В тот же день, вернувшись после случайной встречи с Рихельмом, Нинетт сразу же послала человека в особняк Кассандры. Чтобы снова не наткнуться на отказ дворецкого у дверей, она решила заранее согласовать дату визита.
Вскоре пришел ответ.
Отказ.
Получив второй отказ подряд, Нинетт начала волноваться еще сильнее.
Как на Кассандру повлияли слова принца? Само по себе его заявление было нелепой провокацией, но Кассандра сейчас находилась в крайне нестабильном эмоциональном состоянии. Нинетт хотела лично заверить её, что ни за что на свете не предаст её.
Почему она всё еще не хочет меня видеть?
Оставаясь наедине со своими мыслями, Нинетт лишь всё глубже погружалась в пучину мрачных и пессимистичных раздумий. В итоге ей не оставалось ничего другого, кроме как вызвать Сабина — единственного из приближенных Кассандры, с кем она могла говорить начистоту.
Так как в этот день у него не было официальных выездов, Нинетт сомневалась, откликнется ли он на её призыв. Но, к счастью, Сабин без колебаний пришел. Увидев её бледное, напряженное лицо, он удивленно приподнял бровь:
— В поместье Роузмонд что-то случилось?
— Нет, дело не в этом... Сабин, ты передал Кассандре то, о чем я просила?
— Да.
Нинетт ранее просила Сабина передать Кассандре, чтобы та не давила на неё и дала немного времени. Но, вспоминая поведение Рихельма, она понимала, что эта просьба ничем не поможет сестре. Представив, как Кассандра, должно быть, рассердилась, услышав это, Нинетт тяжело вздохнула.
— Кассандра снова отказалась меня принять.
— А.
На этот унылый вздох Нинетт Сабин лишь коротко хмыкнул, словно о чем-то догадался. Надеясь хоть что-то выяснить, Нинетт с тревогой в голосе спросила:
— С Кассандрой что-то стряслось? Она здорова?
— Кто знает. Вы же понимаете, у мадам всегда много дел.
Уклончиво ответив, Сабин на мгновение задумался, а затем спокойно добавил:
— Подождите еще немного.
Это было равносильно заявлению, что прямо сейчас встретиться с Кассандрой не выйдет. Нинетт нахмурилась и закусила губу, погрузившись в раздумья.
«Может, мне стоит действовать активнее? Тогда Кассандра перестанет подозревать меня? Может, мне стоит собирать светские сплетни и передавать ей, раз она не может выходить из-за беременности? Или сказать, что раз Рихельм так настойчиво ко мне лезет, я попытаюсь выведать его планы? Или хотя бы подобраться к его окружению...»
— Знаешь, на банкете...
Нинетт только открыла рот, собираясь посоветоваться с Сабином насчет своих идей, как он вдруг перебил её совершенно неожиданной новостью:
— И да. Временно я больше не смогу сопровождать вас на светских мероприятиях.
Глаза Нинетт расширились. Все заготовленные вопросы мгновенно вылетели из головы, и с её губ сорвался лишь глупый вопрос:
— ...Почему?
— Возникли неотложные дела.
По его тону было ясно, что объяснять, что это за дела, он не собирается. Точнее, он считал, что не обязан перед ней отчитываться.
Нинетт всмотрелась в его лицо. Сабин выглядел так же, как и всегда, и, кажется, ничуть не сожалел о том, что их встречи прерываются. В конце концов, для него это было избавлением от скучной обязанности, так что, возможно, в глубине души он даже радовался.
— Я и сам собирался вам об этом сообщить, так что ваш сегодняшний вызов оказался как нельзя кстати.
Выходит, он так быстро откликнулся на её зов только потому, что у него тоже было к ней дело. Если бы ему ничего от неё не было нужно, он бы просто сослался на занятость и отказался. От этой мысли стало горько.
— Но это не значит, что я советую вам развлекаться с другими.
У нее и в мыслях такого не было. Ей даже в голову подобное не приходило.
Но не успела она возразить, как Сабин продолжил:
— Я пришлю за вами карету. Можете воспользоваться ею, если пожелаете.
Понять, что он имеет в виду их тайные встречи, было несложно.
Должна ли она радоваться тому, что их связь не обрывается насовсем? Конечно, это приносило облегчение, но Нинетт больше волновало другое — она хотела знать правду.
Почему Сабин внезапно перестал быть её сопровождающим? Почему Кассандра раз за разом отказывается её видеть? Почему никто не удосуживается ничего ей объяснить?
Значит ли это, что, даже если она всё узнает, от неё всё равно не будет никакого толку?
— ...Сабин.
Объясни мне. Я тоже должна знать.
Она отчаянно хотела потребовать этого, но слова застряли в горле. Она слишком хорошо знала, каким будет ответ, и меньше всего на свете хотела его услышать.
— Вы, должно быть, напуганы угрозами принца, но не стоит волноваться.
Словно неверно истолковав выражение её лица, Сабин заговорил совсем о другом.
— Мадам Маржолен разрабатывает ответные меры. Тех аристократов, кто готов её поддержать, больше, чем вы думаете.
Для Нинетт эти слова были лишь пустым звуком. Она ничего не видела и ничего не знала о том, что происходит на самом деле.
— Так что не забивайте себе голову всякой чепухой и просто позаботьтесь о собственной безопасности.
Стиснув зубы, Нинетт молча опустила глаза.
Несмотря на заверения Сабина, её тревога лишь росла. Это было опасное, удушающее чувство, которое вряд ли скоро пройдет.
***
Количество светских приемов начало стремительно сокращаться. Не было никаких официальных запретов или договоренностей, просто все аристократы негласно решили залечь на дно.
Рихельм заявлялся на любые мероприятия без приглашения и творил всё, что ему вздумается, так что другого выхода не было. Из-за этого Нинетт всё чаще оставалась дома, и у нее даже не было времени тосковать по Сабину в роли сопровождающего — ведь она никуда не выезжала. К тому же, после того как выяснилось, что она тайно покидала поместье, маркиз Роузмонд был недоволен, поэтому её добровольное затворничество выглядело вполне логично.
Вместо светских раутов она время от времени садилась в карету, которую присылал Сабин. Экипаж всегда отвозил её в его особняк, где Сабин её ждал. В последнее время он брал её с какой-то отчаянной, почти агрессивной поспешностью. Он по-прежнему был груб, но теперь в его действиях не осталось ни капли неторопливости. Иногда казалось, что он даже зол.
Наверное, вернувшись к своим основным обязанностям, он постоянно находится в стрессе. Нинетт пыталась оправдать его поведение. И всё же её радовало, что он хотя бы испытывает к ней чистое физическое влечение. По крайней мере, она могла дать ему сексуальное удовлетворение.
Отмахиваясь от чувства собственной жалкости, Нинетт садилась в карету, находя в этом своеобразное утешение. Если бы не секс с Сабином, она бы уже давно задохнулась от тревоги, так что ей приходилось рационализировать эту связь и воспринимать её в позитивном ключе. Этот первобытный, инстинктивный акт был для Нинетт единственным моментом, когда она могла забыть обо всех своих страхах.
Но были у этого и минусы. Если перерыв между встречами затягивался, в её голове начинали роиться жуткие мысли. Тревога разрасталась как сорняк, прорастая всё новыми и новыми ветвями, и она не знала, как с этим справиться.
Именно поэтому Нинетт пригласила к себе Корнелли и Дениса. Ей нужно было их красноречие, их умение мастерски отвлекать её от тяжелых мыслей.
— Не думали, что вы позовете нас первыми.
После того как они однажды встретились на уличной площади, Корнелли и Денис пару раз приходили к ней в поместье, чтобы составить компанию, но с момента возвращения Рихельма их визиты прекратились. Так что они не виделись довольно долго.
— Атмосфера сейчас такая напряженная, что все только и делают, что оглядываются по сторонам. Выездов у нашей труппы стало гораздо меньше. И это касается не только нас, но и музыкантов, и других артистов.
Корнелли, как всегда, была в курсе всех новостей.
— Мы подумали, что у леди сейчас и без того полно забот, поэтому решили не навязываться и вели себя тихо.
После мягких слов Корнелли повисла небольшая пауза. Денис, покосившись на служанок, стоявших поодаль, пробормотал себе под нос:
— А этот человек кажется весьма опасным.
Нинетт округлила глаза. Хотя он и не назвал имени, из контекста разговора было совершенно очевидно, кого он имеет в виду.
— Вы видели Его Высочество?
На этот удивленный вопрос Корнелли замахала руками:
— Что вы, откуда у нас такая возможность? Мы просто собираем слухи. Всякие сплетни.
