В голове не было ясности, но в тот момент, когда он увидел Джи Ю в лифте, инстинкт подсказал ему, что нужно отвести её в домик на дереве.

Он собирался загнать её в тесное пространство, откуда она не сможет ни сбежать, ни спрятаться, и наброситься на неё, как хищник на добычу. Проблема заключалась в том, что, даже вытащив Джи Ю во внутренний двор, он понятия не имел, с чего начать разговор и как к нему подступиться.

Хантер, возвышаясь над ней, склонил голову набок и посмотрел вниз. Инстинкт кричал ему, что эту возможность упускать нельзя.

Черт возьми. Прошло целых шесть месяцев.

Он о многом хотел спросить.

Особенно его интересовало, почему она влепила ему пощечину прямо посреди поцелуя.

Конечно, он сам сказал ей ударить его, если она не хочет. Но если она не хотела, нужно было бить до первого поцелуя, а не после.

Или ей не понравился мой поцелуй? Этот ублюдок Александр ебаный де Лафайет целуется лучше меня, что ли?

Как только мысли свернули в это русло, его и без того короткий фитиль терпения мгновенно вспыхнул. Кровь закипела так, что, несмотря на прохладную погоду, по затылку покатилась капля пота.

— Блядь...

Проглотив ругательство, Хантер воспылал боевым духом, цель которого была ему самому не до конца ясна.

— Джу Паркер, давай встречаться.

Выпалив это с решительным видом, он сам вздрогнул и заморгал. Он удивился собственным словам больше, чем она.

Ч-что сделать?

Стреляя глазами по сторонам и соображая, как выпутаться из этой ситуации, он медленно кивнул.

Нет, погоди. И почему я не додумался до этого раньше?

Это была победа бессознательного. Если подумать, это был отличный способ решить сразу несколько раздражающих проблем одним махом.

Если Джи Ю станет его девушкой, ему не придется каждый раз перед турниром унижаться и выпрашивать поцелуй. Он сможет звонить ей и звать на встречу в любое время, а если она снова беспричинно спрячется, у него будет полное право пойти её искать и потребовать, чтобы она немедленно появилась перед ним.

Это также предотвратит такие недоразумения, как попытки всяких лузеров вроде Стивена Берлински взять у неё номер. А главное — если Александр ебаный де Лафайет снова попытается её поцеловать, у него будет законный повод прямо на месте уложить его на лопатки и размазать этот высокомерный нос.

И кроме того... помимо поцелуев, было еще несколько вещей, которые ему хотелось бы попробовать с Джи Ю.

Не нужно воспринимать всё слишком серьезно.

Как сказал Джаред, вероятность жениться на школьной подружке была меньше, чем один на миллион.

Большинство парней, с которыми он общался в школе, тоже имели девушек. На их фоне он даже немного припозднился. В его возрасте было абсолютно нормально легко сходиться и так же легко расставаться.

К тому же Джи Ю вряд ли стала бы доставать его и мешать его напряженному графику тренировок. Так что сделать её своей девушкой было во многих отношениях очень удобно.

Хантер усмехнулся и посмотрел на Джи Ю сверху вниз.

Она, моргая, ошеломленно смотрела на него.

Наверное, в шоке. Еще бы, такая честь — стать первой девушкой Хантера Гамильтона.

В этот самый момент она слегка нахмурила брови.

— ...Ты с ума сошел?

— Что?

Хантер опешил.

С ума сошел? Разве так нужно отвечать на предложение?

Она с недоуменным видом спросила:

— Это же так странно. С чего вдруг, ни с того ни с сего, предлагать встречаться?

А, ну да. Наверное, это было немного внезапно.

— Что в этом странного? Разве есть причина, по которой ты не можешь со мной встречаться?

— .......

Джи Ю открыла и закрыла рот, словно собираясь что-то сказать.

— Ты что, из-за этого ублюдка Лафайета ломаешься?

— Лафайета? При чем здесь вообще Рекс? Дело не в...

— А в чем тогда? Почему нет?

Хантер сделал шаг вперед, наседая на неё. Она долго колебалась, покусывая губы, а затем посмотрела на него снизу вверх.

— Хантер? Просто на всякий случай, я спрашиваю в последний раз...

— Что еще. Говори быстрее.

Поторопил он её.

Она же не собирается мне отказать? Да быть такого не может. Если только она не сумасшедшая.

— Я тебе нравлюсь?

Хантер только моргал, не отвечая, и тогда Джи Ю поторопила его:

— Ответь. Ты предлагаешь встречаться поэтому?

Он с трудом сглотнул.

Она мне нравится? Блядь. Нравится? Я поэтому предложил ей встречаться?

Сердце ухнуло вниз. Ощущение сдавленности в солнечном сплетении было крайне неприятным.

Разве так чувствуют себя, когда кто-то нравится?

Эмоции, которые он испытывал, были очень далеки от радости и счастья.

Тревога, нетерпение и чувство стыда за то и дело вспыхивающую похоть.

Это никак не может быть влюбленностью. Но если она так хочет услышать эти слова перед тем, как мы начнем встречаться, мне ничего не стоит это сказать.

Хантер чуть вздернул подбородок и высокомерно посмотрел на неё.

— Если для тебя это так важно, будем считать, что да. Теперь довольна?

Джи Ю медленно подняла глаза. А затем плотно сжала губы.

Ее ледяной взгляд заставил Хантера вздрогнуть.

— Вот как. Хантер Гамильтон, прости, но я никогда не стану твоей девушкой.

Он подумал, что ослышался, и склонил голову набок.

— ...Что ты сейчас сказала?

— Ты мне не нравишься. Нет, честно говоря, я тебя ненавижу. Так что у меня нет ни малейшего, даже с мизинец Дейзи, желания с тобой встречаться.

Джи Ю резко встала. Её лицо, еще недавно покрытое румянцем, теперь было смертельно бледным.

Хантер застыл, как зимний фонтан, провожая её только взглядом.

— Я ответила на твой вопрос? Кажется, мы всё обсудили, так что я пойду.

Она холодно развернулась. И быстрым шагом, словно убегая, покинула внутренний двор.

Хантер еще долго стоял на месте, словно одна из украшавших двор статуй. Его взгляд упал на валяющийся на скамейке блейзер. Джи Ю бросила его на скамейку, словно какой-то мусор.

Он медленно подошел к скамейке и поднял пиджак. А затем со всей силы швырнул его на землю.

Джи Ю, спрятавшись за шторой в своей комнате, наблюдала, как Хантер со свирепым лицом покидает двор. Её сердце колотилось как гром. Брошенный на землю блейзер одиноко перекатывался под порывами позднего осеннего ветра.

***

Это было худшее Рождество в её жизни.

Три часа дня. Джи Ю, прикрыв рот рукой, протяжно зевнула. Она ждала рейс из Международного аэропорта Юго-Западной Флориды в нью-йоркский аэропорт Ла-Гуардия.

Аэропорт был переполнен путешественниками. Попытавшись купить билеты на тот же день, они обнаружили, что прямые рейсы распроданы, и только отстояв в листе ожидания, кое-как смогли достать три билета с пересадкой в Атланте.

Проводить зимние каникулы в родном городе Аллена, Нейплсе в штате Флорида, было их семейной традицией.

Дедушка Джи Ю умер, когда Аллен еще учился в колледже, а бабушка ушла из жизни вскоре после её рождения. И хотя Аллен был единственным ребенком, в Нейплсе до сих пор жил его двоюродный брат Джереми Паркер, с которым они выросли как родные братья.

В этом году вместо отеля они арендовали роскошный дом. Он находился в закрытом поселке с идеально ухоженными прогулочными дорожками и небольшим озером.

В саду, окруженном пальмами, было теплое джакузи с бурлящими пузырьками и открытый бассейн с регулируемой температурой воды.

Однако отпуск, который должен был продлиться до второго января, оборвался всего через три дня после приезда: Аллену срочно позвонили с работы, и ему пришлось вернуться в Нью-Йорк. Рождественский ужин с семьей дяди Джереми тоже был отменен.

Джи Ю и Э Джон, которые в разгар зимы нежились в теплом климате Флориды, безмятежно плавая и загорая, недовольно надули губы, услышав, что им нужно срочно возвращаться в Нью-Йорк.

Аллен не рассказывал, в чем дело, но увидев, что их обычно спокойный и мягкий отец и муж так напряжен и раздражен, они не посмели жаловаться и промолчали.

Тогда Джи Ю впервые в жизни увидела, что человеческое лицо может быть не просто бледным, а серого цвета.

Ожидая рейс, она шепотом спросила Э Джон:

— Мам, у папы на работе проблемы? Его компания ведь не обанкротится?

— Не каркай! Папина компания — огромная и процветающая. Их председатель — очень известный человек на Уолл-стрит. В прошлом году они привлекли кучу инвестиций, и он получил огромный бонус. Если бы не эта компания, мы бы не смогли купить дом. Такие гиганты, даже если их немного потрясет, в одночасье не рушатся. Так что не переживай.

Но, несмотря на эти слова, Э Джон, не понимающая, что происходит, выглядела такой же встревоженной.

Когда они после шестичасового перелета приземлились в Нью-Йорке, стояла кромешная тьма. Приехав домой, Джи Ю до полуночи слушала, как Аллен в кабинете с кем-то торопливо разговаривает по телефону, и лишь затем смогла уснуть.

На следующий день, несмотря на выходной, Аллен ушел на работу. Что именно произошло, они узнали только второго января из новостей по телевизору.