— Не мог бы Сабин уговорить Кассандру?
Оглядываясь назад, Нинетт понимала: эта просьба с самого начала была обречена на провал.
— Я подумаю. О том, что вы сказали.
У него была веская причина проигнорировать её слова. Об этом не стоило даже думать, ведь именно он предложил выдать Нинетт за Ангельта.
При мысли о том, что Сабин сам посоветовал загнать её в спальню к Ангельту, Нинетт охватывало чувство пустоты. В груди зияла огромная дыра, от которой веяло ледяным холодом.
Странно, но слез не было. Несмотря на то, что ей разбили сердце самым жестоким образом, Нинетт провела весь день в спокойном оцепенении. Собственное тело казалось ей высохшим, шуршащим пучком соломы.
Отсутствие слез не означало отсутствия боли. Всё тело пронзала невыносимая ломота: затылок одеревенел, руки и ноги ныли, сердце кололо, а голова раскалывалась.
Поскольку симптомы не указывали на конкретный недуг, лечащий врач не смог поставить точный диагноз и ограничился расплывчатым заключением о «хронической усталости». Единственной вероятной причиной он назвал переохлаждение под дождем. Лихорадка спала, но оставила после себя осложнения.
Нинетт знала, что её состояние не имеет ничего общего с последствиями простуды, но предпочла промолчать. Она просто приняла диагноз врача и решила полностью отказаться от выездов, оставшись выздоравливать в особняке.
Диагноз оказался весьма кстати: благодаря ему Нинетт смогла отклонить все приглашения принца. Поскольку она ссылалась на скверное самочувствие, Рихельм не мог вытащить её в свет силой. Да и если бы он явился, чтобы утащить её насильно, увидев бледное, как у тяжелобольной, лицо Нинетт, ему пришлось бы отступить.
Однако Нинетт не жила в полной изоляции. Корнелли и Денис по-прежнему навещали её в особняке маркиза и составляли ей компанию, так что она могла поддерживать связь с внешним миром, не выходя из дома. Каждый раз после их визитов в комнате Нинетт появлялось несколько новых книг и свитков, за чтением которых она и проводила время.
— Леди...
Нинетт, удобно устроившаяся в постели с книгой, мельком подняла глаза. В дверях стояла Энни и нерешительно смотрела на нее.
— Сэр Леандр пришел повидаться с вами...
Нинетт закрыла книгу и положила её на тумбочку. Затем забралась под одеяло и легла.
— У меня болит голова, нужно поспать. Я не буду ужинать, так что не буди меня.
— ...Хорошо.
Энни с жалобным видом нехотя кивнула, расстроенная тем, что госпожа пропускает ужин, а затем тихо закрыла дверь.
В наступившей тишине спальни Нинетт уставилась в потолок совершенно ясным, ничуть не сонным взглядом. Она уже не раз вот так отказывала Сабину во встречах. Пора бы ему понять, что Нинетт не собирается с ним видеться. Возможно, это был его последний визит.
Энни, знавшая об отношениях Сабина и Нинетт, по постоянным отказам наверняка догадалась об их разрыве. Наблюдая со стороны за безответной любовью госпожи, служанка, должно быть, задавалась вопросом, почему Нинетт вдруг стала такой непреклонной, но из тактичности не задавала лишних вопросов. Она лишь старательно передавала Сабину слова отказа.
Нинетт представила, какое выражение лица будет у Сабина, когда он получит очередной отворот-поворот. Другой бы на его месте проявил сожаление или обиду... но Сабин, скорее всего, просто равнодушно кивнет. Ведь он всё равно приходил только из-за Кассандры. Пришел ли он просто выполнить её приказ или получил очередной нагоняй — не имело значения.
Нинетт подняла руку и надавила на глаза.
«Лучше бы я уснула. Хочу просто спать и ни о чем не думать».
Но, к её сожалению, сознание становилось лишь яснее. Похоже, она снова проведет ночь без сна, бессмысленно пялясь в пустоту.
Нинетт снова поднялась и открыла недочитанную книгу, попытавшись вникнуть в текст. Но, видимо, она уже окончательно потеряла концентрацию: смысл прочитанного ускользал. Потирая глаза и тяжело вздыхая, Нинетт спустилась с кровати.
Сев за стол, она достала бумагу для писем и перо. Прищурившись, посмотрела на них и, наконец приняв решение, обмакнула перо в чернила.
***
— Я пришла за вами.
«Как же давно это было».
Поздней ночью горничная, возникшая из потайного хода, оказалась не той, что обычно приходила за ней. Слегка растерявшись от смены провожатой, Нинетт быстро успокоилась, когда та молча протянула ей черный плащ.
«У Кассандры наверняка была причина прислать новенькую».
Судя по всему, эта служанка была не менее молчаливой, чем её предшественница. Сев в знакомую карету, направлявшуюся к особняку сестры, Нинетт прикрыла глаза и начала приводить мысли в порядок.
Она лишь вчера отправила Кассандре письмо с намеком на тайную ночную встречу, и та сразу же откликнулась. Из-за этого казалось, будто их отношения вернулись в прежнее русло. По крайней мере, гнев, из-за которого она столько раз отвергала визиты Нинетт, определенно поутих.
«Но как она воспримет то, что я собираюсь сказать ей сегодня?»
Пока Нинетт представляла реакцию Кассандры, карета быстро мчалась по безлюдным ночным улицам. И вот, прибыв в особняк сестры, Нинетт следом за служанкой тихо проскользнула внутрь, стараясь не привлекать внимания. Вскоре она оказалась перед спальней Кассандры.
— Мадам, леди Роузмонд прибыла.
Служанка доложила через закрытую дверь, и спустя мгновение изнутри последовало разрешение войти. Сняв капюшон, Нинетт шагнула в комнату и напряженно посмотрела на сестру.
— Кассандра.
— Ты хотела что-то сказать?
Кассандра была одета в легкий пеньюар. Шелк был гораздо тоньше и воздушнее тех тканей, что обычно носили благородные леди, так что сквозь него просвечивали силуэты тела, а кружевные вставки обнажали кожу, придавая наряду весьма пикантный вид. Даже в выборе ночного белья безошибочно угадывался её вкус.
Не то чтобы это смущало Нинетт. В детстве они спали в одной кровати и часто вместе принимали ванну. И всё же её взгляд невольно задерживался на сестре — она помнила о беременности Кассандры.
— У тебя живот совсем не вырос.
— Ага, совсем не заметно, правда?
Кассандра опустила взгляд на свой живот и слабо улыбнулась. Она немного поправилась, но не настолько, чтобы это бросалось в глаза.
— Говорят, для живота еще рано. К счастью, благодаря этому я до сих пор могу принимать гостей, не вызывая подозрений.
Нинетт удивилась, когда узнала, что сестра встречалась с Ангельтом, но, видимо, Кассандра не раскрыла ему факт своей беременности. Скорее всего, она виделась с ним, чтобы попросить о более тесном сотрудничестве в связи с возвращением принца. А заодно — поручить ему заботу о Нинетт.
Вспомнив об Ангельте, Нинетт почувствовала привычную тяжесть в груди.
— Но почему ты пришла так поздно ночью, а не днем?
— Из-за плохого самочувствия я не могу выходить из дома. И даже отклоняю все приглашения из дворца.
Точнее говоря, даже чувствуй она себя прекрасно, всё равно сослалась бы на нездоровье как на предлог для отказа.
— А, принц всё еще докучает тебе.
Понимающе цокнув языком, Кассандра слегка прикусила губу, словно раздумывая, стоит ли ей говорить, но всё же произнесла:
— Не волнуйся. Скоро Его Величество объявит о появлении нового наследника, который в будущем возглавит эту страну.
Нинетт округлила глаза.
— Вообще-то я хотела подождать, пока живот станет заметнее, но этот принц ведет себя слишком своевольно. Если оставить всё как есть, он перевернет всю страну вверх дном, поэтому Его Величество принял твердое решение.
— ...В таком случае принцу будет не до меня, и я стану гораздо свободнее, чем сейчас.
На это бормотание Кассандра ответила твердым тоном:
— Это так, но расслабляться еще рано. Я по-прежнему считаю, что для тебя лучший вариант — войти в семью Фойли.
При этих словах Нинетт слабо улыбнулась. Увидев столь необычную реакцию сестры, которая раньше лишь отчаянно мотала головой, Кассандра окинула её недоуменным взглядом. Встретив это непонимание, Нинетт спокойно начала:
— Я как раз много думала об этом.
Теребя сцепленные руки и выдержав небольшую паузу, Нинетт одарила Кассандру лучезарной улыбкой.
— Кассандра, у меня есть способ, который удовлетворит нас обеих.
И правда, сколько бы она ни ломала голову, лучшего выхода просто не существовало.
На Boosty уже выложена вся история. Читайте продолжение первыми и без ожидания:
boosty.to/fableweaver
