Контент удален!

При этих словах её красные глаза широко распахнулись.

— Что ты сказал?

Вслед за её удивленным вопросом Денис тоже нахмурился, совершенно не понимая, что происходит.

— О чем вы говорите?

— Сабин, ты даже не можешь отличить, кто перед тобой?

Несмотря на её обиженный тон, Сабин продолжал смотреть на неё немигающим взглядом.

Поскольку они были близнецами, похожими как две капли воды, да еще и одетыми в одинаковые платья, на первый взгляд их и правда было легко перепутать. Денис, судя по всему, ни на секунду не усомнился, что перед ним сидит Нинетт.

Но даже если бы весь мир дал себя одурачить, Сабина провести было невозможно.

— Прошу прощения, мадам Маржолен, — холодным, бесстрастным голосом обратился Сабин к Кассандре, которая изо всех сил строила невинное лицо, пытаясь подражать сестре. — Я еще ни разу не путал вас двоих.

Кассандра, напустившая на себя вид полного непонимания, долго и пристально смотрела на Сабина. Энни с тревогой переводила взгляд с одного на другого, а Денис лишь растерянно моргал. Наконец, после затянувшегося молчания, Кассандра покачала головой и заговорила своим обычным, слегка легкомысленным тоном:

— Никакого с тобой веселья.

Услышав, как резко изменился её голос, Денис округлил глаза:

— Вы действительно мадам Маржолен?

— Я просто хотела вспомнить детство и поменяться с сестрой местами, чтобы над вами подшутить. Но моего помощника, кажется, не так-то легко обмануть.

В ответ на это равнодушное бормотание Денис издал тихий вздох удивления. Кассандра мило улыбнулась ему и махнула рукой:

— Мне нужно немного поболтать со своим помощником наедине. Оставьте нас.

Услышав мягкий, но не терпящий возражений приказ, Денис и Энни нехотя поднялись. Энни, видя, что мужчина всё еще медлит, до конца не придя в себя, подтолкнула его в спину, и они поспешно покинули комнату отдыха. Как только дверь за ними закрылась, улыбка Кассандры исчезла без следа.

— Мог бы хоть при посторонних проявить уважение, сэр Леандр. Ты ведь моя преданная шавка, готовая повеситься по моему приказу. Не боишься, что поползут странные слухи?

— Где леди Роузмонд?

Вместо того чтобы отвечать на упреки, Сабин упрямо гнул свою линию. Кассандра усмехнулась. Смерив его презрительным взглядом, она скрестила руки на груди и язвительно бросила:

— А тебе-то какое дело?

— Я должен выполнять свою работу, — ровным голосом ответил Сабин. — Разве не вы, мадам, приказали мне её сопровождать?

— Не смеши меня.

Насмешливый голос Кассандры внезапно стал резким:

— Ты забыл свое место? Как ты посмел положить глаз на мою сестру?

— Ох, мадам. Но ведь вы сами преподнесли её мне на блюдечке.

Кассандра, готовая с перекошенным от ярости лицом разразиться потоком злобных проклятий, вдруг осеклась. Глядя на её замешательство, Сабин криво усмехнулся.

— Вы же сами посреди ночи раздели свою драгоценную сестру и толкнули её в объятия чужого мужчины. Разве не так, мадам Маржолен?

Среди развратных и похотливых аристократов Нинетт всегда выделялась. Она казалась настолько непорочной и кристально чистой, что даже случайное прикосновение к ней виделось кощунством, способным навлечь гнев небес.

Её строгие, закрытые платья шли ей так безупречно, что Сабин не мог даже представить её в тех откровенных нарядах, какие носили другие женщины.

Поэтому, когда перед ним предстало зрелище, о котором он не смел и мечтать, он на мгновение потерял рассудок. Совсем как в тот давний день, когда впервые увидел эту похожую на фею девочку в особняке Роузмондов и лишился дара речи.

Сабин был человеком глубоко порочным и приземленным. Он не собирался проходить это внезапное «божественное испытание» и с готовностью поддался искушению. Награда оказалась невыносимо сладкой и вызвала мгновенную зависимость.

Если бы можно было вернуться в прошлое, он бы снова сделал тот же выбор. Сабин ни разу в жизни не пожалел о той ночи.

— Ах ты ублюдок...

Кассандра опешила: выходит, Сабин еще тогда, в первую ночь, с самого начала понял, что перед ним Нинетт, притворяющаяся ею. Её губы недовольно искривились.

— Где она?

Стерев с лица усмешку и вернув себе непроницаемое выражение, Сабин повторил вопрос. Кассандра ответила ему ледяной улыбкой.

— Её здесь нет.

Этот до крайности беспечный, почти легкомысленный ответ больно резанул по нервам Сабина.

— Она уехала. И больше не вернется.

Это прозвучало как несмешная шутка. Уехала? Нинетт Роузмонд? Куда? И как?

Она всю жизнь росла в тепличных условиях поместья Роузмонд, окруженная заботой. Куда она могла пойти? И даже если ушла, как она сможет там выжить?

Как её хрупкое тело вынесет тяготы сурового мира?

Пока Сабин мысленно сыпал вопросами, Кассандра с язвительной интонацией продолжила:

— Какой смысл ей оставаться в стране, где все только и делают, что издеваются над ней? Это было правильное решение.

Звучало абсолютно нереалистично. Но в то же время другая часть его разума понимала: это правда.

Прямо сейчас Нинетт в этой комнате нет. Здесь сидит Кассандра, одетая в платье сестры и изображающая её. А Нинетт...

«Как думаешь, что было бы, если бы меня не существовало?»

Как только в памяти всплыли эти когда-то брошенные ею слова, Сабин резко развернулся. Он собирался немедленно покинуть комнату, но в спину ему ударил раздраженный крик:

— Стой!

Кассандра медленно поднялась и, высокомерно вздернув подбородок, бросила:

— Это приказ.

Сабин остановился и посмотрел на неё через плечо.

— Твоя хозяйка всё еще здесь. Куда это ты собрался?

Увидев потемневшее лицо Сабина, Кассандра злорадно скривила губы. Холодно насмехаясь над ним, она язвительно продолжила:

— Это было её желание, и я согласилась его исполнить. А ты смеешь идти против воли своей хозяйки?

— Я тоже человек, и мне позволительно хотя бы раз ошибиться и неверно истолковать волю хозяйки.

То, как спокойно он говорил об «ошибке», выглядело донельзя нагло. Фактически он открыто заявлял, что намерен нарушить приказ. Лицо Кассандры перекосилось от гнева.

Однако вместо того чтобы сорваться на крик, она предпочла медленно и изощренно поиздеваться над ним.

— Даже если Нинетт вернется, у тебя нет ни единого шанса. Тебе останется лишь пускать слюни, наблюдая, как она становится женой другого мужчины.

Безусловно, Кассандра была права. Раз уж принц Рихельм публично заявил, что сделает Нинетт своей королевой, выдать её замуж за кого-то менее могущественного, чем семья Фойли, было бы крайне сложно. Да и сами Фойли, откровенно говоря, могли счесть такой союз обременительным.

— Я бы не был так уверен.

Да и какое это имело значение? Сабин произнес ледяным, монотонным голосом:

— Все люди смертны.

Это прозвучало жутко и пугающе спокойно.

— Точно так же, как и ваш муж.

Глаза Кассандры едва заметно дрогнули. Поняв, что она вспомнила того старого, жадного графа, Сабин криво улыбнулся.

— Что может быть бессмысленнее, чем обращать внимание на возраст, когда речь идет о смерти? Неважно, чьей женой она станет. Когда её муж умрет, его место по праву займет кто-то другой.

Старый граф получил деньги в обмен на свою фамилию. Но, когда он увидел, насколько молода и красива его новая жена, жадность взяла верх.

В конце концов, официально она была его супругой, так что же плохого в том, что муж захотел её взять?

Старый граф нагло потребовал исполнения супружеского долга. Он был глупым стариком, который даже не подозревал, что скрывается за прекрасной внешностью Маржолен.

— Точно так же, как вы собираетесь выбросить фамилию Маржолен и сменить её на Фрайнель.

— Ах ты сумасшедший ублюдок...

Кассандра с ужасом смотрела на Сабина, столь бесстрашно осмелившегося произнести фамилию королевского рода, и до скрежета стиснула зубы.

— Ты что, решил всё испортить?

— Если всё уже подготовлено, а вы умудритесь всё испортить, то исключительно из-за вашей собственной некомпетентности, мадам.

— Ты!..

Сабин демонстративно проигнорировал сорвавшуюся на крик Кассандру и отвернулся.

— Добирайтесь домой сами.

— Эй!

— Волноваться вредно для ребенка в вашей утробе.

Уже собираясь выйти за дверь, он не забыл бросить напоследок тихим, зловещим шепотом:

— Это ведь ваш спасательный круг. Берегите его.

Хотя это прозвучало как совет, в ушах Кассандры слова отдались прямой угрозой.