Хантер чувствовал себя так, будто сейчас умрет.
Раньше у него были лишь смутные подозрения, но сегодня ночью они подтвердились.
Высококлассный спортсмен ростом метр девяносто пять и весом восемьдесят восемь килограммов, Хантер Гамильтон совершенно не умел пить.
Алкоголь из выпитого залпом бокала шампанского, словно решив свалить его с ног, безумно носился по всем венам тела.
Его гордость была безмерно уязвлена, но ему пришлось признать, что он пьянеет быстрее, чем сидящая напротив Джи Ю, которая легкомысленно потягивала шампанское и весело щебетала.
Выпить бокал залпом было своего рода экспериментом. Чтобы избежать повторения катастрофы, случившейся на выпускном, он должен был примерно выяснить свою норму. Полная потеря контроля над телом стала для него тогда ужасным опытом, и одного раза с лихвой хватило.
С попаданием алкоголя в кровь его реакция, отточенная, как острое шило, начала заметно замедляться. Точность мелкой моторики в конечностях также резко упала. Голова кружилась, затылок налился свинцом, а произношение стало слегка смазанным.
Ему приходилось изо всех сил напрягаться, чтобы не показаться пьяным перед Джи Ю. Делая вид, что всё в порядке, он сидел прямо, с идеально ровной спиной, и механически жевал, даже не понимая, что именно кладет в рот.
Он хотел выпить воды, но вкус показался странным. Лишь присмотревшись, он понял, что по ошибке налил себе шампанское.
И зачем люди вообще пьют эту дрянь?
Потеря контроля над телом — это всё-таки полный пиздец.
Но в то же время без умолку болтающая Джи Ю с её сияющими блестящими глазами казалась ему чертовски красивой.
Хантер весь день боролся с навязчивым желанием утащить её в постель. Прошлой ночью он так сильно на неё набросился, что сегодня она еле ходила, и он чувствовал за это вину.
Любой спортсмен знает, что после тяжелого матча мышцам необходим отдых и хорошая растяжка, чтобы снять накопившуюся усталость. Ей тоже нужно было время на восстановление. Проблема заключалась лишь в том, что нить его собственного терпения вот-вот готова была со звоном оборваться.
Секс прошлой ночью прокручивался в его голове не меньше десятка раз. И каждый раз тело реагировало настолько мгновенно, что ему пришлось целый час грести на каноэ и бессчетное количество раз переплывать бассейн от бортика до бортика.
То, что Джи Ю постоянно маячила перед глазами в этом чертовом синем бикини, тоже ничуть не помогало остыть.
Сидя напротив, Хантер пожирал её жадным взглядом с ног до головы. В узком и глубоком V-образном вырезе то и дело мелькала соблазнительная ложбинка на груди.
Он сжал и разжал широкую ладонь. Ощущение того, как он сминает в руке её мягкую голую грудь, было еще слишком свежо.
Когда он увидел Джи Ю в этом струящемся платье в лобби, ему пришлось до боли стиснуть зубы, чтобы просто не схватить её за запястье и не потащить в спальню.
Её стройные ноги, дразняще мелькающие в высоком разрезе при каждом шаге, вызывали невыносимую сухость в горле.
Если бы только он мог, он бы прямо сейчас усадил Джи Ю к себе на колени и стиснул в объятиях так, чтобы она даже не могла пошевелиться. А потом искусал бы её всю, от раскрасневшихся щек до мизинцев на ногах. У него зубы сводило, когда он просто смотрел на неё.
Растрепанные по подушке каштановые волосы, затуманенный от страсти взгляд, пылающие щеки.
Разгоряченное алкоголем лицо Джи Ю чем-то напоминало то лицо, с которым она, раскачиваясь на кровати, издавала тихие стоны сквозь влажные приоткрытые губы.
Хантер думал, что никогда в жизни не забудет тот шок, который испытал в момент своего первого проникновения.
Безжалостно пронзая горячую, мягкую и ужасающе узкую плоть, он до одури боялся, что она просто разорвется пополам прямо у него на глазах. Но в то же время не мог остановиться.
То странное, удушающее чувство вины — и пробирающее до костей удовольствие, прокатившееся по всему позвоночнику.
Блядь.
Я точно извращенец.
Хантер скрестил ноги и слегка поменял позу.
Вспоминать её лицо в постели, глядя на то, как она, невинно хлопая чистыми глазами, жует цветы цуккини в кляре, — казалось, он снова совершает какое-то преступление.
Хватит. Подумай о чем-нибудь другом.
Кажется, за ужином я хотел обсудить что-то важное.
Замедлилась не только реакция, но и скорость мышления. Казалось, он упускает что-то крайне важное. В голове образовалась полная каша.
Хантер попытался восстановить цепочку обрывочных мыслей.
Зачем мы вообще сюда пришли?
Он огляделся. Это было то самое знаковое место, где чета Гамильтонов каждый год устраивала романтический ужин.
Если смотреть на закат отсюда, создавалось впечатление, будто ты наблюдаешь за этим великолепием с парящего в небе острова. Поэтому, когда Джи Ю сказала, что хочет поужинать там, откуда видно заходящее солнце, это место пришло ему на ум первым.
В детстве, в те вечера, когда родители оставляли его с няней и уходили на свидание, Хантер часто наблюдал за ними, облокотившись на каменные перила террасы третьего этажа. Тогда он и представить не мог, что когда-нибудь сам будет ужинать здесь с кем-то.
Но видеть Джи Ю на том месте, где обычно сидела мадам Лорен, казалось на удивление естественным.
Только тогда Хантер вспомнил, о чем хотел поговорить.
Официально они всё еще были в ссоре и не встречались. Но после прошлой ночи всё изменилось.
С тех пор как она попросила денег в обмен на то, чтобы стать его «талисманом», он действительно стал доверять ей куда меньше. Но все могут ошибиться. И у неё наверняка была веская причина просить деньги таким способом.
Поэтому он решил дать ей еще один шанс.
Если кто-то спросит, не размяк ли он после того, как переспал с Джи Ю... он бы даже не стал оправдываться.
И что с того?
Та Джи Ю, которую знал Хантер, совершенно не умела ни врать, ни искусно притворяться. Она была не из тех, кто может подделать этот томный взгляд снизу вверх в постели или застенчивую улыбку.
Он никогда особо не вникал в чужие чувства, поэтому не мог объяснить это в двух словах, но её поведение прошлой ночью на инстинктивном уровне затронуло его сердце. Поэтому он решил довериться своему чутью.
Её недавнее решение стать его «талисманом» за деньги было оскорбительной чушью не только для него, но и для неё самой. Это было равносильно тому, чтобы свести их отношения до уровня дешевых секс-партнеров.
Возможно, именно это и разозлило его больше всего. Это больно задело его безмерную гордость.
Хантер был честен в своих желаниях: тот факт, что он хотел Джи Ю, оставался неизменным. Но он совершенно не хотел заполучить её таким жалким способом.
С какой стати я должен это делать? Что со мной не так?
В этих отношениях именно он сейчас обладал властью и полностью контролировал ситуацию. Так что то, куда они пойдут дальше, зависело исключительно от него.
Но прошлый опыт, когда она отшивала его каждый раз, стоило ему немного надавить, заставил его стать куда осторожнее. На этот раз он хотел точно знать, чего хочет не только он сам, но и она.
Такая вещь, как «секс-партнер», Джи Ю Гамильтон совершенно не подходит.
Стоп, что-то тут не так.
А, точно. Не Джи Ю Гамильтон, а Джи Ю Паркер.
Да без разницы. Фамилия вообще не имеет значения.
Хантер сидел с отсутствующим видом, глубоко погруженный в свои мысли, когда до его слуха вдруг донесся странно возбужденный голос Джи Ю.
— Хантер, а ты? Ты раньше пил алкоголь? Наверняка ведь пил?
Алкоголь?
Ну, было дело. Он кивнул.
— О-о, вот как. И когда ты впервые попробовал?
— На выпускном.
— На выпускном?.. С кем? С Сиенной?
Воду, внезапно оказавшуюся алкоголем, ему дала именно эта стерва Сиенна Рид.
— Вроде того.
В тот вечер Хантер, увидев, как Джи Ю и Джошуа Юн сбегают с вечеринки, словно влюбленные, бросился за ними, но по пути его перехватила Сиенна. Она с загадочной улыбкой протянула ему стакан с водой:
— Пей.
У него как раз пересохло в горле, поэтому он взял стакан и выпил залпом. И только когда прозрачная жидкость обожгла гортань, он понял, что это не вода, а крепкий алкоголь.
Сильно поморщившись, он со стуком поставил наполовину пустой стакан на стол.
— Что ты творишь?
Хотя большинство старшеклассников на выпускном балу уже были совершеннолетними, алкоголь всё равно оставался под строгим запретом.
— Это водка. Элай тайком притащил, — хихикая, прошептала она ему на ухо.
То ли от резкого запаха её удушливых духов его затошнило, то ли просто закружилась голова.
— Хантер, не хочешь подняться со мной наверх? Я сняла люкс.
Кокетливо растягивая губы и хлопая накрашенными ресницами, Сиенна погладила его по груди.
Хантер уже горько жалел о том, что импульсивно согласился пойти с ней на выпускной. Он никак не ожидал, что одно неверное решение приведет к таким раздражающим последствиям.
Смахнув с груди её прилипчивую руку, он так сильно оттолкнул девушку, что Сиенна захныкала от боли.
Хантер посмотрел на свою ладонь. Он не мог понять, то ли у него дрожит рука, то ли кружится голова. Он сжал и разжал кулак. Как в замедленной съемке: реакция была вялой, а контролировать силу никак не получалось.
Что происходит?
— Не смей... ко мне... прикасаться.
Язык заплетался, и слова звучали странно. Затем мир вокруг бешено завертелся. Прежде чем перед глазами потемнело, словно кто-то выключил свет, он смутно увидел спины друзей, которые, подхватив его с двух сторон и ворча о том, какой он тяжелый, бросили его на какую-то незнакомую кровать и ушли.
Очнулся он от того, что кто-то жеманным голосом пытался его растормошить.
— Хантер, просыпайся. Так и будешь спать? Встава-а-ай...
Еще до того, как он смог разлепить тяжелые, как свинец, веки, по удушливому запаху духов он понял, что к нему как пиявка прилипла Сиенна.
