — это главный приоритет, и советовал беречь здоровье.

Чон Гён Чхан разрешал ей выходить на прогулки подышать свежим воздухом, даже не приставляя охрану. Казалось, будто ей даровали свободу, но на деле всё было иначе. Их убежище, которое в прошлом, по слухам, было санаторием, находилось в самой чаще леса, так что сбежать отсюда пешком было попросту невозможно. И Чон Гён Чхан это знал. И она тоже.

Юн Сыль сидела на скамейке перед главным входом в здание и смотрела в небо. Ни облачка, такое синее — загляденье. В отличие от её сгорающей от тревоги души, небо было таким безмятежным, что она ему завидовала. В этот момент, неизвестно откуда взявшись, на газоне на корточки опустился Ли Се Хёк и начал дёргать траву.

В перчатках на обеих руках и с мешком под боком — он взялся за дело весьма основательно.

— Юн Сыль, я тут всё разведал, — начал он.

Юн Сыль нарочно не смотрела на него, устремив взгляд в небо, и ответила:

— Угу.

— Здесь одни ублюдки, которые только и думают, как бы тебя использовать.

Се Хёк, раздражённо вырывая сорняки из газона, тяжело дышал от злости.

— К тому же они даже между собой договориться не могут, грызутся так, что мама не горюй.

Чуть удивлённо покосившись на Се Хёка, Юн Сыль спокойно вернула взгляд прямо перед собой. Впрочем, Се Хёк-оппа к этому моменту уже наверняка понял, что я была подопытной. Но сейчас это было неважно. Её ужасно тревожило и заставляло чувствовать себя виноватой то, что Се Хёк оказался здесь из-за неё.

— Это всё потом. Оппа, а ты-то почему здесь траву дёргаешь?

— Да эти придурки спихнули на меня выдёргивание сорняков, мол, я же новенький.

Ответив, он, видимо, разозлился ещё больше и со злостью швырнул перчатку на землю. Увидев это, Юн Сыль тут же непринуждённо отвернулась в другую сторону и уточнила суть своего вопроса:

— Я не об этом. Зачем ты потащился в такую опасную даль?

— Потащился? Я пришёл тебя спасать. Припёрся в 5-й сектор тебя искать, а там полная задница. И тут вдруг объявляют, что ты едешь в Центральный сектор. Я даже сообразить ничего не успел, просто запрыгнул в транспортник под видом местного.

— И что?

— А потом вдруг миротворцы сцепились с военными, поднялась пальба. Я подумал, что вот он, мой шанс вытащить тебя под шумок, но облажался. Зато случайно спас одного миротворца и вот так затесался к ним.

— Нужно было просто вернуться к сестре. Зачем ты попёрся в это опасное место?

Юн Сыль с досадой постучала себя по груди, и Ли Се Хёк вопросительно изогнул бровь.

— Хватит бубнить, просто скажи: «Спасибо, что пришёл за мной». Готов поспорить, в одиночку ты отсюда ни за что не сбежишь.

— ...Спасибо.

Это были не пустые слова: благодаря присутствию Ли Се Хёка у неё действительно отлегло от сердца, поэтому Юн Сыль послушно поблагодарила его. Се Хёк довольно кивнул, но тут же нахмурился и сказал:

— Кстати, этот Кан Хён Хо или как там его...