Стать персонажем кошмара — это именно то, о чем непрестанно предупреждал Бог Смерти.

«В зависимости от силы кошмара, можно не осознавать реальность».

«Нельзя позволить кошмару затянуть вас и стать его персонажем».

Чхве Хан не до конца осознавал суть этой угрозы, как не понимал её и сам хозяин сна — Кейл. Казалось немыслимым, как посторонний может стать частью чужого кошмара.

— …

Но сейчас Чхве Хан ничего не чувствовал.

— …

Перед его глазами расстилалось бесконечное поле надгробий. Все те товарищи и близкие люди, с которыми он бок о бок сражался против Белой Звезды, теперь лежали здесь.

Территория Хэнитьюз, едва отвоеванная у Северного Альянса Клопе Секки, превратилась в руины. Ни графства, ни Леса Тьмы больше не существовало — лишь бесплодная, каменистая пустошь.

На этой земле было установлено бесчисленное множество надгробий.
Поскольку вокруг было много камней, надгробия были сделаны из них.

Здесь нашли вечный покой те, кого Чхве Хан знал лично, и те, кто был просто союзником в этой долгой войне.

— …

Что осталось?

Ничего.

Победа над Белой Звездой принесла только горькое осознание, что тот был лишь пешкой на доске, и намёк на то, что есть и другие враги.

В этот миг Чхве Хана захлестнула ненависть к этому миру.

Зачем меня привели сюда?

Деревня, где он обрел покой после Леса Тьмы, была уничтожена Рукой.

После этого он сражался вместе со своими товарищами против Руки и Белой Звезды. Он надеялся, что в конце этой битвы наступит мир.

Но почему мир так и не наступил даже после окончания войны?

Зачем меня привели в такое ужасное место?

Почему я продолжаю проигрывать, почему я не могу обрести душевный покой, и почему я никогда, по-настоящему никогда не могу быть счастлив до самого конца…

— Проснись.

Чхве Хан поднял голову. Перед ним стоял красноволосый мужчина.

«Кто это?»

Но интерес тут же угас. Ему было всё равно.

Он больше не хотел никого узнавать, не хотел сближаться, ведь финал всегда один — потеря.

Он просто устал.

Однако он обязан был держаться.

Тех, кто сделал его таким…

Нет, тех, кто сделал это с его товарищами, его людьми, он обязательно уничтожит.

Мир называл его героем.

«Наверное, и этот человек один из тех, кто хочет подлизаться ко мне».

Но какой смысл быть героем, потеряв всё?

Мертвые молчат, а среди живых не осталось счастливых.

Лок.

Он потерял всю свою семью и выжил в одиночку. Он отомстил, но семьи у него больше не было.

Почему?

Потому что, постоянно теряя товарищей, которые были ему как семья, он возненавидел само слово «семья». Он стремится только к жестокой и неистовой силе, направленной против врага.

Розалин.

Она прославилась своим магическим даром, но её руки по локоть в крови, и она задыхается от осознания, что этот мир после исчезновения Белой Звезды — лишь краткая передышка перед новой бойней.

Лок, Розалин, он сам.

Мир восхваляет их как героев.

«И что с того?»

У них ничего не осталось.

Это звание не стоит ничего. Для него оно лишь...

— Эй. Чхве Хан.

А.

Этот красноволосый мужчина... Кто же он?

Его лицо кажется на удивление знакомым.

Где же я его видел?

Память о человеке перед глазами кажется бесконечно далекой, погребенной под грузом бесчисленных сражений.

Кто он?

Кто он такой, что продолжает звать меня?

Я просто хочу отдохнуть.

Я просто... просто...

Мне кажется, я задыхаюсь под тяжестью этого мира, который нельзя ни бросить, ни вернуть.

Я просто хотел...

— Эй. Чхве Хан.

А, этот мужчина снова...

— Ты должен отработать свою еду.

...Этот мужчина...

Нет, этот человек...

— Ты собираешься оставить меня здесь?

Высохшие, полные ярости зрачки медленно зашевелились.

Взгляд Чхве Хана переместился с алых волос ниже, в самую глубину глаз Кейла.

Чистый, ясный взгляд, направленный прямо на него.

— ...Отработать еду.

— Да, Чхве Хан. Нужно отработать свою еду.

Ах.

Нет, как...

Как я мог забыть...

— Проснись.

…этого человека?

Только теперь Чхве Хан смог по-настоящему увидеть Кейла.

Стать персонажем кошмара означало взвалить на себя бремя жизни этого персонажа.

— Кх-..!

Чхве Хан невольно зажал рот рукой. К горлу подкатил приступ тошноты.

— Ха-а... Ха-а...

Лоб мгновенно покрылся холодным потом.

Это ужасно. По-настоящему жуткий кошмар.

Жизнь Чхве Хана в кошмаре Кейла была такой, какую он никогда бы не захотел прожить снова.

Без дома.

Без семьи.

Жизнь, где отобрали абсолютно всё.

Герой? Победа?

Всё это не имело для Чхве Хана ни малейшего значения.

Он не желал жизни, в которой его бы превозносили и почитали. Жизнь, к которой он стремился...

— Ты в порядке?

— ...Да.

Это была его нынешняя жизнь.

Реальность, в которой он живет сейчас.

Жизнь, где есть и дом, и семья.

То, что он ни за что не может потерять.

Тук. Тук.

Пульс Чхве Хана начал выравниваться.

Жизнь Чхве Хана из кошмара, которую он полностью прочувствовал за этот краткий миг...

«А что, если... если я всё это потеряю?»

Охотники из семьи Пятицветной Крови.

Второй Император, кандидат на роль Абсолютного Бога, и даже Первый Император.

И дальше — Мир Богов.

Сможет ли он защитить эту жизнь во всех этих грядущих битвах? Если он не справится, то он...

Тук. Тук.

Сердце никак не хотело успокаиваться. Пусть это было мгновение, но чувства той невыносимой жизни из кошмара глубоко врезались в его душу.

«Никогда».

Кулаки невольно сжались.

«Я никогда не должен этого потерять».

Эту семью, этот дом, этот покой нельзя упускать.

А значит...

«Я должен стать сильнее».

Чхве Хан закусил губу, ощущая, как бешено колотится сердце.

— Чхве Хан. Ты точно в порядке?

— Да.

Я в порядке. Я справлюсь.

— Я в порядке.

Так должно быть.

Я должен стать сильнее, чтобы обязательно защитить этот покой.

Мои бесценные сокровища. Я ни за что их не отдам.

— Вот как?

Кейл, видя решительный ответ Чхве Хана, похлопал его по плечу и двинулся дальше. Поэтому он упустил из виду то, что последовало за этим.

— Обязательно... — едва слышно прошептал Чхве Хан.

Его взгляд словно прирос к тысячам надгробий, раскинувшимся перед ним.

Крепко сжатые кулаки побелели.

Этот кошмар ни в коем случае не должен стать явью. Он ни за что не допустит, чтобы это стало реальностью.

Чхве Хан почти одержимо повторял это в своей голове.

— М-м.

Кейл, не подозревая о состоянии Чхве Хана, огляделся и оценил обстановку.

— Господин Эрухабен, с вами, похоже, и так всё в порядке?

Древний дракон Эрухабен со странным выражением лица осмотрел окрестности и кивнул на слова Кейла.

— Похоже на то. Кажется, я не являюсь персонажем этого кошмара.

Кейлу нечего было на это ответить.

Кем изначально был древний дракон Эрухабен в «Рождении героя»?

Кейл не знал, ведь в тех частях, что он успел прочесть, Эрухабен не фигурировал.

— Хм. Однако...

Эрухабен собирался что-то сказать, но тут же умолк.

Оказавшись в этом кошмаре, он тоже увидел определенные воспоминания.

Это были его собственные воспоминания как древнего дракона.

Но в них не было ни Раона, ни Он, ни Хонга.

И Кейла тоже не было.

Так и есть, многого не хватало.

Жизнь древнего дракона в этих воспоминаниях была неполной и пустой — это была лишь жизнь существа, ожидающего своей смерти. Эмоции Эрухабена-персонажа были пугающе безразличными.

«Конечно, они были слабыми».

Поскольку он не был ключевым персонажем кошмара, Эрухабен быстро пришел в себя из-за нестыковок в воспоминаниях. Кейлу даже не пришлось помогать ему осознать реальность.

— ...Я тоже в порядке, — следом за ним невозмутимо произнесла Мэри, также самостоятельно вернувшись к реальности.

— ...Это кошмар.

Мэри ограничилась этими словами и замолчала.

— Верно.

Кейл почувствовал облегчение и позволил себе слабую улыбку.

— ……

Мэри пристально посмотрела на него, а затем легонько коснулась плеча Кейла, когда тот собрался подойти к другим соратникам.

— М-м?

Кейл обернулся, и Мэри спокойно повторила:

— Это кошмар.

— Верно.

Пока он недоумевал, почему она повторяет одно и то же, девушка неторопливо продолжила:

— Я имею в виду, что это просто сон. Это не реальность.

А.

Кейл негромко выдохнул и приподнял уголки губ.

— Так и есть. Это не реальность.

В который раз он ловил себя на мысли, что среди всех его спутников Мэри, пожалуй, обладала самой сильной волей.

Девушка, выжившая в Пустыне Смерти и избравшая путь некроманта.

Несмотря на всё пережитое, она умела ценить красоту ночного неба и радости этого мира, что делало её по-настоящему удивительным человеком.

«Возможно, именно поэтому в противостоянии со Вторым Императором помощь Мэри будет необходима».

Даже если не брать в расчет её способности некроманта, в битве с тем, кто погружает человеческие души в отчаяние, сама внутренняя сила Мэри может оказаться решающей. Её твердая и непоколебимая воля никогда не дрогнет перед лицом врага.

«С другой стороны, Чхве Хан...» 

Кейл всё же немного беспокоился.

— Ты как?

На вопрос Кейла Бикрос, сидевший на земле с опущенной головой, поднял взгляд.

— Нормально, — ответил он ровным голосом, хотя сам уже был покрыт холодным потом.

— Пришел в себя, когда услышал, как я сказал Чхве Хану просыпаться?

— Да.

Первым ключевым словом для Чхве Хана было «Проснись».

Если бы это не помогло, планировалось упомянуть про «еду».

Бикрос же просто сказал, что ему лень придумывать сложное, и попросил оставить для него то же «Проснись».

К слову, фразой для господина Эрухабена было: «Раз уж вы помолодели, эта пыль кажется жалкой».

«Он ведь сам сказал, что после такого точно не сможет не проснуться?»

Правда, Кейлу совсем не хотелось использовать эту фразу, так как она звучала слишком опасно — за такое можно было и схлопотать.

Кейл внимательно посмотрел на Бикроса и кивнул.

— Хорошо.

Бикрос с невозмутимым видом натянул новую пару белых перчаток, всем своим видом показывая, насколько очевидны слова Кейла. Пока тот направлялся к последнему — Богу Смерти, Бикрос проводил его взглядом и подавил вздох.

«Проклятье».

Это был по-настоящему паршивый кошмар.

Территория Хэнитьюз исчезла. Более того, в этих воспоминаниях Кейл существовал лишь как никчемный отброс, который в итоге бесславно погиб.

Это не был ни нынешний Кейл, ни тот молодой господин, которого он знал — просто карикатурный ублюдок.

«Очередной бред».

Сон, который никогда не станет реальностью.

Но Бикрос никак не мог избавиться от гадкого осадка на душе.

«И всё же...»

Глядя на прямую спину Кейла, Бикрос ощутил странное волнение.

Он мгновенно осознал истинную суть этого кошмара. Речь шла не просто о трагическом будущем, отличном от реальности.

«Присутствие или отсутствие Кейла».

Мир, где нет Кейла с душой трансмигратора.

Мир, где никто не помнит такого Кейла, и где всё в итоге рухнуло.

— ...Черт.

Кошмар заключался не в том, что его не было в этом мире, а в том, что этот мир без него пал.

Таким был кошмар этого человека.

«Ха!»

Действительно поразительно.

Сейчас этот человек, определенно…

«Если бы это был мир, который счастлив даже без него, он бы не считал это кошмаром».

Этот факт Бикрос почувствовал очень отчетливо. Этот кошмар действительно слишком хорошо показывал человека по имени Кейл Хэнитьюз.

Его истинное лицо. И даже желания.

Желание быть вместе с этим миром.

А также желание, чтобы этот мир был счастлив.

«Раздражает…»

Сколько же всего он собирается взвалить на себя в одиночку?

Действительно смешной и поразительный человек.

— Фух.

Он выдохнул. Эмоции немного утихли.

Бикрос едва сдержал уголки губ, которые почему-то странным образом так и норовили подняться.

«Проклятье!»

Казалось, вот-вот вырвутся грубые слова, но странным образом настроение улучшилось.

Кейл Хэнитьюз.

То, насколько этот человек дорожит этим миром и территорией Хэнитьюз. А также то, насколько он сам хочет жить в этом мире вместе с окружающими людьми.

Почувствовав это, Бикрос был раздражен до такой степени, что...

«Стало спокойнее».

На душе становилось легче.

Это действительно чертовски раздражало, но, столкнувшись с этим кошмаром и узнав истинные мысли Кейла Хэнитьюза, он почувствовал покой.

Потому что они были одинаковыми. Такими же, как у него самого.

«Действительно, раздражает…»

Но было еще кое-что, что бросалось в глаза.

«Что с ним такое?»

Чхве Хан. Его вид был необычным.

«Кошмар внутри кошмара».

Он что, проваливается в него?

Бикрос со вздохом поднялся со своего места и подошел к Чхве Хану. Было несколько вещей, о которых нужно беспокоиться.

Для Кейла все было точно так же.

— Эй. Ты чего улыбаешься?

На брошенные Кейлом слова Бог Смерти состроил обиженное лицо.

— Да нет, я просто улыбаюсь от умиления, неужели и этого нельзя?

Он выглядел действительно обиженным.

— Видеть, как ты будишь Чхве Хана и остальных, было так трогательно для меня...

— Врешь.

Кейл определенно сначала осмотрелся, а потом подошел к Чхве Хану.

— Ты улыбался с самого начала.

С самого начала Бог Смерти стоял с ухмылкой на лице.

Его серые, пепельные волосы развевались на ветру, и Бог Смерти, небрежно поправив их рукой, бросил в ответ:

— Заметно было?

— Ага.

На бесстрастные слова Кейла Бог Смерти пожал плечами.

Он заговорил, оглядывая территорию Хэнитьюз, которая почти утратила свои функции поместья и превратилась в руины, больше похожие на гигантскую могилу.

— В конце концов, перед лицом смерти люди раскрывают свою истинную суть.

Его глубоко застывшие глаза скользнули по Кейлу, Бикросу и остановились на Чхве Хане. Когда на его губах промелькнула едва заметная улыбка, послышался безразличный голос Кейла.

— Если хочешь изрекать пророчества, делай это перед своими последователями. И ищи способ добраться до бессознательного.

На безжалостные слова Кейла Бог Смерти выдал:

— Хнык.

— Ха-а. Хватит меня раздражать.

— ...Ладно.

Хотя Бог Смерти стоял перед ним в своем истинном обличье, Кейл и глазом не моргнул.

«Он стал сильнее».

Этот парень действительно вырос. Эрухабен и другие инстинктивно не могли подойти близко, но Кейл не выглядел ни капли смущенным.

— Кошмары цепкие.

Они отличаются от снов первой области.

В отличие от обычного сна, который разрушается и переходит в следующий при малейшем отклонении от рамок, кошмар сохраняет свою форму даже при значительных изменениях и постоянно пытается затянуть цель в болото.

Кошмар был подобен нескончаемой ловушке.

— Однако в кошмаре определенно есть брешь.

— Значит, и в этот раз нужно найти брешь и отправиться в область бессознательного?

— Да. И область кошмара можно назвать началом истинного Мира Снов.

Улыбка.

Бог Смерти ухмыльнулся и добавил:

— Потому что с этого момента начинают появляться те, кто переходит из одного сна в другой.

Когда нам снятся кошмары, мы порой сталкиваемся с самыми разными и странными существами.

Было ли это создано нашим воображением? Или же, это было некое существо, перешедшее в наш сон?

— Отсюда все взаимосвязано.

Следовательно, первоначальная цель.

— С этого момента мы ищем Второго Императора.

Второй Император. Путь к области бессознательного, где она находится, мы будем искать отсюда.

— Раз Мир Снов взаимосвязан, способ добраться туда обязательно найдется.

Бог Смерти предупредил:

— Только нужно помнить об одном.

Он посмотрел на каждого из товарищей по отдельности и сказал:

— Не вздумайте заблудиться в бесчисленных снах, связанных друг с другом. Если потеряетесь — я вас не найду.

И прежде всего.

— Особенно никогда не входите в бессознательное в одиночку. Потому что там нет ни дорог, ни каких-либо различий, это в буквальном смысле область хаоса.

Топ.

Бог Смерти, положив руку на плечо Кейла, сказал:

— Поэтому оставайтесь рядом с Кейлом Хэнитьюзом, начальной точкой сна. Путь не существует, если нет начала.

Он слегка подтолкнул Кейла вперед.

— Для начала обыщем этот кошмар. Конечно, взяв это место за отправную точку.

Мир, где не существует Кейла Хэнитьюза, в которого вселился Ким Рок Су. Взяв это место за начальную точку, Кейл решил всерьез найти путь ко Второму Императору.

— Молодой господин.

Подошедший незаметно Бикрос спокойно сказал:

— Вон там есть гостиница.

Павшая территория Хэнитьюз.

Здесь, где были лишь бесчисленные могилы, на месте, где изначально должен был находиться замок лорда, стояла лишь маленькая гостиница. Это было небольшое место отдыха для тех, кто пришел почтить память ушедших.

— Пошли.

Кейл направился туда, чтобы подготовить жилье, которое станет начальной точкой.

И затем.

— !

Он встретился глазами с кем-то, кто сидел в роли хозяина гостиницы.

Кейл невольно вскрикнул:

— Вор…!

Джур Темз.

Мать Кейла.

Ее семья, дом баронов Темз, была семьей, проводившей исследования «времени и жизни». Кейл уже принял в себя половину силы «Годовых колец жизни» Джур Темз.

И человек из той семьи.

Фальшивый Хилсман, который притворялся заместителем капитана рыцарей герцогства Хэнитьюз.

И человек из семьи Темз, семьи Кейла по материнской линии.

Этот человек, который с красными волосами и лицом точь-в-точь как у заместителя капитана Хилсмана сидел на месте хозяина постоялого двора!

Тот самый человек, который обокрал сейф Кейла…!

— …Мои… деньги!

В тот момент, когда Кейл так закричал...

Та-так!

Чхве Хан сорвался с места и начал действовать.

— Черт! А я так хорошо спрятался!

Фальшивый Хилсман, родной брат матери Кейла Джур, начал быстро убегать.

Фальшивый Хилсман, который упоминал об истреблении Охотников и распалял свою ненависть к ним.

Кейл встретил его в тот момент, когда собирался поймать Второго Императора.