Онлайн чтение книги Ничтожество из графского семейства. Часть 2. Законы Охоты Trash of the Count's Family 2. The Laws of the Hunt
Глава 330 - Я? (1)

Бум—!

Земля содрогнулась.

Эрухабен сидел на стуле и смотрел вперёд.

Через открытую дверь он видел огромный замок по ту сторону прямоугольного проёма.

Скриииич—

Двери замка распахнулись, и он увидел фигуру впереди.

— …Мм.

Бывшая Лорд Шеритт.

Она переместила Чёрный Замок в логово Нео.

Теперь Чёрный Замок стоял прямо перед хижиной.

Лорд Шеритт остановилась в нескольких шагах от врат замка.

— ……

— ……

Два Дракона молча смотрели друг на друга.

Они видели, как люди один за другим выходят из Чёрного Замка.

«Ха».

Розалин, Лок, Мэри, Таша и другие.

Группа, которая определённо должна была понадобиться для наведения порядка в Айпоту, теперь вся была здесь.

Кейл просил их заняться последствиями, но, похоже, они сделали лишь самое простое…

— Да чёрта с два они сделали хоть что-то простое. Они, скорее всего, вообще ничего не сделали.

«Уверен, они просто забили. Ну и что? Какая разница, если они ничего не делают?»

Кейл и его группа уже сделали для Айпоту более чем достаточно.

Остальное — дело самих жителей Айпоту.

«Драконы ведь сдались».

Вражеские Драконы были по-настоящему хитрыми и мелочными ублюдками.

Вернувшийся мир…

Безграничный потенциал, вновь дарованный существам этого мира…

Смерть Лорда Драконов…

Восстановление Мирового Древа и истока мира…

Они увидели всё это и быстро поняли своё будущее.

Вот почему заявили, что больше не хотят сражаться.

«Такие ублюдки становятся богами? Ну… Наверное, именно поэтому они и слушали Нео — потому что были такими Драконами. А те, кто был не такими… Они бы умерли как настоящие Драконы. Или сбежали. А может, просто притворяются, что ничего не знают. Ах, не знаю».

Эрухабен, сидя на стуле, слегка покачал головой.

— …Чёрт.

Он пытался отвлечься, но мысли не складывались.

— Господин Эрухабен…

Розалин подошла к хижине как представитель группы.

Древний Дракон молча сидел на стуле возле двери, ведущей в подвал.

Внутри хижины было темно, за исключением света, проникающего через дверь.

Он сидел в темноте, не в силах произнести ни слова.

Его поза со скрещёнными ногами совсем не выглядела расслабленной.

— ……

Розалин тоже не могла ничего сказать.

И тогда Эрухабен безразлично произнёс.

— Этот пацан был больше Драконом, чем кто-либо другой.

Эрухабен покачал головой.

Он решил больше не думать категориями Драконов, людей или других ограничений.

— Этот пацан лучше меня.

— Это…

Эрухабен не стал слушать её поспешный ответ и продолжил.

Казалось, он говорил сам с собой.

Словно накладывал на себя заклинание.

— Госпожа Шеритт, потом я. А после нас — дракон-полукровка.

— Простите?

— Длина нашей жизни.

— !

«А, точно».

Розалин вспомнила, что дракон-полукровка был старше Милы.

— Но на этот раз именно этот пацан оказался самым взрослым. Да. В этот раз он был куда взрослее меня.

Эрухабен усмехнулся с самоиронией.

— Почему-то я всё время думал, что он какой-то мелкий сопляк. Наверное, я относился к нему так, будто он примерно возраста Раона.

У них не было настоящих отношений и они толком не разговаривали, но…

Почему-то Эрухабен не мог относиться к дракону-полукровке так же, как к Миле или Шеритт.

И дело было не только в том, что они начинали как враги.

Почему-то этот ублюдок казался молодым.

Потому что он был химерой — драконом-полукровкой?

— …Моё восприятие было ограниченным.

Изо рта Древнего Дракона вырвался голос, полный вздохов и тревоги.

— Тогда…

В этот момент заговорила Розалин.

Древний Дракон посмотрел на неё.

То, как она старалась улыбнуться, делало её более зрелой, чем он сам.

Не похоже на обычную её манеру, она озорно пожала плечами.

— Тогда, думаю, теперь вы сможете относиться к нему как к взрослому?

— Ха.

Эрухабен понял смысл её слов и невольно усмехнулся.

В её словах было утешение — дракон-полукровка выжил.

— Да.

Эрухабен подыграл утешению своей ученицы.

— Если мы увидимся с ним снова, я буду относиться к нему как к взрослому. Если считать прожитые годы, он прямо подо мной.

Шаг.

Именно в этот момент…

Шаг, шаг.

Эрухабен и Розалин посмотрели на закрытую дверь.

Дверь в подвал…

Они услышали шаги по лестнице.

Скриииик.

Дверь открылась.

— Чхве Хан!

Розалин сразу окликнула его и подошла.

— К-как…

Она запнулась, но Чхве Хан ответил без колебаний.

— Мы его спасли.

Эрухабен, вскочивший со стула, едва не рухнул обратно.

Лорд Шеритт, не сумев подойти ближе, закрыла лицо обеими руками и опустилась на землю.

— Однако…

Все замерли и посмотрели на Чхве Хана, услышав, что он ещё не закончил.

— Думаю, вам стоит взглянуть на его состояние.

— Что ты имеешь в виду?

Розалин в шоке посмотрела на Чхве Хана, а он спокойно продолжил.

— Сначала посмотрите, а потом будем думать.

Затем он обратился к Эрухабену.

— Господин Эрухабен, не могли бы вы убрать примерно половину этого пола?

***

Псссссс—

Половина пола, разделявшего подвал и поверхность, рассыпалась в пыль и исчезла.

Эрухабен увидел, что стало с подвалом Нео.

Айпоту был реальностью.

А здесь был странный мир, будто сделанный из сахарной ваты.

Он видел это отчётливо.

Дверь в конце лестницы, ведущей в подвал…

Странный мир, видимый через открытую дверь…

— ……

Эрухабен молчал.

Он не мог вымолвить ни слова.

Дракон-полукровка.

Он говорил Розалин легко, что будет относиться к тому ублюдку как к взрослому, но…

Он действительно это имел в виду.

Он всерьёз собирался считать того ублюдка союзником, ещё одним взрослым, у которого можно учиться, но…

— ……

Эрухабен посмотрел на Кейла.

Улыбка.

Кейл улыбался.

Поэтому Эрухабен отвёл взгляд.

Он посмотрел вниз.

— Хе-хе.

Раон улыбался счастливой улыбкой.

И его пухлые щёки продолжали…

— …Яйцо?

Он тёрся щеками о яйцо, крепко обнимая его.

Затем он услышал голос Кейла.

— Да, господин Эрухабен. Яйцо.

— Правда, яйцо?

— Да, господин Эрухабен. Яйцо.

Эрухабен, затем Розалин…

Когда остальные из Чёрного Замка подошли следом и впервые увидели этот странный виртуальный мир…

Клак.

— Хе-хе. Эй, Эден Миру, ты счастлив? Я тоже счастлив!

— Яйцо, ня! Яйцо, ня! Тогда выходит, что дракон-полукровка теперь самый младший?

— Хонг. Это не так.

— Но он же яйцо? Выглядит так, будто он стал младенцем?

— Мм.

Это был момент, когда они увидели дракона-полукровку, превратившегося в яйцо с красивым узором из трёх цветов.

Раон высоко поднял яйцо.

— Имя дракона-полукровки теперь Эден Миру! Это великое и могучее имя, означающее, что он может стать кем угодно!

Клак.

— Хе-хе. Ты рад услышать своё имя?

Раон хихикнул, снова крепко прижав яйцо к себе и поглаживая его.

Клак.

Яйцо снова дёрнулось.

Кейл, глядя на это, заметил:

— Думаю, ему неловко, и он хочет спрятаться.

К сожалению, Раон его не услышал.

— Мееееяу!

— Мяу!

Он и Хонг подошли к Раону и тоже начали гладить яйцо.

В итоге яйцо оказалось зажато в объятиях детей среднего возраста десять лет.

Клак.

Почему-то Кейлу стало жаль дракона-полукровку, но он решил не заострять на этом внимание.

— ……

Он посмотрел на застывшего Эрухабена и указал на Чёрный Замок.

— Я объясню внутри.

***

— Значит, если подытожить, эта игра, этот виртуальный мир — единственное место, где дракон-полукровка может существовать? Он не может выйти во внешний мир?

— Да, сэр.

— Мм. Тогда можно пока выдохнуть — его душа сохранилась. Но, Кейл. Этот игровой мир…

Кейл объяснил Эрухабену, Шеритт и остальным про «Вырасти своего драгоценного абсолютного бога», на объяснение которого раньше просто не было времени.

— Нет. Важнее другое…

Эрухабен посмотрел на Кейла серьёзным взглядом.

— Ты сказал, что являешься величайшим из зол в той игре?

— Мм.

Кейл дёрнулся.

Он сам такого вслух не говорил.

И тут он услышал голос Он.

— Да, господин Эрухабен. Он — Величайшее Зло.

К тому же рядом с Кейлом были Он и Чхве Хан.

Хонг и Раон остались в игре рядом с яйцом.

Что же до границы между игрой и реальностью…

Небесный Демон стоял на страже у двери, разделяющей два мира.

«Как интересно. Я буду охранять это место. Мне ведь не обязательно слушать, о чём вы говорите, верно?»

Кейлу было немного не по себе из-за любопытства в глазах Небесного Демона, но он решил не обращать внимания.

Небесный Демон и остальные люди Центральных Равнин помогали зверолюдям и тёмным эльфам разбираться с последствиями. Не было причин проявлять лишнее недоверие к тем, кому он был благодарен.

К тому же сейчас была другая, куда более важная проблема.

Он и Чхве Хан…

Эти двое говорили только правду.

— Но в нём также есть примесь крови ангела.

Лок задал вопрос, услышав слова Он.

— А-ангела?

— И ещё говорили, что в нём есть кровь демонической расы, ня.

Чхве Хан продолжил.

— В данный момент Кейл-ним контролирует Третье Зло и Седьмое Зло из Восьми Зол. Думаю, это будет крайне полезно позже, когда мы будем сражаться с врагами Нового Мира.

— Пф.

Эрухабен усмехнулся и посмотрел на Кейла.

— Боже мой, у тебя и правда талант возводить всё на новый уровень.

Кейл почувствовал себя несправедливо обвинённым.

— Я ничего не делал, чтобы всё к этому пришло, господин Эрухабен.

«Я правда ничего не делал! Оно само».

Конечно, он угрожал Отвратительному Тёмному Медведю, и в итоге это привело к контролю над Седьмым Злом, но…

«Всё остальное просто… само случилось!»

— Пф.

Эрухабен снова рассмеялся.

Он не верил ни единому слову Кейла.

Кейл чувствовал себя обиженным.

Но Эрухабену было всё равно, и он продолжил, резко став серьёзным.

— Хорошо. По крайней мере, мы подтвердили состояние дракона-полукровки. Рост Раона проверим позже, когда он выйдет из игры.

Кейл серьёзно кивнул и внимательно слушал древнего Дракона.

— Тогда, Кейл. Что случилось с тобой?

— Простите?

Кейл поднял голову и заметил множество взглядов, устремлённых на него.

Уставшую Милу поддерживал её сын, Додори, когда она заговорила.

— Фундамент.

Всего одно слово.

И этого слова было достаточно, чтобы атмосфера мгновенно потяжелела.

Лорд Шеритт, выглядевшая погружённой в сложные мысли, открыла рот.

— Кейл. С твоим фундаментом всё в порядке?

Если не считать потрёпанного вида, Кейл выглядел здоровее всех присутствующих.

— Молодой господин, цвет вашего лица просто великолепен.

Когда улыбающийся Рон сказал это, стало ясно — цвет лица Кейла действительно был лучшим за последние годы.

Однако следующие слова Милы снова погрузили комнату в тишину.

— Я не чувствую твой фундамент.

Клак.

Перед Кейлом поставили лимонный чай.

— Молодой господин, пожалуйста, выпейте тёплого чая, пока говорите.

— Эм… хорошо.

Кейл поспешно взял чашку с лимонным чаем, увидев зловеще-доброжелательную улыбку Рона.

Он посмотрел на обеспокоенных друзей и заговорил, прежде чем сделать глоток.

Он не стал ничего скрывать — он не хотел, чтобы они волновались без причины.

— Мне больше не нужно беспокоиться о своём фундаменте. Нет риска, что он сломается или рассыплется.

Его голос был твёрдым.

Все смотрели на Кейла.

В его глазах была уверенность — та самая, которой они доверяли.

Их лидер.

И Кейл продолжил.

— У меня больше нет фундамента.

«Мм?»

«А?»

«Что?..»

Пока взгляды друзей метались…

— Это похоже на Раона?

Эрухабен и ещё несколько спокойных людей ждали объяснений Кейла.

У Раона не было фундамента.

Мана мира была его фундаментом.

— Мм.

Но Кейл покачал головой.

— Мой фундамент не стал таким же широким, как мир.

Его разрушенный фундамент.

Он был разрушен настолько, что Мила не смогла соединить его обратно.

Аура жизни затем прошла через тело Кейла.

Аура жизни огромного мира исцелила его тело.

Но…

— Мой фундамент был разрушен слишком сильно.

Невозможно восстановить то, что уже разрушено.

Фундамент, до которого она добралась, был сломан за пределами любого воображения.

— Как пыль.

«Ах».

Лицо Милы побледнело.

Эрухабен бессознательно сжал кулаки.

Кейл был жив и стоял перед ним.

«Может… Он сейчас в порядке, но у него нет фундамента. Нет, он рассыпался в пыль, значит…»

Да. Именно потому, что он сломался. Потому что рассыпался в пыль…

Больше не было нужды беспокоиться о том, что он сломается в будущем.

«Тогда как вообще этот ублюдок жив? Одно дело, если бы это было как у Раона, но если нет — тогда как?..»

Его голос дрожал, когда он с трудом раскрыл рот, чтобы задать вопрос.

— Т-тогда… как…

Что ты имеешь в виду?

Он хотел спросить именно это, но…

— Тогда как ты вообще жив?! Ты же сказал, что твой фундамент рассыпался в пыль!

Рашиль вскочил со своего места и выкрикнул это, глядя на Кейла со слезами на глазах.

Кейл тут же ответил:

— Да, рассыпался. Поэтому я его съел?

Кейл услышал голоса жрицы-обжоры и Плаксы.

— Бууурп.

— Шмыг… Старшая сестра такая страшная…

Он посмотрел на притихших друзей и продолжил:

— Мм, как бы это объяснить…

«А.»

— Моё сердце и Обжора внутри меня поглотили ту пыль, которой стал мой фундамент. Конечно, этот процесс прошёл легко благодаря ауре жизни этого мира.

Эрухабен спокойно спросил:

— …Твоё сердце поглотило его?

— Да, господин Эрухабен!

Кейл ответил бодро.

— Проще говоря, фундамент превратился в пыль и теперь течёт вместе с моей кровью.

И вдобавок…

— Благодаря тому, что вместе с этим я поглотил ауру жизни этого мира, мои сосуды, сердце и, разумеется, тело стали намного крепче.

Он однажды очистил воздух, как говорил исток мира, и его тело стало куда прочнее.

— Более того, мне больше не нужно беспокоиться о пределах фундамента во время боя. Частицы пыли моего фундамента вынуждены следовать за моим сердцем и моей волей. Мне больше не нужно переживать о размере фундамента по мере того, как я становлюсь сильнее.

«Посмотрите, сколько преимуществ я получил.»

— В общем, мне больше не нужно бояться, что мой фундамент сломается!

Это было правдой.

Зачем беспокоиться о том, что уже рассыпалось в пыль?

— Со мной всё будет в порядке, пока я защищаю своё сердце и кровь в моём теле продолжает течь!

Тогда кровь и пыль, существующая вместе с ней, будут сохраняться.

— Можно сказать, что теперь всё моё тело стало фундаментом.

Разве это не здорово?

Кейл не смог сдержать смех.

— Хахахаха!

Он посмеялся какое-то время, прежде чем осознать это.

— Хахаха… ха… ха……

Он понял, что смеётся в одиночку.

По какой-то причине остальные смотрели на него с мрачными, почти злыми лицами.

Кейл осторожно отпил лимонного чая.

А затем робко пробормотал:

— Эм… я стал сильнее.

Это была правда.

Динь.

В этот момент Кейл получил сообщение на божественном предмете.

< Альберу Кроссман >

Это было от наследного принца.