— Сабин, я всегда старалась делать всё ради Кассандры, но именно этого брака я не хочу. Даже если мы с Ангельтом не поженимся, пока он остается наследником семьи Фойли, Кассандра в любой момент сможет рассчитывать на их поддержку.

По одному лишь настрою Ангельта, готового по первому слову Кассандры жениться на Нинетт, всё становилось ясно. Ему вовсе не обязательно вступать в брак, чтобы помогать Кассандре всем сердцем. Саму Нинетт положение хозяйки дома Фойли совершенно не интересовало, и она не собиралась опираться на их семью, чтобы исправить собственную участь, поэтому в этом союзе не было никакой необходимости.

Нинетт, ненадолго замолчав и крепко стиснув зубы, с силой сжала в кулаках одеяло, словно приняв твердое решение. С ее дрогнувших губ сорвалась жалобная просьба:

— Сабин, ты не мог бы переубедить Кассандру?

Видимо, эти слова оказались для него полной неожиданностью, поскольку Сабин удивленно вскинул брови. Нинетт впервые о чем-то просила его столь напрямую.

Точнее, казалось, она вообще впервые в жизни обращалась к кому-то с подобной просьбой. До сих пор Нинетт лишь покорно принимала всё, что ей навязывали, ни разу не ответив отказом. Что уж говорить о мольбах о помощи. Раньше у нее просто не возникало в этом нужды.

— Вы правда считаете, что мне это под силу?

На самом деле Нинетт понимала: вопрос ее замужества лежит вне компетенции Сабина.

Даже если он вмешается, всё ограничится лишь парой советов, но повлиять на решение напрямую он не сможет — Нинетт это знала. И всё же она не могла не попросить о помощи. Сабин был единственным, к кому она могла обратиться с такой мольбой.

— Но ты ведь ближайший доверенный помощник Кассандры. К тому же Кассандра дорожит мной и не стала бы доверять мою безопасность кому попало. Раз она приставила ко мне именно тебя, значит, она безгранично тебе доверяет.

Сабин пристально и с удивлением смотрел на нее. Чем дольше длилось его молчание, тем сильнее нервничала Нинетт. Пока она в тревоге теребила одеяло, дожидаясь ответа, Сабин вдруг схватил ее за руку. Не ожидавшая этого Нинетт потеряла равновесие и упала прямо на него.

Усадив Нинетт на себя, Сабин прищурился и спросил:

— Вы сейчас пытаетесь добиться своего через постель?

Серьезное и напряженное лицо Нинетт вытянулось от растерянности. Она ожидала, что он откажет, назовет ее просьбу досадной помехой или начнет отчитывать, веля выйти замуж и стать опорой для Кассандры. Но уговоры через постель... Разве это не слишком смущающее определение для их нынешнего разговора?

— ...С чего ты взял?

— С того, что мы сейчас лежим в одной постели.

От этих слов лицо Нинетт густо покраснело.

— Это так, но..!

Она попыталась вскочить, но Сабин крепко обхватил ее за талию, не давая отстраниться. Их взгляды встретились. Хотя Нинетт сидела сверху, казалось, будто именно он смотрит на нее свысока. Решительно притянув Нинетт к себе и заключив в объятия, Сабин спокойно произнес:

— Я подумаю.

Нинетт дернулась и замерла. Она посмотрела на него широко распахнутыми от изумления глазами, не веря своим ушам.

— О том, о чем вы просили.

Нинетт приоткрыла губы, но не смогла вымолвить и слова. Однако скрыть то, как ее застывшее от удивления лицо постепенно светлеет, она не сумела. Это не было прямым обещанием помочь — лишь туманный ответ, что он подумает, но даже от этого ей стало легче дышать. Внезапно в ней вспыхнула робкая надежда, что всё обязательно образуется.

— Спасибо.

Вместо ответа Сабин потянул Нинетт за голову вниз. Глубокий поцелуй вновь положил начало часам страсти.

***

Нинетт не отступилась от своего решения посетить регулярное представление труппы Астоли. Поскольку Сабин не мог отменить то, что решила Нинетт, в итоге он отправился на это мероприятие вместе с ней. Нинетт говорила, что ему вовсе не обязательно ехать через силу, но Сабин пропустил ее слова мимо ушей.

День представления выдался удивительно ясным и солнечным. Когда они прибыли к назначенному времени, их лично встретила Корнелли, с ярким макияжем и в сценическом костюме.

— Ох, огромное спасибо, что пришли! Мы специально оставили для вас, леди, места в самом центре, откуда открывается лучший вид на сцену!

Открытая арена, куда они прошли под радушный прием Корнелли, оказалась куда просторнее, чем ожидала Нинетт. Зрители стояли плотным кольцом вокруг круглой грунтовой площадки. На первый взгляд место напоминало поле для состязаний лучников, куда она ездила с Сабином, но из-за отсутствия трибун и огромного открытого пространства здесь казалось гораздо пустыннее.

С любопытством разглядывая арену, Нинетт последовала за Корнелли. Та привела их к зрительским местам, возвышающимся на помосте сбоку. Высота оказалась приличной, так что отсюда было очень удобно охватывать взглядом всю сцену. Оглядев ложу, Сабин цокнул языком и пробормотал:

— Слишком хлипко.

— Не волнуйтесь, ничего не развалится, — Корнелли лучезарно улыбнулась и подмигнула Нинетт. — Напротив, места для важных гостей нужно поднимать повыше ради их же безопасности.

— Почему?

— Посмотрите представление — и сами всё поймете.

И ее слова оказались чистой правдой. На открытой арене вспыхивало пламя и выскакивали дикие звери. Это разительно отличалось от частных выступлений в особняках, где артисты лишь ходили по канату, жонглировали, крутили сальто и разыгрывали забавные сценки.

Здесь жонглировали пылающими факелами, крутили сальто на спинах мчащихся лошадей и ходили по канату, натянутому на головокружительной высоте между высокими столбами. А когда метали кинжалы в человека, привязанного к вращающемуся колесу, метателю и вовсе завязывали глаза.

Нинетт завороженно смотрела на Корнелли, которая в роскошном камзоле взмахивала жезлом, словно дирижер, как вдруг смешок справа заставил ее повернуть голову. Рядом стоял Денис, одетый, в отличие от сестры, в обычную повседневную одежду. Сегодня он не выходил на сцену, оставшись рядом с Нинетт, чтобы пояснять происходящее.

— Наверное, из-за вашего присутствия, леди, глава труппы сегодня волнуется сильнее обычного.

— А может, просто потому, что трюки слишком опасные?

— И поэтому, конечно, тоже.

— Не думала, что представление будет настолько рискованным. Слышала, что на вечеринке на корабле ничего подобного не было.

Уловив тревогу в голосе Нинетт, Денис мягко улыбнулся, прищурив глаза:

— Если на частном выступлении случится несчастный случай, это испортит весь праздник. Поэтому на выездах мы показываем только безопасные номера. Но здесь всё иначе.

Денис поднял глаза к безоблачному, чистому небу.

— Высокое небо и грунтовая арена — вот наша настоящая сцена. Здесь нам подвластно абсолютно всё.

В этот момент один из акробатов взобрался на вершину шеста и вскинул руки. Внизу не было ни малейшей страховки — лишь твердая земля. Держась за шест, акробат на самой вершине медленно вышел в стойку на руках. По толпе зрителей прокатился вздох восхищения. Глядя на раскачивающегося акробата, готового, казалось, сорваться в любую секунду, Нинетт невольно втянула голову в плечи. От одного лишь вида у нее захватывало дух и напрягалось всё тело.

Денис же наблюдал за сценой с абсолютно безмятежным лицом и спустя мгновение снова заговорил:

— Помните леди, о которой я вам рассказывал? Ту, что собиралась заняться поддержкой искусства.

— А, ту, что из Фенештайна?

Стоило Нинетт вспомнить, как Денис радостно улыбнулся:

— Да. Она приходила именно за тем, чтобы научиться этому трюку.

— Боже мой, как ей вообще такое в голову пришло?

— Звучит полным абсурдом, но она, кажется, искренне верила, что мы умеем летать.

Нинетт посмотрела на Дениса с нескрываемым недоверием, а затем снова перевела взгляд на акробата. Тот по-прежнему стоял на руках на вершине шеста. Причем на одной руке!

Ну... В такое и правда можно поверить.

Когда на такой невероятной высоте человек двигается так легко, словно ему неведом страх, неудивительно, что можно поддаться подобной иллюзии.

И всё же, прийти к ним с просьбой научить такому? Что это за леди, раз решила освоить подобные трюки? На лице Нинетт застыло изумление, но она не могла оторвать взгляда от акробата. Заметив, насколько она поглощена зрелищем, Денис довольно улыбнулся и уже открыл рот, чтобы продолжить:

— Как я уже говорил...

— Сорвется — погибнет на месте.

Ледяной, равнодушный голос мгновенно разрушил всё очарование момента. Нинетт, не отрывавшая взгляда от акробата, резко повернула голову влево.

Сабин, наблюдавший за представлением со скучающим видом и скрещенными на груди руками, почувствовал ее взгляд и добавил:

— Это просто бессмысленный риск жизнью ради мимолетного, призрачного упоения.