С тех пор как Джи Ю переехала в этот дом, такого не случалось ни разу.

Даже в выходные, когда она не работала няней, она почти всегда оставалась дома, а если собиралась поехать к маме в Бруклин, то предупреждала как минимум за неделю.

— Дейзи, пора спать, живо иди в свою комнату! — строго сказав это дочери, Лорен подошла к Хантеру. — Хантер, ты случайно не связывался с Оливией?

Он тут же набрал номер Джи Ю на своем телефоне. Долго шли гудки, а затем звонок переключился на голосовую почту.

— А вы звонили миссис Паркер?

— У Э Джон телефон вообще выключен. Что-то случилось... Она не из тех девочек, кто может вот так исчезнуть без предупреждения, я волнуюсь. С самого утра её никто не видел.

Лицо Лорен потемнело от тревоги.

— Ты тоже, наверное, устал, иди скорее в душ и отдыхай. Она не стала бы так делать без причины, наверняка что-то стряслось. Скоро вернется.

Она похлопала его по плечу и ушла в свою комнату. Хантер, убедившись, что в коридоре никого нет, открыл дверь в спальню Джи Ю. Включив торшер, он огляделся: со вчерашнего вечера ничего не изменилось. На кровати даже не было следов того, что на ней спали.

Выйдя из комнаты Джи Ю, Хантер зашел к себе, достал из холодильника ледяную воду и жадно выпил.

Не может же быть, чтобы она исчезла навсегда.

Он лучше кого бы то ни было знал, что Джи Ю не из тех, кто может так жестоко поступить с Лорен и Дейзи, даже если бы это касалось его самого.

Несмотря на то что он только что попил, во рту пересохло. Он нервничал сильнее, чем перед финалом национального чемпионата, когда боролся за первое место в рейтинге.

Почему она не выходит на связь? Что-то действительно случилось.

От мысли, что она могла попасть в аварию, волосы встали дыбом.

Джи Ю была физически бесконечно слабой. Чтобы обезвредить её, достаточно было легкого толчка — она выглядела так, будто сломается от малейшего касания. По спине пробежал холодный пот.

Хантер оставил дверь открытой и сел на диван, чтобы не пропустить её возвращение. Но она не появилась даже к рассвету.

За это время его воображение рисовало одну ужасную картину за другой. Беспрецедентное чувство тревоги и беспокойства довело его почти до безумия.

Рано утром Хантер позвонил в полицию, чтобы подать заявление об исчезновении. Но ему ответили, что поскольку Джи Ю совершеннолетняя, они не могут начать поиски или принять заявление только из-за того, что она не ночевала дома.

Ближе к обеду, направляясь в столовую на бранч, Лорен заметила Хантера, расхаживающего по коридору, и протерла глаза.

— Хантер, как раз хотела тебя позвать. Ты случайно не знаешь номер телефона парня Джи Ю? Того, с которым она ходила на выпускной. Как его звали, Джонатан? Неудобно как-то ему звонить... Как думаешь? Я веду себя слишком старомодно? Я понимаю, что Джи Ю уже взрослая и не обязана отчитываться передо мной, если проводит выходные со своим парнем... но просто по-стариковски волнуюсь.

— Ха. Быть такого не может.

Слова Лорен направили его воображение в совершенно новое русло.

Джошуа Юн и Джи Ю.

Проводят ночь вместе.

Образ Джи Ю, который он представлял тысячи раз, теперь накладывался не на него, а на Джошуа. Вспомнилось, как они вместе покидали бальный зал.

Так вот почему ты мне отказала?

Дело не в том, что ты «морально не готова», а в том, что у тебя уже есть другой?

Как только сказала, что мы расстаемся, свалила из дома и провела ночь с этим уебком?

Сама же говорила, что использовала меня, чтобы остаться в этом доме. Значит, теперь нашла себе другую опору.

В его налитых кровью от бессонницы глазах бушевала синяя ярость.

Хантер снова и снова прокручивал в голове слова, которые она сказала в их последнюю встречу.

Предложила расстаться и заявила, что ни за что не пожалеет.

Он усмехнулся.

Сама собиралась выбросить его, как старую игрушку, но при этом имела наглость обвинять во всем его.

Затылок горел, словно его огрели дубиной.

То, что Джи Ю использовала его, чтобы остаться в этом доме, он пытался пропустить мимо ушей. Он понимал её отчаянное положение, да и сам не был безгрешен, ведь предложил ей встречаться из-за «талисмана», решив, что ею будет легко манипулировать.

Чувство предательства, как горькая желчь, обжигая пищевод, спустилось вниз и больно кольнуло в желудок. Хантер прекрасно знал, что большинство людей, которые к нему приближаются, всегда чего-то хотят.

Связи, знакомства или возможность подобраться к его отцу.

Как ни крути, фамилия Гамильтон мешала Хантеру строить отношения на равных. Он не просил об этом, но люди сами возводили его на пьедестал и вели себя в соответствии с этой иерархией.

Одним из немногих исключений, с кем у него были отношения на равных, была Джи Ю. По крайней мере, он так считал.

А для тебя, оказывается, всё было иначе.

Казалось, она не то что ничего от него не ждала, а наоборот — была слишком занята тем, чтобы убегать от него. Поэтому он был твердо уверен, что она находится рядом не ради выгоды.

То, что она намеренно встречалась с ним ради проживания в этом доме, встало поперек горла, как рыбья кость.

Она встречалась со мной и через силу целовала только из страха быть выгнанной на улицу?

Он самоиронично усмехнулся.

Помню, тогда я наивно думал отдать тебе квартиру.

Подавленный гнев начал закипать, согревая солнечное сплетение.

Хантер понимал, что в такой день ему лучше побыть одному, чтобы не натворить дел на глазах у других. Поэтому он отменил тренировку на улице и заперся на подвальном корте.

Включив теннисную пушку, он со всей силы махал ракеткой. С каждым ударом струн по мячу вибрация от ракетки отдавалась в локте и доходила до самого плеча. И каждый раз он сквозь зубы цедил ругательства.

Образ голых, сплетенных Джошуа и Джи Ю не исчезал перед глазами.

Мяч с оглушительным звуком тук отскочил от ракетки и врезался в верхнюю часть теннисной пушки. Машина с грохотом опрокинулась и начала выстреливать мячи в сетку на потолке: пух, пух.

— Fuck! Блядь!

Он со всей дури швырнул теннисную ракетку об пол.

Бах, бах, бах.

Ракетка из углеродного волокна и графита, ударяясь о хард-корт, издавала треск, сравнимый со звуком выстрела. С третьего удара она разлетелась пополам и превратилась в лохмотья.

Хантер швырнул обломки на пол. Левая рука, сжимавшая рукоятку, мелко дрожала.

Старая игрушка, говоришь? Ну что ж, тогда он будет обращаться с ней именно так. Он за всю свою жизнь никому не отдал ни одной своей игрушки. И с Джи Ю будет то же самое.

Он поклялся, что любой ценой зажмет её в кулаке и не отпустит. Будет играть с ней до тошноты, а когда она ему надоест — тогда он сам поставит точку.

Адрес Джошуа Юна можно было легко найти в школьном справочнике. Перепрыгивая через три ступеньки, Хантер взлетел на семейный этаж.

В этот момент Лорен, собиравшаяся зайти в игровую с Дейзи, заметила его.

— Хантер! Как раз хотела позвать тебя ужинать. Джи Ю звонила! Э Джон попала в реанимацию с пищевым отравлением, а Джи Ю забыла телефон дома, поэтому только сейчас позвонила с мобильного матери. Какое счастье, что ничего серьезного. Сказала, что вернется домой после десяти, просила не ждать её и извинялась, что заставила волноваться.

Хантер крепко зажмурился и снова открыл глаза. И выдохнул. Только тогда он понял, что всё это время задерживал дыхание.

Лорен посмотрела на него и усмехнулась:

— Как друг, ты, видимо, всё-таки волновался за неё. Иди поужинай и прими душ. Моник сказала, что ты из-за тренировки даже обед пропустил. Кстати, как прошел вчерашний тренировочный матч?

Хантер, погруженный в свои мысли, промолчал.

— Эй, когда мама спрашивает, нужно отвечать. С годами ты становишься всё более неразговорчивым... С сыновьями так скучно.

Он догнал ворчащую Лорен. Это был шанс привести свой план в действие.

— Мам, кажется, Джи Ю собирается поступать в Беркли из-за стоимости обучения, а что вы планируете делать с Дейзи? Она только-только начала нормально читать, не будет ли ей сложно догнать школьную программу?

Лорен, удивленная неожиданным вопросом, недоуменно посмотрела на него, но затем, нахмурившись, кивнула:

— Я как раз об этом думала. Когда Джи Ю уедет, хочу нанять репетитора с проживанием вместо няни. Что думаешь?

Его учили, что для достижения цели нужно использовать любые средства в рамках закона. Удержать Джи Ю — значило помочь Дейзи. Так что чувствовать вину было ни к чему.

— Думаете, Дейзи легко на это согласится? Зачем всё усложнять, просто...