Откинувшись на изголовье кровати, Кан Хён Хо с равнодушным видом наблюдал за поскуливающей Юн Сыль. Зажав в зубах сигару, он не шевелил и пальцем, его взгляд был ледяным.
Юн Сыль, как он и велел, без единой нитки на теле сидела у него на бедрах и усердно двигала тазом. Каждый раз, когда её клитор терся о его твердые мышцы, плечи девушки мелко вздрагивали.
Уж лучше бы он просто вошел в меня. Но Кан Хён Хо, похоже, не собирался этого делать. Когда дело касалось секса с ним, как бы ни было мучительно физически, морально это переносить было гораздо легче.
Её взгляд непроизвольно опустился к паху Кан Хён Хо. К её возмущению, в отличие от полностью раздетой Юн Сыль, он оставил на себе белье. Сквозь черные обтягивающие боксеры четко проступал контур эрегированного члена. Ну почему...
Юн Сыль молча прикусила щеку изнутри, проглатывая вздох. Залезть верхом на бедра, которые — без преувеличений — были толщиной с её талию, и тереться о них самым чувствительным местом было невероятно стыдно.
Но что еще хуже: помимо её воли, соприкасающаяся плоть становилась всё более влажной, отчего лицо Юн Сыль пылало. Мягкие половые губы и набухший клитор раз за разом прижимались к рельефным, твердым мышцам.
Однако Кан Хён Хо это явно не устраивало. Он затянулся сигарой так сильно, что на щеках выступили ямочки, и нахмурил брови.
— Пан Уль, сама подумай.
Изо рта Кан Хён Хо вырвалось облако густого дыма, затуманившее его лицо.
— Как для человека, который вымаливает жизнь любовника, ты как-то совсем без энтузиазма двигаешь бедрами.
— Ха... Он мне не любовник.
Юн Сыль категорично ответила Кан Хён Хо, который продолжал цепляться за Ли Се Хёка. Ему тоже противно со мной целоваться, и мне с ним противно. Но если она скажет это вслух, генерал обязательно прицепится: «И о чем же вы таком говорили, что обсуждали поцелуи?», поэтому лучше было держать язык за зубами.
— Точно не любовник.
Кан Хён Хо молча посмотрел на яростно отрицающую Юн Сыль, затем свесил руку с кровати и стряхнул пепел с сигары. Серый пепел с тлеющими красными искрами упал на пол, испачкав его.
— Ну да, конечно.
Снова зажав сигару в зубах, Кан Хён Хо произнес ледяным тоном:
— Конечно, не любовник. Иначе с чего бы тебе сейчас этим заниматься.
От его равнодушного взгляда и пренебрежительного тона Юн Сыль запаниковала. Она боялась, что он скажет: «Хватит, пошла вон», встанет и пойдет за Ли Се Хёком.
Ей было противно от того, что она вынуждена выпрашивать у него секс, но выбора не было. Немного поколебавшись, Юн Сыль наклонилась вперед и прижалась губами к шее мужчины.
— Ха...
Кан Хён Хо закрыл глаза, словно смакуя влажное прикосновение. Губы Юн Сыль скользнули ниже. Когда она осторожно поцеловала выступающую ключицу, его широкая грудь тяжело поднялась и опустилась.
Внимательно следя за реакцией, Юн Сыль положила руку на мускулистую грудь Кан Хён Хо. Твердость вперемешку с упругостью казалась непривычной. Ей никогда не доводилось трогать его тело подобным образом, и от этого было неловко.
Вспомнив, как он ласкал её, Юн Сыль продолжила гладить его. Под ладонью она нащупала твердый сосок. Неуклюже потирая его, она прижалась к нему губами. Девушка не решилась сосать, а лишь легко целовала, словно птичка, клюющая зерна, отчего у генерала вырвался хриплый стон.
Ободренная этим, Юн Сыль опустила голову ниже, вылизывая его рельефные, как кубики, мышцы живота. С каждым прикосновением её языка пресс напрягался всё сильнее. Контраст между горячей, мягкой кожей и твердыми мышцами под ней казался странным.
Полуприкрытые глаза Кан Хён Хо неотрывно следили за лицом Юн Сыль.
Наблюдая за тем, как девушка льнет к нему и неуклюже целует, Кан Хён Хо проглотил тяжелый вздох. Разве могут ненависть и привязанность существовать одновременно? Задаваясь этим неразрешимым вопросом, он стиснул зубы, сжимая сигару, и подавил острое желание немедленно впиться поцелуем в её щеку.
Но чем дольше Юн Сыль продолжала эти нелепые ласки, тем глубже Кан Хён Хо погружался в мрачное настроение, какого у него не было никогда прежде. При мысли, что всё это делается ради кого-то другого, к горлу подступала тошнота.
Тем временем Юн Сыль дрожащей рукой нащупала его пах. Это было невероятно неумелое прикосновение. Но даже на такую жалкую ласку нижняя часть тела Кан Хён Хо радостно отозвалась, выделяя смазку. Он раздраженно нахмурился.
Разозлившись на собственное тело, которое безотказно реагировало даже в такой паршивой ситуации, мужчина отбросил руку Юн Сыль. А затем властно схватил её за подбородок и заставил поднять голову.
— Соси.
Что именно? Юн Сыль в испуге округлила глаза. Но вопреки её опасениям, Кан Хён Хо просто вставил сигару, которую курил, между её пухлых губ.
— А...
Юн Сыль послушно взяла сигару и сделала затяжку. Едкий дым мгновенно заполнил горло. Глаза защипало, в носу засвербело, казалось, легкие сейчас разорвутся.
Кх-кх. Она зашлась в кашле, непрерывно потирая глаза, и тогда Кан Хён Хо раздраженно вздохнул, схватил её за челюсть и заставил открыть рот. А затем с силой выдохнул дым из своих легких прямо в рот Юн Сыль. Её черные глаза наполнились болью и слезами.
— Глотай.
Густой дым ворвался в насильно открытый рот Юн Сыль. Подчиняясь приказу, она сомкнула губы, проглатывая горький дым, и снова зашлась в кашле.
Заставив её сделать это, Кан Хён Хо сам же недовольно поморщился.
— Юн Сыль.
Впервые услышав, как Кан Хён Хо называет её по имени, девушка от неожиданности широко распахнула глаза. В тот момент едкий вкус сигары словно исчез. А может, просто язык онемел.
— Это тоже тот уебок придумал?
— Нет.
Быстро замотав головой, Юн Сыль, с трудом сдерживая кашель, продолжила:
— Я сама себе его дала.
— И что оно значит?
— Ну, я случайно оказалась у моря и...
Она успела сказать только это, как Кан Хён Хо расхохотался в голос. Нахмурившись от обиды, Юн Сыль вдруг с ужасом осознала, что дрожащий от смеха мужчина двоится у неё в глазах. Два Кан Хён Хо — это был сущий кошмар во всех смыслах.
— Значит, если бы наша Пан Уль увидела красивый камень, она бы назвала себя Камешком, — сорвалась с его губ жестокая издевка. — Даже не знаю, радоваться этому или плакать.
— Да твое...
А твое дурацкое «Пан Уль» лучше, что ли? Имя Юн Сыль гораздо красивее и со смыслом. Она хотела высказать всё этому язвительному ублюдку прямо в лицо, но опоздала. Пальцы Кан Хён Хо без предупреждения скользнули ей между ног.
— А... ха.
Длинные указательный и средний пальцы уверенно нащупали набухший клитор и начали давить на него. Затем, словно размазывая выделяющуюся смазку, он принялся медленно массировать всё вокруг.
Крупные пальцы с выступающими костяшками тщательно разминали малые половые губы, проникали в складки и спускались к промежности. А затем без всякого предупреждения грубо протолкнулись внутрь.
— Ха-ах.
Испугавшись пальцев, давящих на слизистую, Юн Сыль уткнулась лбом ему в плечо и застонала. Но Кан Хён Хо сохранял каменное лицо. Он медленно растирал внутренние стенки, а затем, разведя пальцы ножницами, растянул её изнутри.
Юн Сыль вцепилась ему в плечо, умоляя остановиться, но он лишь нахмурился и продолжил. Кан Хён Хо вводил и выводил пальцы так, словно это был не член, а затем, согнув их, начал царапать стенки изнутри. По его широкому запястью стекали струйки прозрачной смазки.
— Н-не выскребай... — попросила Юн Сыль с горящим лицом, мотая головой, но генерал лишь криво усмехнулся.
— Ты слишком мокрая, я просто немного убираю лишнее.
Кан Хён Хо специально прижался губами к самому её уху и тихо добавил:
— Если я войду в тебя прямо сейчас, мой член просто лопнет.
И почему его член всегда обречен на то, чтобы «лопнуть»? Ей хотелось спросить, нет ли у него какого-то извращенного фетиша на этот счет, но пришлось сдержаться. Ругаться с ним сейчас, когда Ли Се Хёк фактически в заложниках, было плохой идеей. Поэтому Юн Сыль просто крепко зажмурилась, едва сдерживая слезы.
Увидев это, Кан Хён Хо больше не мог сдерживаться: схватил её за затылок и впился в губы.
Юн Сыль на удивление покладисто ответила на поцелуй, приоткрыв рот, и это снова вывело Кан Хён Хо из себя. Небось, и это тоже делает ради того ублюдка. Её нежный гладкий язычок сплелся с его шершавым языком.
Кан Хён Хо с силой надавил на корень её языка, провел по ровным зубам и с маниакальным упорством начал посасывать уголки губ, где запеклась кровь. Это был поцелуй, в котором сквозило откровенное желание сожрать её целиком.
— Ха, п...
Я задыхаюсь. Из-за того, что их лица были так близко, её нос оказался придавлен, и она не могла вдохнуть. Но Кан Хён Хо, полностью поглощенный поцелуем, и не думал отстраняться. Не выдержав, Юн Сыль слегка отвернула голову, чтобы глотнуть воздуха.
Решив, что она его отталкивает, мужчина яростно вытаращил глаза и стиснул зубы. Словно наказывая её, он грубо схватил Юн Сыль за талию, усадил на себя и одним махом вонзил свой член в неё до самого конца. Огромный, твердый кусок плоти безжалостно разорвал её изнутри, упершись в самый низ живота.
— А, ух!
Юн Сыль, сидя на нем верхом, вцепилась ему в плечи и содрогнулась всем телом. Больно. Было невероятно больно, но при этом появилось странное ощущение невесомости, словно её тело парило.
Она не понимала, что эта странная вялость была вызвана дымом сигары Кан Хён Хо, в котором содержались обезболивающие. Пока Юн Сыль пыталась осмыслить эти странные ощущения, Кан Хён Хо рявкнул:
— Куда собралась.
Сцепив зубы, он снова толкнулся бедрами вверх. Правой рукой Кан Хён Хо сгреб её подпрыгивающую грудь и целиком взял сосок в рот.
Пока он катал напряженный сосок во рту, не прекращая двигать бедрами, из его горла вырвался полный горечи стон:
— Сама же ко мне прицепилась.
И куда ты теперь денешься? Кан Хён Хо, сверля молчащую Юн Сыль свирепым взглядом, продолжил яростно вколачиваться в неё.
✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению! ➡️ Fableweaver
