Лорен с облегчением вздохнула и широко улыбнулась.
— Тебе спасибо, Оливия. Дейзи очень стеснительная, и я переживала, что поиски нового репетитора станут настоящей головной болью. А теперь, когда ты согласилась, у меня прямо гора с плеч. Ах да! У тебя есть какие-нибудь особые планы на это лето? Путешествия, например?
— Нет.
Джи Ю покачала головой.
Та поездка в Нейплс, штат Флорида, на зимних каникулах, прямо перед смертью Аллена, стала ее последним путешествием. Теперь, когда она точно знала, что останется в Нью-Йорке, уже завтра она планировала вплотную заняться поисками работы.
— Тогда не хочешь поехать с нами на юг Франции этим летом? Ты столько трудилась, совмещая учебу и работу няней Дейзи. Считай это моим подарком в честь твоего поступления в колледж. Не отказывайся и поехали с нами, хорошо?
Джи Ю удивленно заморгала, растроганная заботой Лорен, от которой даже слегка защипало в носу. Она просто не могла отказаться от такого предложения, далеко выходящего за рамки обычной вежливости к наемному работнику. Джи Ю снова почтительно поклонилась.
— Да, я поеду. Огромное вам спасибо.
***
Субботний день. Джи Ю ехала на метро в Бруклин. Хозяева квартиры, где работала Э Джон, разрешили Джи Ю остаться у нее на ночь.
В огромной, пустой подвальной комнате стоял затхлый запах плесени. Кровать, встроенный шкаф и крошечный столик, заменявший обеденный, — вот и вся мебель.
Сидя за столиком и подперев подбородок рукой, Джи Ю внезапно произнесла:
— Мам, миссис Гамильтон спросила, не хочу ли я стать репетитором Дейзи с проживанием, и я согласилась. Они выплатят мне зарплату за год вперед. Думаю, этих денег хватит, чтобы покрыть оставшуюся часть стоимости обучения в Колумбийском.
Э Джон, чистившая овощи для супа на крошечной кухне, занимавшей один из углов комнаты, медленно осела на пол, не выпуская из рук ножа.
— Мама!
Испуганная Джи Ю подбежала к съежившейся женщине. Плечи матери, закрывшей лицо руками, судорожно затряслись.
Джи Ю осторожно забрала у нее нож, положила его на край раковины и обняла за худые, костлявые плечи. В нос ударил резкий запах мази от мышечной боли.
— Мам, почему ты плачешь... — Голос Джи Ю, к горлу которой подступил тяжелый комок, тонко задрожал.
— От радости. Я просто так рада.
Э Джон быстро вытерла слезы огрубевшими руками, высвободилась из объятий дочери и резко поднялась.
— Пойдем. Я получила зарплату за неделю, так что сегодня ужинаем не дома. На что-то дорогое денег не хватит, но в китайский ресторан сходить сможем.
— ...Правда?
Это был их первый ужин вне дома за два года.
Сидя перед тарелками с бок-чой, жареным рисом и аппетитной курицей генерала Цо, Джи Ю рассказала, что её пригласили на виллу Гамильтонов на юге Франции.
Как только она упомянула об этом, в глазах Э Джон впервые за долгое время появился живой блеск.
— О-о, помню, мама Хантера показывала мне фотографии! Белоснежный особняк величественно возвышается на скале у моря, а рядом открытый бассейн и теннисный корт... Выглядело точь-в-точь как вилла миллиардеров из кино. Я тогда так обзавидовалась.
— Серьезно?
— А то! Боже мой, кто бы мог подумать, что наша Джи Ю туда поедет. Все-таки как хорошо иметь богатого друга... Ой, то есть...
Э Джон, с аппетитом хрустящая бок-чой и радостно щебечущая, вдруг осеклась и, виновато взглянув на дочь, замолчала. Джи Ю усмехнулась и мягко сменила тему:
— Мам, у меня нет купальника. Из остального ничего особенного не нужно, но купальник придется купить.
Мать и дочь одинаково горько улыбнулись. Было ясно и без слов, что обе вспомнили залитую солнцем виллу с бассейном в Нейплсе — место их последнего путешествия, когда Аллен еще был жив.
— Тут недалеко есть аутлет. Завтра утром пойдем на шопинг. Там иногда можно найти классные вещи со скидкой 80-90 процентов. Это же вилла на юге Франции! Я просто обязана купить моей Джи Ю красивые наряды, чтобы ты выглядела там как дочь богачей.
Э Джон впервые за долгое время рассмеялась в голос. И, налив в стакан колу, протянула его Джи Ю, предлагая чокнуться.
В этот момент Джи Ю увидела на лице матери ту же счастливую улыбку, что и в тот вечер, когда они ужинали в своей новой квартире в красивых платьях и пили шампанское.
И это было так замечательно. Джи Ю тоже радостно улыбнулась и потянулась своим стаканом навстречу.
***
Вопреки ожиданиям чего-то по-настоящему грандиозного, аэропорт Ницца — Лазурный Берег оказался на удивление компактным и скромным.
Пока Лорен и Дейзи сидели в креслах, Джаред и Хантер взяли багажные тележки и подошли к ленте выдачи багажа. Когда Джи Ю приблизилась к ним и нерешительно замерла рядом, Хантер, накинувший на голову капюшон толстовки, мельком глянул на неё и с раздражением кивнул в сторону.
— Иди посиди.
Его тон был грубым и резким.
Смущенно потоптавшись, Джи Ю неловко улыбнулась и вернулась на место рядом с Лорен и Дейзи.
Снова началось время «службы в богатом доме», когда телу комфортно, но на душе неспокойно. Единственное отличие заключалось в том, что теперь она старалась чувствовать себя более расслабленно.
Попрощавшись со школой Астор, к которой за тринадцать лет она привязалась всеми фибрами души, в конце августа девушка наконец-то поступит в Колумбийский университет, о котором мечтала с самого детства.
Это было сродни тому, как если бы человек, заблудившийся в темной пещере, вдруг увидел вдалеке тонкий лучик света. Надежда — поистине удивительная вещь; одна только мысль о том, что у нее есть четкие планы на следующие четыре года, делала жизнь гораздо выносимее.
Теперь, став совершеннолетней, она могла делать куда больше. Джи Ю твердо решила, что за эти годы тщательно подготовится ко всему, чтобы сразу после окончания университета начать полностью самостоятельную жизнь.
Двое мужчин, со спины так похожих друг на друга, толкали тележки, заваленные тяжелыми чемоданами. Хантер, чей рост окончательно зафиксировался на отметке шесть футов и четыре с половиной дюйма, уже успел перерасти Джареда. Лорен и Джи Ю шли следом, держа за руки прыгающую от радости Дейзи.
Как только они вышли из здания аэропорта, к ним подошли двое мужчин в униформе — кремовых рубашках и голубых брюках.
— Добро пожаловать в Ниццу, месье Гамильтон!
Поздоровавшись с сильным французским акцентом, они забрали тележки и повели их к припаркованным машинам.
В этот момент Дейзи с радостным писком подбежала к огромной инсталляции с хэштегом «#NICE».
— В этом году мы тоже должны здесь сфотографироваться! Идите скорее сюда!
— Ах да. Если бы не наша малышка, мы бы забыли о семейной традиции Гамильтонов, — Джаред театрально захлопал в ладоши, поддерживая дочь, и, передав телефон сотруднику с тележкой, попросил его сделать фото. — Лорен, Хантер! Идемте. И Оливия тоже.
— Я пас, — с равнодушным видом отозвался Хантер.
Тогда Лорен, бросив на сына недовольный взгляд, обратилась к Джи Ю:
— Оливия, не могла бы ты притащить Хантера сюда? Он нас с отцом вообще не слушает. А вот к твоим словам, кажется, иногда прислушивается.
Недавно Хантер заявил, что эта поездка с семьей — последняя, чем немало расстроил Лорен и Джареда. Говорили, он упирался до последнего и не хотел ехать, так что Лорен пришлось долго уговаривать его: мол, она пригласила Оливию в качестве гостьи, и если его не будет, ей станет совсем скучно. И только после этого он нехотя согласился.
На самом деле... если бы его не было, мне было бы гораздо комфортнее.
Но, конечно, она не могла сказать этого вслух.
С той самой ночи Джи Ю долгое время не видела Хантера. Удивительно, но, живя в одном доме, они ни разу не пересеклись.
Сначала она только радовалась этому, но со временем начала задумываться: может, он тоже избегает её? Однако вскоре отбросила эту мысль. Хантер Гамильтон был не из тех, кто станет от кого-то прятаться.
Столкнувшись с ним впервые перед самым выездом в аэропорт, Джи Ю изо всех сил старалась избежать ситуации, где им пришлось бы остаться наедине. Благодаря Дейзи, которая прилипла к ней как банный лист, это неплохо удавалось. Но сейчас, после прямой просьбы Лорен, прятаться было некуда.
Джи Ю закусила нижнюю губу и осторожно подняла взгляд, искоса поглядывая на парня. Он тоже скосил глаза и посмотрел на неё сверху вниз.
Как только их взгляды встретились, она тут же опустила глаза. В этот момент в голове ярко вспыхнули воспоминания, о которых сейчас совершенно не стоило вспоминать. Щеки загорелись так сильно, что стало больно.
Хантер тихо вздохнул, скинул капюшон и, сунув руки в карманы, нехотя поплелся к ним. Затем обернулся и поторопил её:
— Чего стоишь? Тебя тоже зовут.
— А? Д-да.
Джи Ю торопливо засеменила следом.
Джаред и Лорен уже стояли перед знаменитой инсталляцией, держа за руки стоявшую по центру Дейзи.
Вспомнились детские путешествия, когда она вот так же стояла между Алленом и Э Джон, держа их за руки и позируя для фотографий. В горле встал комок острой, щемящей тоски.
Пятеро человек сгрудились перед инсталляцией, суетясь в попытках найти себе место. Дейзи встала между родителями, а Хантер — рядом с Лорен. Джи Ю нерешительно топталась на месте, не зная, куда встать, пока Лорен не поманила её рукой.
— Оливия, становись рядом с Хантером!
Робко подойдя, она встала рядом с ним, сохраняя небольшую дистанцию.
Сотрудник аэропорта, глядя в экран смартфона, махнул им рукой.
— Встаньте поближе друг к другу!
Услышав это, Джаред шагнул вперед и обнял Лорен за плечи. Джи Ю заколебалась, думая подвинуться на полшага, но в этот момент Хантер положил руку ей на плечо и притянул к себе так близко, что их бока соприкоснулись.
