Онлайн чтение книги Почерневшие лилии How Lilies Turn Black
1 - 4

Предчувствуя неладное, коллеги спешно подбежали и, после быстрого обмена взглядами, один из них стал успокаивать Бетти, а другой – вывел Лилиану из комнаты.

— Ха-ха… Лилия, ты в порядке? Бетти, кажется, немного перегнула палку, не так ли? – девушка ничего не ответила, прекрасно зная, что последует за, казалось бы, сочувствующими словами. – Не бери в голову. Не думаю, что у неё были плохие намерения, просто сегодня она особенно нервная. Прошу, прояви понимание, – вот именно такого рода слова всегда и звучали. Это не стало какой-то неожиданностью, ведь все были просто помешаны на Бетти Бейли. Что ж, не то, чтобы Лилия этого совсем не понимала, ведь если та уйдёт, то их небольшая музыкальная группа, состоящая всего из трёх человек, точно пойдёт ко дну.

“И всё же, справедливости ради: «Сегодня особенно нервная»?.. Помнятся времена, когда она изводила меня до чёртиков,” – Лилия тихонько погрузилась в воспоминания. Если она сейчас устраивает такой цирк, то, скорее всего, это произошло сразу через несколько недель после того самого инцидента: – “Тогда, не выдержав, я стала искать новую работу, и в итоге, не прошло и двух месяцев, как я отсюда уволилась,” – дело, послужившее корнем всех бед, заключалось в том, что Лилия получила, наконец, признание своих способностей, выходящих за рамки обычного разнорабочего. Тогда Бетти начисто забыла о выступлении и не появилась на сцене; на звонки не отвечала, а когда Лилия сама пошла к ней в квартиру, её там не оказалось.  –“Позже стало известно, что накануне она напилась в стельку и отключилась прямо в баре,” – в любом случае, отменить то выступление было нельзя: контракт был заключен с «Поплой» – одним из лучших ресторанов Демерси, и, если б они нарушили его, слух об этом мгновенно бы разнёсся по всей индустрии пищевой промышленности города.

«— Что же делать? Мы не найдём певца вот так, с бухты-барахты.

— А если попробуем обойтись без вокалиста?

— Нет, так не пойдёт. По условиям контракта, песня была главной, значит, вокалист не может отсутствовать.

— Может, я попробую? – робко предложила Лилия.

— Ты? Будешь петь? – девушка не была уверена, что сможет исполнить так же хорошо, как Бетти Бейли, ведь, несмотря на небольшой размер труппы, та была достаточно талантлива, чтобы получать предложения о сотрудничестве из самых разных мест.

— Конечно, я не Бетти, но… Я тоже неплохо пою. Если желаете,  продемонстрирую.

— Угу… – тут Лилиану попросили спеть коротенькую песню, и, как только девушка смолкла, без лишних слов выпустили её на сцену.»

В глазах Лилии, рисующей в памяти прошлое, вдруг мелькнула щемящая ностальгия.

“Оглядываясь назад… Если бы мне пришлось назвать самые волнующие и гордые моменты за все 35 лет жизни, тот день был бы одним из них,” – однако, она даже и не подозревала, что это станет началом всех её бед. Если б из-за Бетти работа на сцене не была ей так омерзительна до дрожи, возможно, она бы ещё несколько лет выступала как певица-любитель.

— Эй, иди сюда и помоги мне переодеться! – внезапно из гримёрки раздался раздражённый голос Бетти. Она и минуты не могла прожить, чтобы не позвать Лилию. Девушка слегка нахмурилась, скривив губы в горькой усмешке. Когда она уже собиралась вернуться в помещение, мужчина, остановивший её, в последний раз взмолился:

— Не злись слишком сильно. Бетти ведь словно ребёнок. Тебе, как более зрелому человеку, следует проявить терпение и понимание, – мужчина неловко улыбнулся, словно прося о чём-то, глядя прямо на Лилию. К сожалению, эта виноватая улыбка только усилила её нежелание отвечать. Девушка молча прошла мимо и вошла в гримёрку, направившись в уголок для переодевания. Бетти ждала Лилию, рассматривая свои ярко-красные ногти, а после высокомерно кивнула в сторону платья.

— Что стоишь? Давай быстрее, – ей, похоже, доставляло удовольствие, когда она заставляла других делать за неё любую мелочь.

“Я прожила на девять лет больше… Если посудить, она намного младше меня, а я терплю её придирки,” – положение девушки было настолько абсурдным, что она даже не злилась. Лилиана с обречённым видом взяла платье, но, разумеется, даже покорно выполни она «просьбу», Бетти не была бы тем человеком, который просто так оставит её в покое. Всю дорогу, пока она переодевалась, от неё сыпались упрёки и пренебрежительные замечания.

— Всё время покупаешь такие вещи, которые трудно надевать и снимать. Красиво, конечно, но жуть, как неудобно, – Лилиана решила просто промолчать. – Тебе такое не носить, так что и не понять, – девушка старалась избежать конфликта, не отвечая вовсе, но, похоже, великой Бейтти Бейли и это пришлось не по нраву: – Эй, ты с самого начала игнорируешь мои слова. Почему так себя ведёшь? Мои слова для тебя – пустой звук? – тут Лилиана Моретти уже начала сомневаться, что молчание – лучший выбор.

“Вот, почему я с ужасом вспоминала о работе в шоу-бизнесе и больше никогда не хотела к ней возвращаться,” – внезапно на девушку накатило чувство сильного возмущения, и она не смогла сдержать рвущиеся наружу слова.

— Бетти, если ты будешь обращаться со мной как с человеком, может быть, и я буду относиться к тебе по-человечески?

— Что?

— Не «эй», а «Лилиана». Судя по тому, как постоянно это говоришь, ты, похоже, забыла моё имя.

— Я что, больная, чтобы не знать его?.. – в тот момент, когда Бетти собиралась закатить глаза и отвернуться, Лилия схватила её за плечи, вынуждая оставаться на месте.

— Можешь постоять ровно? Мне нужно застегнуть молнию, – раз уж она начала говорить, следовало идти до конца. – Когда просишь о чём-то, делай это вежливо, а когда тебе помогают, говори «спасибо». Это элементарные правила приличия. Не думаю, что ты настолько мала, чтобы мне приходилось это разжёвывать… – в этот момент молния на платье с характерным звуком была застёгнута, однако Бетти стояла на месте как вкопанная. Девичьи плечи слегка дрожали, и, когда дрожь усилилась, девушка посмотрела на Лилиану. Её лицо пылало багровым румянцем.

— Ты, ты… Совсем спятила?

— Нисколько, Бетти. Я в полном здравии, – поспешил ответ. Раньше ей приходилось плясать под её дудку, пока она не найдёт другую работу… Но теперь в этом не было никакой нужды.

“Я как раз думала, когда бы это сказать… Отлично вышло,” – Лилия посмотрела собеседнице прямо в глаза.

— Кстати говоря, с сегодняшнего дня я увольняюсь, – это решение девушка приняла, как только вышла из дома, собираясь на работу. Ей нужно было заняться делами, которые намного важнее этого ничтожного действа.

***

Следующий день, пятое ноября.

Лилиана стояла посреди маленькой комнаты, слегка потирая подбородок. Девушка смотрела на валяющийся на полу неразобранный пакет с покупками, который она небрежно бросила туда прошлой ночью. В нём лежали платья, которые носила Бетти.

“Ну и что мне с этим делать?” – Лилия принесла домой всю её одежду, которую взяла с собой в отель накануне, приведя вполне резонный довод: поскольку Бетти заставляла её покупать её за свой счёт, то, по справедливости, Лилиане и полагалось забрать. Девушка взяла их отнюдь не потому, что хотела носить, а потому, что это был акт её мелкой мести. Но, возможно, они даже смогут пригодиться. – “Я собиралась пойти в заведения Бенедетти… Тогда они придутся кстати,” – Лилиана хорошо знала, что её скромная одежда, висящая в шкафу, совсем не подходит для таких мест; в таком случае, эти яркие платья, отражающие отменный вкус Бетти, будут в самый раз. Девушка перебирала одежду, прокручивая у себя в голове свои дальнейшие планы. Всю ночь она размышляла: как же в одиночку, без поддержки, можно противостоять такой огромной силе, как мафия? – “Будь я прошлой Лилианой Моретти, это было бы невозможно…” – подумала она, но для той, что вернулась из 1970 года, это может быть по силам, ведь сейчас у неё на руках было самое грозное оружие – знание о семье Бенедетти, а также представление об их действиях на все последующие девять лет, о которых они и сами пока даже не подозревают. – “А что, если скрыть остроту этого «оружия» и всесторонне начать помогать семье Бенедетти? Лучшего способа сблизиться с ними не будет.”

Очевидно, этот путь будет непростым. Лилиана Моретти никак не была связана с ними, и, если учесть, что мафия в принципе не принимает женщин в свои ряды, ситуация осложнялась ещё больше. Однако, это было только лишь трудно, а не совсем уж невозможно.

“Если всё сделать по уму, я смогу занять ту позицию, где буду незаметно оказывать влияние,” – решила она. К тому же, девушка была родом из Павоны, того самого острова, который можно назвать колыбелью мафии. Место её рождения, особо никогда не влиявшее на её жизнь, по крайней мере в отношении мафии, несомненно, было хорошим пунктом для получения признания с той стороны. – “Если так посмотреть, у меня довольно много тузов в рукаве. Настолько, что можно сказать, будто мне невероятно повезло.”

Если всё пойдёт по плану, она сможет использовать своё прочное положение для того, чтобы заняться семьёй Корелла. Если представить это как благовидный предлог для расширения бизнеса, не будет ничего невозможного. Грандиозный крах семьи Бенедетти окажется следующим этапом.

“Это не должно занять много времени,” – время, когда Уэйн был внедрён в ряды Бенедетти в качестве тайного агента, наступит примерно через четыре года. До тех пор, она поставила своей целью действовать настойчиво и как можно скорее закончить все дела. В таком случае, исчезнет сама причина для его внедрения в ряды мафии. – “Просто подожди всего три года… Уэйн,” – тогда они снова встретятся. Как независимые люди, полностью освободившиеся от гнёта мафии; как обычные люди, чьим жизням ничто не угрожает. Таким образом, она начнёт с чистого листа ту незавершённую историю, которую не смогла закончить в прошлой жизни. – “Ничего страшного, если ты меня не вспомнишь,” – ведь они снова встретятся и непременно полюбят друг друга точно так же, как и в прошлой жизни. Лилия всё ещё ясно видела глаза Уэйна, нежно смотревшие на неё. Даже если слово «люблю» не произносилось вслух, его глаза всегда были полны этим сильным чувством. – “Я верю, Уэйн,” – это был неиссякаемый источник её силы и мужества для того, чтобы суметь броситься в предстоящую битву. Поэтому Лилиане нечего было бояться.