Джи Ю кивнула. Её плотно сжатые губы мелко дрожали.

Эти отношения с самого начала строились на нечистых мотивах. Значит, самое время с ними покончить.

Взяв себя в руки и сглотнув слёзы, она через силу заговорила:

— Возвращайся, Сиенна, наверное, ждёт. Вы двое... отлично смотритесь вместе.

Она прикусила губу.

Зря я сказала эту последнюю фразу. Звучит так, будто ревную.

Застарелая жалость к себе и комплекс неполноценности, вспыхнувшие при виде Хантера и Сиенны, безжалостно разъедали её самооценку. Теперь она хотела разорвать этот порочный круг.

— Я пойду первой.

Оставив окаменевшего Хантера стоять посреди балкона, Джи Ю отвернулась и постучала в стеклянную створку. Джошуа, загораживавший собой обзор из комнаты, оглянулся и тут же её открыл.

Извинившись перед Хлоей и Бенджамином за то, что не смогут пойти на вечеринку после выпускного, они вдвоём, не оглядываясь, покинули отель «Лафайет». И направились вдоль каменной стены Центрального парка в сторону резиденции Гамильтонов.

Со стороны парка время от времени налетал ночной ветерок, приятно охлаждая разгорячённое тело. Погружённая в свои мысли, Джи Ю шла молча, позволяя ветру играть её волосами и подолом платья.

Когда они проходили мимо детского зоопарка, она легонько потянула Джошуа за рукав:

— Джош, можно мы посидим здесь пять минут? У меня ноги болят...

Раньше, в суматохе, она этого не замечала, но пока они шли, новые туфли стёрли пятки до крови. Джошуа кивнул и указал на редкие скамейки вдоль каменной стены.

— Давай сядем вон там.

Опустившись на скамейку, Джи Ю тут же скинула туфли.

— А-а... Теперь хоть жить можно.

Она обхватила себя за плечи и поёжилась. Стоило остановиться, как весенний ветерок, дующий в спину, показался совсем зябким. То ли от холода, то ли от того, что спало напряжение, она начала дрожать так сильно, что застучали зубы.

Заметив это, Джошуа снял свой смокинг и накинул ей на плечи.

— Спасибо, Джош.

Джи Ю не стала отказываться и плотнее укуталась в пиджак.

Если бы я могла вести себя с Хантером так же естественно, как с Джошем...

Но с тех пор, как они впервые встретились в пятилетнем возрасте, они ни разу не были на равных. И в этом не было вины Хантера.

Нельзя же винить солнце за то, что оно светит.

Она лишь чувствовала себя жалкой оттого, что пугалась и опускала голову, не в силах вынести этого ослепительного света.

Хотя у Джошуа наверняка скопилась куча вопросов, он молча сидел рядом, ни о чём не спрашивая. И Джи Ю, словно выплёскивая накопившуюся горечь, поведала ему свою тайну.

— На самом деле мы с Хантером встречались. Два года. По разным причинам нам приходилось держать это в секрете, поэтому до сих пор я никому не рассказывала.

— А-а... понятно.

Джошуа с лёгким удивлением на лице кивнул, словно теперь всё встало на свои места.

— Но сегодня я сказала, что нам нужно расстаться, — Джи Ю тяжело выдохнула, словно сдувшийся шарик.

Теперь это действительно был конец.

Она всё ещё не могла до конца в это поверить. Но после того, как она вслух озвучила тайну, которой так долго болела в одиночку, стало немного легче. И пусто. То ли она уже успела привыкнуть к этой тяжёлой ноше, то ли... Казалось, в груди образовалась зияющая дыра.

Джи Ю съёжилась и опустила голову. Как только хрупкий стержень, на котором она едва держалась, надломился, на неё навалилась дикая усталость.

Джошуа смерил её нечитаемым взглядом, а затем с горькой усмешкой отвернулся.

— Не то чтобы мне не было любопытно... но сегодня для этого явно не лучший день. Я буду держать рот на замке, а уши — открытыми, так что дай знать, если когда-нибудь захочешь выговориться.

Джи Ю была рада, что доверила тайну именно Джошуа. Он умел хранить секреты, и она не сомневалась, что её история не превратится в грязную сплетню.

— Спасибо, Джошуа. Как губа?

— А. Немного опухла, но терпимо. Выслушав тебя, я понял, что, наверное, заслужил по морде. Мало того, что увёл из-под носа девушку «самого» Хантера Гамильтона и пришёл с ней на выпускной, так ещё и набрался наглости утащить её на балкон и обнимать, типа утешая. Вау... ну и дел же я натворил.

Он самоиронично усмехнулся.

— Не смейся, Джош.

Джи Ю сердито на него зыркнула, и Джошуа, откашлявшись, сменил тему:

— Ты решила, куда поедешь?

Подлежащего не прозвучало, но она сразу всё поняла. В последнее время эта тема всплывала при каждой их встрече.

— Наверное, поеду в Калифорнию. Хочу начать всё заново там, где меня никто не знает. Сама, своими силами.

— Говоришь так, будто больше никогда не вернёшься в Нью-Йорк. Вообще-то обидно.

Джи Ю грустно улыбнулась.

Ночной ветер принёс из-за каменной стены парка лёгкий аромат первых весенних почек. И даже в такой момент она вспомнила свежий запах, исходивший от Хантера. От привычки связывать с ним каждую мелочь тоже давно пора было избавляться.

— Скорее всего, я не просто не буду приезжать какое-то время, а банально не смогу. Летать с Западного побережья на Восточное — это слишком дорого.

— Это да. Но давай хотя бы списываться, подруга. Кто знает, когда и где мы ещё увидимся.

Джи Ю слабо улыбнулась и кивнула.

— А ты? Ты уже решил?

Джошуа выбирал между Северо-Западным и Колумбийским университетами. Оба славились отличными программами по журналистике, которой он грезил.

— Наверное... Колумбийский? Нет, Северо-Западный. Нет, Колумбийский. Блин, Северо-Западный. А-а-а!..

Он в отчаянии схватился за голову, словно готов был вырвать себе волосы. Джи Ю усмехнулась и предложила:

— Хочешь, я решу за тебя?

— Сможешь?

Он резко вскинул голову и с энтузиазмом закивал. Она аккуратно поставила рядом свои снятые туфли.

— Левая — это Колумбийский, а правая — Северо-Западный.

— О-о-кей?.. — протянул Джошуа, склонив голову набок. Он недоверчиво покосился на неё и то ли улыбнулся, то ли поморщился.

Улыбнувшись, Джи Ю начала тихонько напевать детскую считалочку, поочерёдно указывая пальцем на туфли. Они часто использовали её с Дейзи, когда та не могла выбрать книгу на вечер.

— Эники-беники, ели вареники, поймай тигра за хвост. Если закричит — отпусти. Эники-беники, ели вареники, мама велела выбрать самое лучшее, и это... Колумбийский!

Джи Ю ткнула пальцем в левую туфлю. И торжествующе вскинула голову.

Джошуа растерянно моргал, глядя на неё с приоткрытым ртом. В его глазах отражался свет фар машин, проезжавших по Пятой авеню. Внезапно он прыснул и громко рассмеялся. Он хохотал в голос, откинув голову, но вдруг охнул и схватился за лицо. Видимо, разбитая губа снова треснула. Отсмеявшись, он поднял ладонь, предлагая ей дать «пять».

— Что ж, как предсказали туфли — в Колумбийский!

Они звонко хлопнули по рукам.

— В Колумбийский!

— Отлично. А теперь надевай свой Колумбийский с Северо-Западным, и пойдём дальше.

Джи Ю со смешком сунула ноги в туфли и встала.

Когда она уедет в Калифорнию, ей будет чертовски не хватать Джошуа. К парню, который помогал ей пережить эти два ужасных года в старшей школе, она испытывала лишь бесконечную благодарность.

***

Джи Ю легла рано, но ворочалась с боку на бок и никак не могла уснуть. Стоило закрыть глаза, как перед мысленным взором возникала картина: Сиенна и Хантер, сплетённые вместе на кровати в люксе отеля «Лафайет».

Если бы она сама не знала, каково это, ей было бы сложно подобное представить. Но сейчас слишком ярко всплывали в памяти его голубые глаза, темнеющие от возбуждения, большая рука, сжимающая шею, настойчивые губы и тяжёлое дыхание.

Я сама предложила расстаться, так какое мне теперь дело? Пусть делают что хотят. Хватит об этом думать.

Но чем больше она старалась отвлечься, тем навязчивее становились образы: руки Сиенны, бесцеремонно блуждающие по телу Хантера, её острые ногти... В воображении Джи Ю Сиенна, жадно обхватывая Хантера за голые плечи, с торжествующей усмешкой смеялась ей в лицо.

Около часа ночи в коридоре послышались тяжёлые шаги.

Он вернулся раньше, чем я думала.

С этой мыслью она собиралась перевернуться на другой бок, как вдруг в дверь громко забарабанили: бум-бум-бум! Испуганная Джи Ю вскочила с кровати.

Он с ума сошёл?! А если кто-нибудь проснётся...

Она бесшумно приоткрыла створку. Как и ожидалось, на пороге стоял Хантер. От его растрёпанного вида сердце ухнуло вниз.

Неизвестно, где он бросил свой смокинг, но сейчас Хантер был в одной рубашке, расстёгнутой на пару пуговиц, а галстук-бабочка небрежно свисал на груди. Взлохмаченные волосы — словно кто-то зарывался в них пальцами во время поцелуя — наполовину закрывали лоб. Стоявший с опущенной головой и засунув руки в карманы брюк, Хантер медленно поднял на неё глаза.

— Что ты творишь в такое время? А если остальные проснутся? — приглушённым голосом упрекнула его Джи Ю.

— Мне нужно кое-что сказать.

Его низкий, глубокий голос разнёсся по тихому коридору.

Покувыркался где-то с Сиенной, а теперь ему есть, что мне сказать?!

Она попыталась молча захлопнуть дверь, но Хантер оказался быстрее. Его рука резко проскользнула в щель, вцепившись в край косяка. Если бы он не был профессиональным теннисистом, она бы просто закрыла дверь, не заботясь о том, сломает ли ему пальцы.

Джи Ю свирепо уставилась на него сквозь узкую щель:

— Мне не о чем с тобой разговаривать. И говори тише!

— Мне плевать, даже если проснётся весь дом, — угрожающе заявил Хантер, сделав ещё шаг вперёд и глядя на неё сверху вниз через дверную щель.

Стоя спиной к тусклому коридорному свету, он оказался в тени, и она не могла разобрать выражение его лица.

— Тебе плевать, а мне — нет!

— Тогда открой дверь.

— Ха-а...

Издав сдавленный стон, похожий на тяжёлый вздох, Джи Ю медленно отступила назад. Какая-то там «Джу Паркер» ни за что не смогла бы противостоять напору Хантера Гамильтона.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver