— Но о какой награде вы говорите? У меня нет денег, чтобы вам заплатить, да и в нашем контракте вообще не было ни слова о какой-либо награде.

Хвалить — хвали, но и на место ставить тоже нужно уметь.

Конечно, он закинул удочку про награду скорее в шутку, вряд ли он разорвет с ней все связи только потому, что она оказалась скупой.

Но если сейчас жестко не пресечь эти разговоры, Сильвано и впредь будет требовать вознаграждение при каждом удобном случае. Учитывая, что лишних денег у Лилии не водилось, это доставило бы ей немало хлопот.

Холодно отрезав, Лилия схватила свой стакан и сделала жадный глоток ледяной воды.

Стук!

А затем с силой опустила стакан на стол и посмотрела на Сильвано. Посмотрим, попробует ли он еще раз заикнуться о награде.

— Ого, как страшно-то.

Но что-то было не так. Вместо того чтобы надуться и заворчать, мужчина расплылся в странной, двусмысленной улыбке.

Затем он протянул руку к её ладони, крепко сжимавшей стакан. Его длинный палец с выступающими костяшками коснулся её кожи.

— Лили, но я ведь не просил денег. Награда, которую я хочу...

— Что вы делаете?

Словно не слыша её, он медленно провел кончиком пальца по костяшкам её руки.

— Например, вот такая.

Его палец тягуче скользнул по тонкой коже.

В этот миг жуткое чувство, словно от удара током, прошило её от кончиков пальцев до самой макушки. По спине пробежал мороз.

— Я спрашиваю, что вы делаете!

Лилия в ужасе отдернула руку.

Но Сильвано, словно только этого и ждал, перехватил её за ладонь...

И, в отличие от резкого движения, которым он её схватил, принялся медленно, круговыми движениями поглаживать её ладонь своим большим пальцем. Вдобавок одарив её призывным, лукавым взглядом.

— Мм?

Лилия холодно оттолкнула его и поспешно спрятала руки под стол.

Ну и мерзкий же тип. Прикосновение давно исчезло, но покалывающее чувство всё еще оставалось на коже, словно фантом.

— Сильвано Джаконе.

Стоило ей позвать его резко потяжелевшим голосом, как Сильвано вздрогнул и неловко рассмеялся. Лилия, подавляя закипающий гнев, собралась с мыслями.

Раз уж он ведет себя подобным образом, самое время рассказать ему об «этом плане». Плане, который она решила осуществить, но до сих пор сомневалась, стоит ли произносить это вслух.

Даже сейчас она снова и снова спрашивала себя: не поддалась ли я мимолетному порыву?

По правде говоря, решение я приняла на эмоциях... но ведь я задумала это уже давно.

В любом случае, «это» должно было произойти само собой, таков естественный ход вещей. Даже если она очень хочет, чтобы этого не случилось, у нее нынешней нет никаких средств предотвратить эти события.

А если бы и были, то это тот вопрос, над которым стоит очень крепко подумать... Ведь предотвратив это, она, возможно, пустит весь мир по совершенно иному пути, нежели в своей прошлой жизни.

Да... это дело, которое перепишет историю.

С этой мыслью Лилия взяла себя в руки. И наконец разомкнула с трудом поддающиеся губы.

— Выбросьте эти глупости из головы. У меня есть для вас поручение.

— Какое? Видимо, вам со мной совсем скучно стало. Откуда вдруг взялось это поручение?

— Я думала об этом в последнее время. Думаю, это будет непросто.

Сильвано сцепил руки на затылке и хмыкнул. Судя по всему, он уже забыл о том, что его заигрывания отвергли, и теперь был весьма заинтригован.

— Выкладывайте. Чью голову мне нужно притащить вам на блюдечке?

— ...В этот раз ничего такого. Вам нужно будет просто следить за людьми, на которых я укажу.

Услышав это, лицо Сильвано мгновенно скривилось.

— Что за скука.

Да, она так и думала.

Но когда он возьмется за дело и увидит результаты, слово «скука» больше никогда не слетит с его губ.

— Вам же всё равно нечем заняться. Давайте просто поиграем в шпионов, считайте так.

— С чего вдруг в шпионов? Госпожа, вы что, решили выкрасть государственные тайны?

— Кто знает. Поживем — увидим... может, так оно и есть.

Оставив в конце фразы горькое послевкусие, она опустила голову.

* * *

Кабинет Винсента был таким же чистым и аккуратным, как и его внешность и одежда. Судя по всему, он не любил вычурности: в комнате стояла лишь строгая мебель монохромных тонов без лишних украшений.

А Лилия напряженно сидела на диване, не зная, куда деть глаза.

Шурх.

В тишине лишь изредка раздавался шелест перелистываемых страниц. Это Винсент читал газету, сидя напротив.

Он не взглянул на нее ни разу с тех пор, как она вошла в кабинет. Не считая сугубо формального приветствия, он больше не проронил ни слова.

Поэтому, когда внезапно раздался его жесткий голос, Лилия не на шутку растерялась.

— Поздравляю со вступлением в ряды Бенедетти.

— ......!

Молчал-молчал, и вдруг поздравления?

Это сарказм, или он искренне рад и подбадривает её? Не понимая мотивов, Лилия долго медлила, прежде чем выдавить ответ.

— Всё благодаря вам, господин Винсент. Благодарю.

— .......

Ответа не последовало, и шелест газетных страниц возобновился. Оказалось, он сказал это вовсе не для того, чтобы завязать разговор.

Между ними снова повисла бесконечная тишина...

В какой-то момент неловкость стала настолько невыносимой, что Лилия принялась безотрывно смотреть на дверь.

И лишь спустя долгое время появился спаситель.

— ...Тео, ты пришел.

В приоткрытую дверь резко ворвался Теодоро.

Его тяжелые шаги, глухо отдающиеся по ковру, разорвали тишину, и этот шум был для Лилии желанней любой музыки. Но вот сам человек, создающий этот шум, радости не вызывал.

В надвинутой шляпе и пальто, длиной чуть ли не в её рост, он, как всегда, принес с собой густое облако мрака и опустился на диван.

Она видела его так близко впервые с того самого дня. В её глазах, устремленных на него, читалась смесь обиды и негодования.

И что я сделала не так, что он так себя ведет?

Говорил, что после посвящения она станет частью семьи Бенедетти, а оказалось — наглая ложь. Неужели ей только кажется, что дистанция между ними стала еще больше? Последние несколько дней она совершенно не понимала причин его холодности.

Перемены начались сразу после посвящения.

Я же была уверена, что до этого мы отлично поговорили.

Она-то думала, что заслужила хоть немного доверия. Размечталась.

Что он устроил сразу после церемонии? Вел себя так, будто был в бешенстве, и чуть ли не выгнал её. А на следующий день, хоть и не казался злым, начал демонстрировать абсолютную, пронизывающую холодность.

Как она ни ломала голову, она не могла найти за собой никакой вины. Угодить этому человеку было решительно невозможно, особенно не зная причин его недовольства.

Вы только посмотрите на этот колючий взор. От прежней измученности не осталось и следа, теперь он смотрел так, будто готов был убить на месте.

— Зачем звала?

И этот резкий, слегка повышающийся к концу тон.

Лилия почувствовала, как закипает раздражение, но вдруг подумала: а какой в этом смысл? Она ведь и не собиралась заводить с ним тесную дружбу.

Ладно, главное, что мы сотрудничаем.

Если бы он вообще не пришел — вот это была бы проблема... Но раз он соизволил явиться на встречу с Винсентом, это уже огромный шаг вперед.

Оставив попытки понять его поведение, Лилия подвинула две копии подготовленных папок каждому из них.

— Это информация, которую добыл Сильвано Джаконе.

Мужчины нахмурились и достали материалы из папок. Первым делом на глаза попадались десятки фотографий, аккуратно скрепленных скрепками.

Лилия начала по очереди указывать на людей на снимках.

— Вы, конечно, знаете их в лицо, но всё же... Финансовый советник и стратег Синдиката (Национального преступного синдиката) Аллен Голдберг; босс семьи Буччо из города Фелпс — Джозеф Буччо; оперативный руководитель «Корпорации убийств» (Murder Inc.) — Бенджамин Вульф... а также нынешний вице-президент Карл Морроу и директор ЦРУ Рональд Энсон.

Она едва перевела дух, перечисляя эти имена. Все упомянутые люди занимали настолько высокое положение, что от напряжения у нее пересохло в горле.

Немного отдышавшись, Лилия продолжила:

— Посмотрев на фотографии, вы увидите, что между ними состоялось несколько тайных встреч. Из-за сжатых сроков расследования мы пока не нашли доказательств того, что они собирались все вместе, но... зафиксировано как минимум две встречи, на которых присутствовало трое и более человек.

Возможно, они подумают: «И что можно доказать всего двумя встречами?». Лилия поспешно указала на документы, приложенные к фотографиям.

— Если взглянуть на распечатки телефонных звонков, можно увидеть частоту их индивидуальных контактов. Я выделила их синей ручкой.

И действительно, на десятках страниц, густо усеянных номерами, то и дело мелькали синие пометки. И их было довольно много.

Конечно, она понимала, что только этого недостаточно для каких-либо серьезных выводов. Как она и ожидала, Винсент, надев очки для чтения и пролистывая папку, спросил:

— Допустим, мы видим, что они часто контактируют. Но удалось ли выяснить, какова их цель?

Лилия сглотнула, чувствуя, как пересохло в горле. Зная, что именно ей сейчас предстоит сказать, она не могла унять легкую дрожь в руке, потянувшейся к столу.

Из вороха бумаг она достала еще не просмотренную стопку и протянула им.

— Это стенограммы прослушанных телефонных разговоров. В «Корпорации убийств» формируется команда хитмэнов, и...

Лилия сжала кулаки, вспоминая трагическое известие, потрясшее весь мир в 1962 году её прошлой жизни.

— Согласно полученным данным, они планируют убийство президента Раймонда Финделя.