— Босс! Ну же! Умоляю, напрягите ноги и шевелитесь!

Пак Хван, облокотившись на плечо кричащей на него женщины, только тихо хихикал. То, что он не мог контролировать не то что тело, а даже руку, казалось ему забавным. Он искренне не понимал, почему эта женщина просто не бросит его, а тащит на себе. А кто это вообще? Внезапно всё поплыло перед глазами, земля резко метнулась вверх и ударила его по лицу.

Он даже не понял, что упал, и продолжал хихикать, бормоча, что земля шевелится.

— Блядь, ну что за пиздец... Я же говорила: надо было прикончить Ли Се Хёка и побыстрее сбагрить эту девку!

Женщина с каре отвесила Пак Хвану подзатыльник, тяжело вздохнула и подняла его на ноги. Надо же было Ли Се Хёку устроить бунт именно в тот день, когда босс получил дозу... Ситуация обернулась полнейшим дерьмом.

Босс обдолбан в хлам, половина людей убита — нужно было срочно отступать. Знала бы, что так выйдет, продала бы еще пару человек на прошлой неделе.

Но, к счастью, это был еще не конец. Пока у них есть Пак Хван, который держит в кулаке всех барыг 4-го сектора, бизнес можно начать заново в любой момент.

Отчасти это было даже к лучшему. Три месяца назад, когда Ли Се Хёк впервые сорвался с цепи, многие старые сотрудники погибли, остались в основном сопляки, и дисциплина пошла по пизде. Нужно просто свалить отсюда и начать всё с чистого листа.

В пустошах полно заброшенных зданий и отчаявшихся нелегалов, которым некуда идти. Главное — не потерять Пак Хвана, и они снова встанут на ноги.

— Ким Кан Вон, тупой ублюдок...

К гадалке не ходи: Ким Кан Вон и Ли Дон Хён решили выкинуть какую-то хуйню, облажались, и Ли Се Хёк воспользовался моментом. Надо было задушить это в зародыше, но из-за нехватки рук я закрыла на это глаза, и вот результат.

Продолжая ругаться и волоча Пак Хвана вниз по лестнице, она выглянула в окно и скривилась. Рассвет уже наступил, а значит, шансов не осталось.

Ли Се Хёк был монстром, мастерски управляющим своей тенью, а днем он становился практически неуязвимым. Три месяца назад, если бы это случилось не глубокой ночью, и если бы босс не вырубил рубильники, они бы не поймали его, даже если бы положили тут всех.

Тогда босс уперся, что этот товар принесет огромные бабки, и не дал его прикончить... Бабки, как же. Всё пошло по пизде из-за этого сраного наркомана.

Если подумать, корнем всех проблем был именно босс. От злости она уже замахнулась, чтобы снова ударить Пак Хвана, как вдруг рация зашипела.

— Онни! Ли Дон Хён и Чан Су Джон, похоже, мертвы. А Ким Кан Вон, этот ублюдок, выжил, но, походу, совсем тронулся головой. Орет, что не успокоится, и поперся на первый этаж...

— Оставь этого хуесоса подыхать и быстро дуй сюда!

В ту же секунду из рации донеслись панические крики:

— Эй, Ким Кан Вон! Какого хера ты прешься в подвал?! Онни, у этого уебка глаза бешеные! Эй! Нахуя ты трогаешь инфицированных... Что ты творишь, ебанутый?! Онн...

— Что? Что там с инфицированными в подвале?!

Она переспрашивала снова и снова, но ответа не было.

В подвале они держали инфицированных. Их выращивали как средство устрашения, чтобы патрули 4-го сектора и военные не смели соваться сюда. План был таков: если на них нагрянут, они выпустят тварей и превратят весь район в мясорубку, устроив эдакий самоподрыв. Естественно, тварей там было дохрена.

— Блядь, я сейчас с ума сойду...

В истерике она швырнула рацию в стену и бросила босса на пол. Пак Хван всё так же бессмысленно пялился в потолок расфокусированным взглядом. Положив пистолет ему на живот, она строго наказала:

— Босс, сидите здесь тихо и ждите. Поняли?

Бросив на Пак Хвана полный тревоги взгляд, она сорвалась с места и побежала. Одна она его не утащит, нужно было найти оставшихся ребят.

Оставшись один в коридоре, Пак Хван закрыл глаза, тяжело дыша, словно вот-вот уснет, но вдруг поднял голову, услышав шаги. Он не сразу понял, кто именно направляет на него ствол пистолета.

— А, гусыня.

Га-га-га. Снова издав этот дурацкий гусиный звук, он схватился за живот и расхохотался, словно это было невероятно смешно.

Глядя на валяющегося на полу мужчину, А положила палец на спусковой крючок. Я думала, что, несмотря на всю их неорганизованность и выдающиеся способности Ли Се Хёка, нам как-то слишком легко. Вот в чем была причина. Им просто повезло, что босс был не в себе.

Одной рукой держа его на мушке, другой А начала шарить по карманам и поясу Пак Хвана. Ей нужны были ключи, чтобы выпустить людей из актового зала...

Но, к её разочарованию, ключей у Пак Хвана не оказалось. У тех двоих, что охраняли зал и которых Се Хёк вырубил за секунду, их тоже не было. Оставалось только одно место — кабинет босса.

Они договорились, что Се Хёк останется караулить у зала на случай, если появятся остальные из банды, а А сходит за ключами. Сказать, что разлучаться с надежным Ли Се Хёком было не страшно, было бы ложью, но лучшего плана не было.

А с трудом сглотнула, глядя на пистолет, лежащий на животе Пак Хвана. Почему он его не берет? Если бы он попытался напасть, я бы выстрелила не раздумывая... Но стрелять в беззащитного человека? Он ублюдок, заслуживающий смерти, и я должна сделать это прямо сейчас... Но смогу ли я убить человека?

Пистолет в руке внезапно показался невыносимо тяжелым. Да, она видела много смертей, но сама еще никого не убивала.

— Ну же.

Глядя прямо в дуло, Пак Хван пробормотал это так, словно выдохнул.

— Я так и знал, что всё этим закончится.

В конце концов, всё приходит к этому. Я был прав. Будь я хорошим мальчиком, который живет правильно, мне было бы куда обиднее подыхать. В этом разрушенном мире, где ты рождаешься ни с чем, единственный способ прожить хоть сколько-нибудь по-человечески — это давить тех, кто слабее.

Безопасный Центральный сектор? Они играют жизнями людей, давая ложную надежду, но никого туда не пускают. А миротворцы требуют только жертв. Для такого ничтожества, как я, лучшая жизнь — это кайфовать сегодня и сдохнуть завтра. Таким везунчикам, как Ли Се Хёк, этого никогда не понять.

— Хватит строить из себя невесть что. Вся эта барахтанья... не имеют смысла. В конце концов, все сдохнут как собаки.

В ответ на его слова о том, что всё бессмысленно и нет резона стараться, А отрицательно покачала головой. Жест был едва заметным, но решительным. То, что всё закончилось так, — это результат того, как он жил. Если бы он жил иначе, результат был бы другим. Даже она со своей скудоумностью это понимала.

— Вы сдались.

Вы просто трус. Поэтому жили так жалко и теперь так же умрете. Жить как хочется, потакая своим желаниям, как это делал Пак Хван, мог каждый.

Из-за его габаритов к нему как-то не вязалось слово «слабый», но теперь А видела его насквозь. Он просто боялся завтрашнего дня, дрожал от страха, поэтому сбегал в наркотический угар и винил во всём мир. А могла понять эти чувства, но простить ему то, что он похитил её ради выгоды, она не могла.

— Даже если я сдохну как собака, я не буду жить как вы.

Услышав слова А, Пак Хван скривил губы.

— Ого, а наша гусыня, оказывается, у нас философ...

То ли из-за наркотиков, то ли из-за чего еще, он даже не пытался сопротивляться, а лишь продолжал смеяться.

Глядя на беспомощно лежащего перед ней человека, А колебалась: нажимать на спусковой крючок или нет.

Она понимала, что это глупо, но пошевелить пальцем оказалось невыносимо тяжело. Она говорила так уверенно, но, возможно, настоящей трусихой была именно она.

Когда А глубоко вдохнула, Пак Хван медленно закрыл глаза, словно готовясь принять покой.

Увидев это, она окончательно потеряла решимость выстрелить. Если она убьет его сейчас, это зрелище будет преследовать её всю оставшуюся жизнь. И дело было вовсе не в милосердии или жалости. Он не заслуживал жалости. Если уж искать оправдание: ей было противно дарить ему этот самый покой.

Понимая, что просто оправдывает свою слабость, А опустила пистолет и развернулась. Её терзали сомнения, правильный ли это выбор, но она не сбавила шаг.

— Ну просто святая выискалась. Долго ты с таким подходом не протянешь.

Насмешливый голос Пак Хвана прилип к ней, как тень, но она не обернулась. Пак Хван тоже не стал хвататься за свой пистолет, чтобы выстрелить ей в спину.

* * *

А осознала, что у неё неплохо получается запоминать дорогу. Кабинет босса она нашла с первого раза, и на обратном пути к актовому залу тоже почти не плутала. Поняв, что не такая уж она и дура, А почувствовала прилив странной уверенности. К тому же связка ключей благополучно лежала у неё в руке.

Её шаги ускорились, и ключи в руке весело зазвенели.

Подойдя к входу в актовый зал, она увидела Ли Се Хёка, расхаживающего перед стеклянными дверями. Он нервно сжимал и разжимал кулаки, хмурился и бормотал что-то себе под нос. Потрогав красную, опухшую челюсть — след от недавней стычки с остатками банды — он сплюнул кровь.

Переживает за меня. Чтобы успокоить Се Хёка, А широко улыбнулась и подняла вверх руку с ключами.

— Я нашла ключ...

Она собиралась сказать, что принесла ключи, но, когда Ли Се Хёк поднял голову, его лицо окаменело.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver