— Эй! Сзади!

Крикнув это, он рванул в её сторону. Сзади? А обернулась лишь тогда, когда его тень уже растянулась до её ног. И тут же об этом пожалела.

Бесчисленное множество инфицированных оказалось настолько близко, что было непонятно, как они не заметили их раньше. Их было гораздо больше, чем она видела за забором снаружи. Откуда они все взялись?

Но сейчас было слишком поздно искать ответы на такие беспечные вопросы, равно как и пытаться убежать. Может, хотя бы ключи ему бросить? Тем более что Ли Се Хёку нужно было закрыть двери актового зала. Каким бы сильным ни был Ли Се Хёк, вряд ли он сможет остановить десятки прущих на них инфицированных.

Пытаясь мыслить хладнокровно, она уже потянулась рукой, но тень Ли Се Хёка резко дернула её назад и повалила на землю.

Бум! Она сильно ударилась копчиком, но вместо боли почувствовала лишь благодарность.

Гнилые зубы, между которыми застряли куски плоти, источающие жуткий смрад, клацнули в миллиметре от её лица и тут же отдалились.

Клац-! Звук смыкающихся челюстей громко отдался в ушах. Ей удалось спасти свой нос буквально в последнее мгновение. Тень потянула её назад, и она заскользила по земле.

Она не успела ни подняться, ни опереться на ноги, как оказалась у дверей зала. В её спину врезалось тело Ли Се Хёка. Обхватив её за плечи, он рывком втащил её внутрь, но инфицированные оказались быстрее. Труп, бежавший впереди всех, прыгнул на них на четвереньках, как дикий зверь.

Ли Се Хёк инстинктивно вскинул руку, словно защищаясь от голодной твари, бросившейся на них. Точнее, казалось, он готов был пожертвовать рукой, лишь бы прикрыть её.

Оказывается, бывают моменты, когда всё кажется таким медленным. Сцены сменялись так тягуче, словно мозг искусственно растягивал время, чтобы найти шанс на выживание.

А действовала не раздумывая. Ли Се Хёку нельзя было позволить быть укушенным, а вот ей самой — можно.

А левой рукой рванула на себя напряженное, как струна, предплечье Ли Се Хёка, а правой оттолкнула грязную пасть инфицированного.

На самом деле она не столько оттолкнула её, сколько засунула руку прямо в эту смердящую гнилью пасть. Естественно, ладонь тут же пронзила обжигающая боль. Алая, как гранатовый сок, кровь потекла по её запястью, и она услышала крик Ли Се Хёка.

Тупые зубы, когда-то принадлежавшие человеку, вгрызлись в плоть. В ту же секунду кулак Ли Се Хёка вдребезги разнес череп инфицированного. Мерзкая жижа брызнула ей в лицо и на одежду, но боль в растерзанной ладони немного утихла.

Пока обезглавленный инфицированный, находившийся ближе всех, скреб пол в агонии, Ли Се Хёк втолкнул А в актовый зал и быстро запер дверь.

Бах!

Не успел Ли Се Хёк, заперев замок, сделать и шага назад, как инфицированные всей массой врезались в двери. Это была разница в доли секунды. Однако прозрачные стеклянные двери вряд ли могли выдержать такой напор.

Непрекращающийся поток инфицированных давил на стекло, отчаянно пытаясь прорваться внутрь. Чистое до этого стекло мгновенно покрылось какими-то непонятными жидкостями и слизью. Хоть этого и не было видно, но вскоре раздался характерный треск — по стеклу пошли трещины.

— А, ключи.

Вдруг я выронила их в суматохе? Испугавшись, она проверила левую руку и с облегчением выдохнула: ключи были на месте.

— Пока они не прорвались, давайте быстрее выпустим людей.

А зазвенела ключами, поторапливая Ли Се Хёка, но тот не сдвинулся с места.

— Ты...

Он уставился на её прокушенную ладонь. Его лицо исказилось так, что было непонятно, злится он или ему грустно.

— А, ну я...

Мне можно быть укушенной. Но можно ли ему это говорить? И даже если она попытается объяснить, поверит ли он? А колебалась, глядя на алую кровь, которая пульсирующими толчками собиралась в её ладони. Кроме как сказать «просто наблюдай», у меня нет другого способа заставить его поверить мне.

Запоздало осознав ситуацию, побледневшая А подняла взгляд на Ли Се Хёка. Что, если он мне не поверит и размажет мне голову кулаком, как тому инфицированному?

Страх пересилил боль в руке, и пока она стояла в растерянности, Ли Се Хёк стянул футболку с валявшегося без сознания мародера и разорвал её на полосы. Прищелкнув языком, он плотно обмотал и перевязал её правую руку.

— Не свети укусом и сиди тихо. Поняла?

Она же не превратится прямо сейчас. Потом, когда найдем безлюдное место... Черт. Ли Се Хёк, сдерживая ругательства, тяжело вздохнул со сложным выражением лица, глядя на А, которая, к его удивлению, послушно закивала.

* * *

Какое счастье, что я захватила связку ключей из кабинета босса. Ли Се Хёк и А, поделив ключи пополам, принялись открывать замки на клетках. Они старались двигаться как можно быстрее.

Вопреки опасениям, что это займет много времени, дело пошло довольно споро. Освобожденные люди помогали открывать замки друг другу и умело распутывали веревки на руках и ногах. В прошлый раз мне показалось, что пустых клеток много, но сейчас я вижу, что людей тут полно. Человек сорок, не меньше.

Некоторые из освобожденных попытались занавесить стеклянные двери, которые инфицированные вот-вот могли разбить, и начали стаскивать к ним стулья, столы и пустые клетки. Но это была жалкая попытка забаррикадироваться.

Осознав надвигающуюся катастрофу, люди сплотились и начали думать, что делать дальше. Центром этой импровизированной группы стал Ли Се Хёк. Но сам Се Хёк, даже слушая предложения людей, не спускал глаз с А.

А не сразу поняла, что он за ней следит. Наверное, ждет, что если я начну превращаться — сразу меня убьет. От этой мысли она напряглась, и тело сковало страхом.

Люди, которые поначалу с подозрением косились на перевязанную руку А, похоже, поверили объяснению Ли Се Хёка, что она поранилась, когда они убегали от надзирателей. Точнее, у них просто не было времени зацикливаться на этом.

— Задняя дверь. Давайте выйдем через заднюю дверь.

Кто-то предложил этот вариант, и остальные закивали.

— Задняя дверь на другой стороне здания, нужно действовать быстро. Эти ублюдки скоро окружат всё здание. А может, уже окружили, так что давайте поищем хоть какое-то оружие.

— Я видел, задняя дверь обмотана цепью с замком... Чем её перекусить?

— Вон там вроде валялись какие-то инструменты.

Люди действовали удивительно слаженно и быстро, сами находя себе задачи без чьих-либо приказов.

— На парковке стоит автобус, на котором они нас перевозили. Предлагаю всем запрыгнуть в него и рвануть к ближайшему сектору.

— А... ключи от автобуса есть?

— Пошарим по карманам этих ублюдков, может, найдем. Или приведем их в чувство и выбьем ключи силой.

— Тут есть дорога, ведущая прямо в 4-й сектор. Если поедем по ней, скорее всего, наткнемся на транспорт резидентов или патруль.

Пока люди пинали вырубленных бандитов, пытаясь найти ключи от автобуса, А столкнулась с проблемой. Замок дедушки, который с ней по-доброму разговаривал, она открыла, а вот замок девочки никак не поддавался. Она перепробовала несколько ключей, похожих на тот, которым открыла предыдущие, но замок даже не шелохнулся.

— Не... открывается?

На робкий вопрос девочки А отчаянно замотала головой.

— Нет, ключей еще много. Давай спокойно попробуем все. Я сейчас тебя открою.

Увидев испуганный взгляд девочки, А запаниковала и показала ей оставшиеся ключи. Но и следующий ключ не подошел.

— Стекло трещит! Двери долго не выдержат!

Крик человека, стоявшего у входа, вызвал волну паники. Сердце А тоже бешено заколотилось.

Когда ни второй, ни третий, ни четвертый ключ не подошли, её руки начали трястись. Может, сломать замок силой? Или просто поднять клетку и бежать вместе с ней? Клетка маленькая, я справлюсь. Хоть это и замедлит меня.

— Давай я попробую, дай сюда ключи.

Дедушка, всё это время стоявший рядом, видимо, тоже занервничал и выхватил у А связку. Но результат был тем же.

Она попыталась прикинуть, сколько ключей еще осталось, когда с другого конца зала закричали:

— Задняя дверь почти открыта! Все сюда!

— Ключи от автобуса у нас!

Люди толпой ринулись к заднему выходу. Видимо, ключи от автобуса нашлись. Те, кто пытался удержать стеклянные двери, тоже бросили их и побежали через весь зал. Крики людей и звук трескающегося стекла сеяли панику, А в отчаянии переминалась с ноги на ногу.

Они перебрали уже половину связки, и этот не поддающийся замок бесил до слез. Девочка с тревогой смотрела на неё снизу вверх. Тревога оказалась заразительной, и у А нервно задергался глаз.

— Автобус заведен! Запрыгивайте!

Под радостные крики толпы дедушка выронил связку ключей.

Руки ослабли? Нет, если ты их уронишь, мы же не будем знать, какой ключ пробовали последним! А в испуге потянулась за связкой, но дедушка, судорожно мотая головой, пробормотал невнятные извинения:

— П-прости. Но я тоже...

Не договорив, он отвел взгляд от А и девочки. Не дав А сказать ни слова, он отвернулся и побежал к заднему выходу.

Повисла мертвая тишина. Они остались вдвоем.

А посмотрела вслед убегающему дедушке и отбросила последние надежды. Нельзя рассчитывать на чужую помощь.

Она попыталась вспомнить, какой ключ они пробовали последним, и снова принялась подбирать их к замку.

— Онни... прости.

По грязным, пухлым щекам девочки покатились слезы. А тут же яростно замотала головой.

— Нет, это я виновата. Надо было сразу найти правильный ключ. Почему, почему он не открывается.

— Двери ломаются!

Вслед за предупреждением раздался грохот разбивающегося вдребезги стекла. А, стиснув зубы, продолжала перебирать ключи. Спокойно. Какой-то из них точно подойдет. Один из них... Надо было всё-таки пристрелить Пак Хвана! Запер ребенка в клетке, к которой даже ключей нет.

— Эй!

Ли Се Хёк, помогавший людям у заднего выхода, заорал на весь зал. То ли он кричал, чтобы она быстрее бежала к ним, то ли спрашивал, какого хера она там копается — из-за суматохи было непонятно. Но его голос звучал крайне напряженно. А даже не обернулась.

— Онни... Беги, пока не поздно. Со мной всё будет хорошо.

В словах девочки, которая изо всех сил пыталась казаться храброй, не было смирения, поэтому А не стала отвечать согласием. Поняв, что ключами замок не открыть, она отбросила связку. За оставшееся время подобрать нужный ключ не выйдет.

Оглядевшись, она заметила тяжелые болторезы, валявшиеся у задней двери, где до этого возились выжившие. Точно...

Тело сработало быстрее, чем она успела всё обдумать и принять решение.

Она рванула к задней двери так быстро, будто у неё выросли крылья, но, не добежав до цели, споткнулась и упала. Колени, локти и подбородок обожгло болью от удара о пол.

Но эта боль была ничтожна. Она собрала всю свою волю в кулак и оперлась на руки. Лежать тут и жалеть себя — это удел идиотов.

В этот момент пол завибрировал от шагов инфицированных, ворвавшихся в актовый зал. Из-за угла ей не было видно, что происходит снаружи у заднего выхода, но оттуда тоже доносились крики. Видимо, там было не безопаснее — совсем рядом раздались выстрелы.

Ли Се Хёк и несколько выживших уже оказались рядом с А. Прикрывая спину, Се Хёк заорал на неё:

— Эй! Вставай живо! Блядь...

Но крик был коротким — инфицированные приближались, и он, стиснув зубы, начал палить по ним из автомата.

— Дочка! Вставай быстрее!

Какая-то незнакомая женщина, стоявшая позади Се Хёка, протянула упавшей А руку. Но даже на такое теплое обращение «дочка» А не отреагировала. Вместо руки женщины она схватила нечто иное.

А подобрала с пола болторезы размером с её предплечье и снова побежала к клетке с девочкой. Ли Се Хёк, стрелявший в инфицированных, ошеломленно крикнул ей вслед:

— Да она совсем ебанулась!

Видя, как инфицированные нескончаемым потоком льются через узкий вход в актовый зал, А не остановилась.

Она попыталась перекусить замок тяжеленными болторезами, которые держала в руках впервые в жизни, но сил не хватило. То ли инструмент заржавел, то ли она была слишком слаба.

Тогда она подняла болторезы высоко над головой и крикнула девочке:

— Пригнись!

Как только девочка сжалась в комочек, А со всей силы ударила болторезами по прутьям клетки.

Бах! Бах! Бах!

В помятых прутьях образовалась брешь. Надо было сразу так сделать. Запоздало ругая себя, А своими изодранными руками раздвинула погнутые прутья.

Ржавое железо царапало и резало её руки, цепляло руки и ноги девочки, но времени на извинения не было. А думала только о том, как вытащить её оттуда. Инфицированные, привлеченные громким шумом, уже изменили направление и бежали прямо к клетке.

Не тратя времени на то, чтобы развязать веревки на руках и ногах девочки, А просто подхватила её на руки и изо всех сил рванула к заднему выходу.