Тем же днем, сразу после выписки, Э Джон вернулась в таунхаус в Проспект-парке. Благодаря тому, что Мария соврала про пищевое отравление, ей удалось сохранить место домработницы без лишних объяснений.

Джи Ю, оставившая свой телефон дома, позвонила Лорен с мобильного Э Джон. Она извинилась перед женщиной, которая весь день переживала из-за её отсутствия, и вкратце объяснила ситуацию.

На обратном пути в метро Джи Ю мысленно попрощалась с будущим, о котором ненадолго осмелилась мечтать. Планы на переезд в Калифорнию и новую жизнь рухнули, не успев даже начать воплощаться в реальность.

Вот так она снова вернулась в исходную точку.

Сто тысяч долларов.

Банки ни за что не выдали бы такой кредит девушке без кредитной истории. А среди её знакомых был только один человек с подобными деньгами...

— ...Хантер, — прошептала Джи Ю его имя, как приговор, и закрыла лицо руками.

***

В субботу утром Хантер вышел из дома пораньше. Днем у него был тренировочный матч со второкурсником из основной теннисной команды Колумбийского университета. Соперник был родом из Флориды, и несколько лет назад они пару раз пересекались на национальных турнирах.

В парном разряде Хантер играл хуже, чем в одиночном. Руководство команды организовало этот матч еще до начала семестра, рассчитывая, что из них выйдет отличный дуэт.

Решив, что неплохо бы заранее сыграться с будущим напарником, он с готовностью принял предложение.

Чтобы размяться и заодно привести мысли в порядок, Хантер вышел из резиденции Гамильтонов чуть раньше обычного. Честно говоря, в таком состоянии он не мог сосредоточиться ни на матче, ни на чем-либо другом.

Прибыв в теннисный клуб на острове Рэндаллс, где должна была пройти игра, он сразу направился в тренажерный зал на растяжку.

Ему не хотелось этого признавать, но то, что произошло прошлой ночью, стало для него серьезным ударом. Шагая по беговой дорожке, Хантер медленно прокручивал в голове те странные слова, которые бросила ему Джи Ю.

Для него было в новинку обдумывать чужие слова, а не теннисную стратегию. И еще больше его бесило то, что её заявления казались ему полным бредом.

Старая игрушка? Типа я с ней просто игрался? Блядь, да если бы мне хоть весело было, я бы еще понял.

Я бы быстро к ней остыл? И когда бы это, блядь, случилось? Эта скука вообще когда-нибудь наступит?!

Восхищается, но ненавидит, благодарна, но чувствует себя жалкой?.. Да что я такого сделал? Просто слишком много думает, вот и лезет в голову всякая хуйня.

Толком и не встречались? А что мы тогда делали всё это время? Я что, обжимался и сосался с девчонкой, с которой даже не встречаюсь?

Любопытство. Игра гормонов. Ха... Пиздец. Зачем вспоминать то, что было сто лет назад?

У Хантера раскалывалась голова от попыток понять, где, в какой момент и что именно пошло не так.

Вдруг он вспомнил совет, который пару лет назад отец дал Рексу: «Знаешь, это, пожалуй, самые дельные слова, которые мне когда-либо говорил мой старик: не пытайся понять женщин. Просто принимай всё как данность, а если попытаешься понять — только голову сломаешь».

И это было чистой правдой.

Его же чувства к Джи Ю были куда проще.

То, что он предложил ей встречаться из-за «талисмана», было правдой. По крайней мере, именно так всё началось. Этого он отрицать не мог.

И что в этом такого теперь? Она же знала обо всём с самого начала.

К тому же он уже давно преодолел свою зависимость от «талисмана». Не то чтобы он совсем в это не верил — когда Джи Ю приходила на его матчи, результаты и правда были лучше. Но он уже перерос тот этап, когда трясся от страха проиграть только из-за отсутствия своего «счастливого амулета». Он больше не ребенок, да и мастерства прибавилось.

Иногда перед поцелуями он и правда прикрывался этим предлогом, но это стало просто... привычкой.

С Джи Ю было легко: она не просила сделать то или это, не тащила его туда или сюда и вообще не выносила мозг. Он был спортсменом, и график турниров стоял для него на первом месте. У него не было времени потакать капризам девушек, как это делали его друзья.

Джи Ю никогда не жаловалась, когда и куда бы он её ни позвал. За исключением одной вещи, во всем остальном она подстраивалась под него. И он признавал, что это было чертовски удобно.

Может, я был слишком невнимательным? — задавшись нетипичным для себя вопросом, Хантер мысленно пожал плечами. — Сама же просила держать всё в секрете. В такой ситуации особо и не разгуляешься.

Из всех чувств, что он к ней испытывал, самым ясным и бесспорным было одно...

Блядь, да у меня на неё стоит, и что мне с этим делать?

Было настоящей загадкой, почему эта тихая, невзрачная Джу Паркер, в которой не было ни грамма показной сексуальности, так извращенно его возбуждала. Ему бы очень хотелось, чтобы кто-нибудь объяснил ему причину.

Джаред ошибался.

Он оставался абсолютно равнодушным, глядя на баб в купальниках в журналах или на порнуху, которую ему подсовывали под нос, где девки трясли дынями и жестко трахались. Но стоило этой чертовой Джу Паркер просто пройти мимо в обтягивающих джинсах и майке без рукавов, как у него напрочь срывало крышу. А если она случайно наклонялась и он мельком замечал ложбинку её груди, тело реагировало мгновенно.

Случалось, находясь рядом с ней, он не мог встать из-за внезапной эрекции. Она же была объектом всех его сексуальных фантазий, которые неизменно сопровождались чувством ненависти к себе. И если мокрые сны контролировать невозможно, то во время дрочки он изо всех сил старался думать о ком-то другом. Но в момент разрядки перед глазами всё равно всплывала...

Её раскрасневшееся лицо и голая, задыхающаяся Джи Ю, извивающаяся под ним.

После долгих раздумий Хантер пришел к выводу: всё дело в сексуальной неудовлетворенности, потому что он еще ни разу с ней не спал. Единственное, в чем Джи Ю ему отказывала — это секс.

Когда уже она, блядь, будет «морально готова»?

Сколько еще мне ждать эту медлительную и нерешительную Джу Паркер?

Каждый раз, когда она отказывала, ему приходилось собирать в кулак всю свою выдержку и самоконтроль, чтобы, стиснув зубы, послушно убрать руки.

Ну, вообще-то, понять её можно.

Из-за того, что они скрывали отношения, видеться приходилось либо в его внедорожнике, либо в домике на дереве. Вполне логично, что она не хотела, чтобы её первый раз случился в тесной машине или в такой дыре. Поэтому он кое-что подготовил.

В прошлом году, подписав документы о зачислении в Колумбийский университет, он поручил личному помощнику семьи Гамильтон подыскать ему квартиру на следующие четыре года.

У него было три условия: Верхний Вест-Сайд недалеко от кампуса (между 90-й и 120-й улицами), высокий этаж с видом на Центральный парк и формат лофта, сопоставимого по размерам с его нынешней спальней. Но поскольку жилье в этом районе арендовали в основном студенты Колумбийского, найти такой же просторный лофт, как в Даунтауне, оказалось непросто.

В итоге они купили две смежные квартиры и снесли стену между ними. Недавно ремонт закончился, и сейчас дизайнер интерьеров занимался расстановкой мебели и тренажеров.

Он планировал приводить туда Джи Ю. Думал, что ей тоже будет удобнее, раз уж они будут учиться в одном университете.

А если ей лень будет ездить туда-сюда... она могла бы просто жить у меня. Мы и так два года прожили под одной крышей, а поскольку она тихая и спокойная, напрягать меня это не будет. Кровать там только одна, так что спать вместе — тоже... неплохой вариант.

Я так тщательно всё распланировал, а она куда собралась?

Какая еще, нахрен, Калифорния?

Это что за бред?

Сама же говорила, что её мечта — Колумбийский. Нахера тогда уезжать?

И расстаться?

Я этого не допущу.

С хера ли? Я еще ничего не закончил.

— ...Пока я не скажу, что всё кончено, ты никуда не поедешь, Джу Паркер, — глухо пробормотал Хантер.

Тренировочный матч закончился его поражением. Он вообще не мог сосредоточиться, так что результат был предсказуем. В любое другое время он бы скрипел зубами от злости и думал только о реванше, но сейчас ему было абсолютно наплевать на исход игры.

Поговорить с Джи Ю — вот что занимало все его мысли и стало главным приоритетом. Что касается университета, он решил надавить на неё через Лорен. Если она может послать его, то ради Лорен в лепешку расшибется.

Как и всегда, он ни на секунду не сомневался, что в итоге всё будет так, как он хочет.

Когда он вернулся в резиденцию Гамильтонов, было уже около десяти вечера. Однако в доме царила странная, нервная атмосфера.

— Хантер! — Как только Дейзи увидела брата, она подбежала в слезах и вцепилась в край его куртки. — Случилось страшное! Оливия пропала!

— В смысле пропала? — нахмурившись, переспросил Хантер.

— Она исчезла еще утром! Мама ей звонит, а она не берет трубку! И до сих пор не вернулась!

 ✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver