Джимми МакКенна. Его внезапное появление — несчастье или удача?
Если первое, то из-за того странного, тягучего осадка в душе, напоминающего покалывание на кончиках пальцев...
Если второе, то потому, что благодаря Джимми ситуация, исход которой было невозможно предугадать, наконец-то хоть как-то разрешилась.
— Господин Теодоро, вы лично пожаловали сюда... Когда мне сообщили о вашем визите, я был крайне удивлен.
Пожалуй, стоит считать это удачей.
Джимми, совершенно не подозревая о том, что произошло секунду назад, естественно начал разговор, и Лилия смогла выкинуть из головы руку Теодоро, так прочно завладевшую её мыслями.
— Какое-то срочное дело?
Лилия, с уже гораздо более спокойным лицом, посмотрела на Джимми, сидевшего на диване напротив. Несмотря на уверенный тон, он весьма старательно пытался прочесть выражение лица Теодоро. Значит, даже имея сильную «крышу», он всё равно нервничает?
Предчувствуя, что цель визита вряд ли сулит что-то хорошее, он с тревогой ждал ответа.
Теодоро же, напротив, не проявлял ни малейших признаков беспокойства. Скрестив руки на груди, он лишь равнодушно ответил:
— Ты слишком торопишься с вопросами.
— Э-э... ну, я не...
— Мы так давно не виделись. Мог бы для начала предложить чай и спросить, как дела.
От этого тихого упрека на лбу Джимми выступил холодный пот. Он без промедления вызвал секретаря и велел принести чай, и вскоре на столике появились ароматный черный чай и легкие закуски.
Лишь теперь, когда была соблюдена формальность приема гостей, Джимми, вероятно, с запозданием осознал свой промах. Какими бы напряженными и некомфортными ни были их отношения... Теодоро пришел к нему как гость, а он даже чашку чая не предложил.
Лилия внимательно изучала лицо явно нервничающего Джимми.
А он оказался куда более жалким, чем я думала.
От человека, который имел наглость сговориться с семьей Корелла, она ожидала хотя бы толстокожести. Но ничего подобного. Трудно поверить, что ему хватило смелости пойти на такой шаг.
Если судить по поведению, казалось, что Джимми и Теодоро поменялись местами.
Мужчина, напряженно сидящий на краю дивана, совсем не походил на того, кто обвел вокруг пальца мафиозные семьи... А вот Теодоро, развалившийся в кресле и закинувший ногу на ногу, вел себя так, словно это был его собственный офис.
Ну и тип...
Лилия, глядя на Теодоро, пораженно покачала головой. Как ему удается, находясь в компании, которая так унизила семью Бенедетти, не только не выглядеть жалким, но и излучать неизменную угрозу?
Его расслабленная поза, когда он откинулся на спинку дивана и прикурил сигарету, слегка вскинув подбородок... не казалась дешевыми понтами. Это была непоколебимая аура одного из лидеров преступного мира.
— Как идут дела в компании в последнее время?
Сухой голос и естественное обращение на «ты» были адресованы Джимми. На его лице явно отражалась напряженная работа мысли: он пытался разгадать скрытый смысл вопроса.
Но, видимо, так ничего и не придумав, Джимми ответил крайне неуверенным тоном:
— Ну... всё идет своим чередом, как и всегда. Ничего особенного...
Глаза Теодоро слегка прищурились, и в них блеснуло явное недовольство.
— Хм, вот как?
— Д-да? А в чем дело...
— У тебя лицо так лоснится, что я подумал: дела, наверное, идут в гору.
От этих слов лицо мужчины, которое только что якобы лоснилось, мгновенно побледнело.
— А-а, нет, что вы... это... с чего вы взяли.
То ли ему доставляло удовольствие наблюдать за паникой Джимми, то ли еще что, но Теодоро изящно изогнул бровь. Затем он подался вперед и протянул руку к Джимми.
— Это шутка.
Жест, призывающий расслабиться, — похлопывание по плечу.
Вложил ли Теодоро в это всю силу своих эмоций? Или просто тело Джимми было слишком хлипким по сравнению с массивной, мускулистой рукой Теодоро? От каждого удара по плечу Джимми пошатывался, как бумажный.
Лилия, молча наблюдавшая за этим, сама невольно вздрогнула, словно ударили её.
Ч-что за...
Он сказал «шутка», даже не улыбнувшись, и выражение его лица при этом было просто пугающим. А как безжалостно его рука опускалась на плечо под видом «подбадривания». Ей казалось, что у нее самой всё тело ломит от этого зрелища.
И это, вероятно, еще самое мягкое и безобидное проявление угроз со стороны Теодоро... От этой мысли по спине пробежал холодок.
Но даже такая, казалось бы, легкая угроза оказалась невыносимой для Джимми.
— Так... т-так с какой целью вы с-сегодня пожаловали?
Снова спросил он, натянув на лицо жалкую подобострастную улыбку. Видимо, ему не терпелось поскорее закончить эту встречу, раз он так настойчиво добивался ответа.
Для Джимми это было бы только к лучшему, да и Теодоро, судя по всему, решил, что давления на сегодня достаточно.
— Я пришел с предложением.
— С... предложением?
— Лилиана?
Теодоро не стал ничего объяснять и позвал Лилию. Причем назвал её просто «Лилиана».
Лилиана? Не Лилиана Моретти, а Лилиана?
Она широко распахнула глаза и уставилась на Теодоро. Что это на него нашло? Он всегда называл её по имени-фамилии, а тут вдруг — только по имени?
Вопросы вертелись на языке, но она понимала: сейчас не время их задавать. Лилия прогнала странное чувство и открыла портфель. Раз он позвал её во время разговора о предложении, цель была только одна.
— Вот, пожалуйста.
Она положила подготовленные документы на столик прямо перед Теодоро. Затем снова посмотрела на него, но... что за новые причуды?
Теодоро, держа в зубах белую сигарету, просто кивнул ей.
Было очевидно: он дает ей знак самой передать содержание документов. У него явно не было ни малейшего желания ни выпрямить спину, ни вытащить сигарету изо рта.
В итоге Лилии ничего не оставалось, как дрожащими от напряжения руками взять бумаги и протянуть их Джимми.
— Взгляните, пожалуйста.
— Что это?
— М-м...
Она еще раз взглянула на Теодоро.
Поскольку он кивнул, призывая её продолжать, она собралась с духом и начала:
— Это договор, который предлагает семья Бенедетти. Прочитав его, вы поймете... но там есть два основных пункта. Вам не нужно принимать оба, вы можете выбрать тот, который больше вам подходит, мистер МакКенна.
— Два... пункта?
— Первый: вы ежемесячно выплачиваете нашей семье около сорока процентов комиссионных за трансляции, собираемых на нашей территории.
— Ч-что... что вы сказали? Сорок процентов?
Лилия перевернула несколько страниц в документе, который держал Джимми, и указала на нужный абзац.
— Посмотрите и убедитесь сами.
— Безумие... нет, что за чушь вы несете? Откуда вообще взялись эти сорок процентов?
Пробормотал он, словно лишившись рассудка. Реакция была ожидаемой, но отвечать на нее было неловко, поэтому Лилия еще раз бросила взгляд на Теодоро.
Он сидел с невозмутимым видом, спокойно покуривая сигарету. Почему-то этот вид придал ей спокойствия.
Может, потому, что она знала: в этот момент он — её надежный союзник? Ободренная этой мыслью, Лилия продолжила:
— Раньше было тридцать процентов, верно? Как вы знаете, мистер МакКенна, у нас возник довольно длительный «перерыв» в выплатах. Вместо того чтобы требовать компенсацию за этот период, мы предлагаем сорок процентов.
— Нет... нет, это... нелепо. Вы не можете этого требовать, нет...
Он начал бормотать себе под нос всякую чушь, словно впал в панику, и Лилия недовольно поморщилась, не понимая, доходит ли до него вообще смысл сказанного.
Но следующие слова наверняка вернут его к реальности.
— Если вам это не нравится, есть и второй вариант.
— К... какой...
— Передайте «Интер Пресс Ньюс Сервис» семье Бенедетти.
— ......!
Да, всё как она и ожидала. Как только эти слова прозвучали, глаза Джимми расширились так, словно готовы были вывалиться из орбит.
В тот же миг его руки, сжимавшие документы, начали жалко трястись.
— Ах...
Джимми издал глубокий стон и низко опустил голову...
А затем, в тишине раздался тихий, сопровождаемый скрежетом зубов голос:
— У... у вас нет права... принуждать меня к такому.
— Мы вас ни к чему не принуждаем. Я же сказала: это наше предложение, и выбор за вами, мистер МакКенна.
Джимми снова поднял голову, его глаза были полны невиданной доселе ярости.
— Я не выберу ни один из этих вариантов.
— ...Вот как. Очень жаль.
— Надеюсь, эти разговоры больше не поднимутся... и не произойдет никаких неприятных инцидентов. До сих пор ведь... всё шло без проблем, не так ли?
Лилии больше нечего было сказать. Таково было его решение — что тут еще добавишь.
Она перевела взгляд на Теодоро с немым вопросом: «Что теперь делать?», и слегка кивнула.
Мужчина, который до этого с откровенно скучающим видом лишь безостановочно затягивался сигаретой... наконец приоткрыл губы.
— Эй.
Вместе с бледным сизым дымом раздался его безразличный голос.
— Проблем не было только у тебя. А для нас это всегда было проблемой.
Теодоро медленно выпрямил свое развалившееся на диване тело. И протянул руку к чашке с горячим, всё еще дымящимся чаем, к которой до этого даже не притронулся.
Ш-ш-ш-ш!
Тлеющий кончик сигареты, опущенный в чай, издал леденящий душу звук и погас. Словно предвещая бесславный конец Джимми МакКенны и компании «Интер Пресс».
— Чай был отличный.
Бросив эти слова, Теодоро тут же поднялся с места.
Переговоры провалились.
