После шокирующего инцидента на музыкальном вечере новость о возвращении Первого принца молниеносно разлетелась по всей стране.
Нинетт немедленно отправилась к Кассандре. Она предполагала, что с появлением принца тревога сестры достигла критической отметки. Нинетт хотела узнать, есть ли у неё план и что она собирается делать дальше.
Однако по прибытии в особняк Кассандры её встретил дворецкий с виноватым лицом.
— Прошу прощения, леди. Мадам Маржолен плохо себя чувствует и не может к вам выйти.
Кассандра, которая могла отказать во встрече всему свету, но только не Нинетт.
С тревогой глядя за спину дворецкого, Нинетт тихо спросила:
— А Его Величество она принимает?
— Не могу вам ничего сказать о личных делах мадам Маржолен.
— Я просто волнуюсь. Действительно ли ей нездоровится, или причина в другом? Ты не мог бы хотя бы намекнуть?
— Прошу прощения.
Столкнувшись с непреклонностью дворецкого, Нинетт была вынуждена отступить.
Этот дворецкий был одним из доверенных людей Кассандры и всегда помогал Нинетт, когда та приходила подменить сестру. В отличие от Сабина, Кассандра сама тщательно отбирала человека на эту должность, поэтому он пользовался у неё немалым доверием. И если Сабин в основном занимался официальными и политическими делами Кассандры, то дворецкий полностью отвечал за её личную жизнь. А значит, он, скорее всего, знал о беременности Кассандры. Точнее, знал наверняка. Иначе как бы он смог обеспечить ей должный уход?
И если человек, посвященный в такие тайны, так категорично преграждает путь, возможно, Кассандре и вправду было плохо.
Но, если честно, Нинетт также допускала мысль, что Кассандра просто не хочет её видеть, злясь на недавнее неповиновение. И этот вариант казался куда более правдоподобным. Ведь Ангельт сказал, что встречался с Кассандрой. Если её состояние позволяло принимать Ангельта, то отказ во встрече Нинетт можно было объяснить только обидой.
Но даже при таком раскладе Нинетт не оставалось ничего другого, кроме как развернуться и уйти. Она слишком хорошо знала характер Кассандры: пока та сама не сменит гнев на милость, любые слова были бесполезны.
Вернувшись в поместье ни с чем, Нинетт тут же была вызвана к маркизу Роузмонду.
— Будет устроен банкет в честь Его Высочества.
Видимо, возвращение принца сказалось и на маркизе Роузмонде — его лицо выглядело светлее, чем когда-либо за последнее время. На нем читалось облегчение, словно одна из его главных головных болей наконец-то разрешилась.
— Слышал, ты утром ездила к Кассандре.
Тон, с которым он упомянул Кассандру, был необычно снисходительным, что лишь подтверждало его хорошее расположение духа. Нинетт, выдавив спокойную улыбку, кивнула:
— Да, ей очень нездоровится.
— Естественно.
Маркиз Роузмонд кивнул, словно ничего другого и не ожидал.
На самом деле, в высшем свете тоже не находили ничего странного в затяжном затворничестве Кассандры. И всё из-за Рихельма.
Ни для кого из аристократов не было секретом, насколько напряженные отношения между Кассандрой и Рихельмом. Более того, вплоть до самого возвращения принца Кассандра активно укрепляла свое влияние в обществе, не скрывая амбиций по захвату еще большей власти. Аристократы, в особенности те, кто принадлежал к её фракции, были уверены: сейчас она просто затаилась и выжидает удобного случая.
И они не ошибались. Раз уж Кассандра вынашивает ребенка короля и ей обещано место королевы, она в любой момент могла пустить в ход свое самое смертоносное оружие против Рихельма.
Сторонники же принца, не подозревая об этом, считали, что Кассандра просто струсила перед его возвращением и спряталась. Судя по всему, маркиз Роузмонд, сидящий перед Нинетт, придерживался именно этого мнения.
— Хорошенько подготовься к банкету. Если ты проявишь себя с лучшей стороны, Кассандре тоже не придется страдать. Вы ведь сестры, так что при выдворении из дворца о ней наверняка позаботятся и не оставят с пустыми руками.
Только по этим словам можно было понять, насколько маркиз Роузмонд недооценивает ситуацию. Нинетт пристально посмотрела на отца, а затем молча опустила глаза. Маркиз тем временем продолжил:
— Молодой граф Фойли просил стать твоим кавалером на этом банкете, но я отказал. В тот вечер твоим партнером будет Его Высочество Первый принц. Имей это в виду.
Это звучало скорее как приказ, не терпящий возражений, и Нинетт до боли стиснула зубы. Она старалась быть покорной слушательницей, но с этим мириться не собиралась.
— Отец.
Простого «я не хочу» будет недостаточно. Нужна была «убедительная причина».
Коротко поразмыслив, Нинетт изобразила на лице легкую улыбку:
— Это ведь банкет в честь возвращения Его Высочества. Я не могу перетягивать на себя внимание, которое по праву должно принадлежать ему. Это пойдет во вред самому Его Высочеству.
Нинетт невинно и радостно захлопала ресницами, всем своим видом показывая, что её отказ продиктован исключительно заботой о репутации принца, а не личной неприязнью.
Действительно, если она появится в качестве пары принца, велика вероятность, что её персона вызовет куда больше пересудов, чем сам виновник торжества. Да, все и так знали, что Нинетт предназначена принцу, но официальное появление в таком качестве — это совсем другое дело. Маркиз Роузмонд недовольно прищурился.
— Значит, хочешь взять в кавалеры Ангельта?
— Нет.
— В этот день мне нужно будет увидеться с Его Величеством, так что я не смогу тебя сопровождать.
Нинетт и не ждала, что отец составит ей компанию. И дело было вовсе не в его занятости из-за приезда принца. Маркиз Роузмонд вообще никогда в жизни не выступал в роли её кавалера. В этом отношении он был... одинаково беспристрастен ко всем своим детям.
— Я пойду одна, как обычно.
— На этот раз тебе лучше, чтобы кто-то был рядом.
— Сабина в качестве сопровождающего будет вполне достаточно.
— Разве ты не знаешь, что Его Высочество его на дух не переносит?
Вопрос маркиза заставил Нинетт вздрогнуть. Воспоминание о кровожадном взгляде Рихельма, который, казалось, был готов в любую секунду отрубить Сабину голову, заставило холодок пробежать по её спине.
Выдержав паузу, она с легким сердцем предложила запасной план:
— А если я попрошу брата Винсента?
Маркиз Роузмонд плотно сжал губы. Так как Винсент был наследником семьи, маркиз не стал открыто его критиковать, но по его лицу было видно, что эта идея ему не по душе. Нинетт же, притворившись, что не замечает его недовольства, с невинным видом поторопила его:
— Отец.
В итоге маркиз Роузмонд нехотя кивнул:
— Ладно. Если он сам согласится.
Нинетт радостно улыбнулась.
На этот раз мнение Винсента было совершенно неважно. Поскольку других вариантов у неё не оставалось, она была намерена вцепиться в брата мертвой хваткой и умолять стать её кавалером, чего бы это ни стоило.
***
В последние несколько лет организацией всех банкетов в королевском дворце занималась Кассандра. Даже когда королева была еще жива, Кассандра не раз демонстративно брала на себя эту роль, доводя супругу монарха до бешенства.
Но даже король, который во всем потакал Кассандре, совершенно не считаясь с чувствами жены, видимо, не рискнул доверить ей организацию банкета в честь возвращения Рихельма. Как нельзя кстати Кассандра сослалась на проблемы со здоровьем и заперлась у себя, поэтому подготовкой мероприятия вполне естественно занялся Дворцовый церемониал. Возможно, именно поэтому атмосфера и оформление зала оказались куда более строгими и консервативными, чем обычно.
Ступая по тяжелому темно-синему ковру вместо привычного красного, который так любила Кассандра, Нинетт тихонько вздохнула. Затем она повернулась к человеку, опираясь на чью руку она шла.
— Спасибо, что вызвался быть моим кавалером.
— Учитывая обстоятельства, лучше было пойти вместе.
В его равнодушном голосе не было и следа хвастовства. Скорее, это звучало как полнейшее безразличие.
Именно поэтому Нинетт была так удивлена. Ей даже не пришлось пускать в ход заранее заготовленные уговоры — Винсент сам охотно согласился её сопровождать.
— И всё же брать этого ублюдка с собой, когда я рядом — весьма опрометчивое решение с твоей стороны.
Винсент нахмурился и кивком головы указал назад. За спиной брата и сестры, на почтительном расстоянии в пару шагов, бесшумно следовал Сабин.
Сабин стоял с каменным лицом, словно вообще не замечал косых взглядов Винсента. Нинетт, бросив на него быстрый взгляд, слабо улыбнулась и ответила:
— Если я не возьму Сабина, Кассандра будет очень волноваться.
— Тц.
