Мое... посвящение? Пусть и неофициальное, но вот так...? И сам Теодоро будет его проводить?

Но Теодоро не дал ей времени на раздумья. Он кивнул ей.

— Лилиана Моретти. Подойди ко мне.

— ......!

К чему вообще всё это идет?

Она была изрядно напугана, но ослушаться его приказа не могла. Сердце тяжело бухало в груди в такт ее неуверенным шагам.

Когда она подошла вплотную, Теодоро высокомерно вскинул подбородок.

— Что, я еще и встать должен?

Растерянно оглядевшись, Лилия поняла, что он велит ей опуститься на колени.

Когда она с опозданием преклонила колени и посмотрела на него снизу вверх... губы Теодоро изогнулись в тонкой насмешливой полуулыбке. Он лениво откинулся на спинку дивана, словно лев, удовлетворенный сытной трапезой.

В холодной, давящей тишине, окутавшей Лилию, прозвучал его низкий голос:

— Мы называем посвящение крещением. Лилиана Моретти, тебя когда-нибудь крестили?

— В раннем... детстве. Я этого не помню.

— И не вспоминай. Семью, которая крестила тебя тогда, оставь в прошлом. Отныне твоя семья — это Бенедетти.

Теперь она поняла, почему посвящение называлось крещением.

Первое крещение, принятое в кругу кровной родни. И второе крещение — перед членами организации.

Это означало, что мафиозная семья перенимает на себя роль настоящей семьи, становясь для неё всем.

Ей стало не по себе — так, что не передать словами.

Эта ненавистная группировка отныне становится её «семьей», ради которой она должна быть готова отдать собственную жизнь.

В этот момент Теодоро заговорил, словно прочитав её мысли:

— Если не хочешь — скажи сейчас. Мы можем и дальше жить как чужие люди, как жили до сих пор.

Лилия едва заметно поморщилась.

Если она сейчас уйдет, сможет ли жить так, словно никогда его не знала?

Если бы это было возможно, она бы уже давно вскочила и выбежала за дверь. Для неё было бы куда предпочтительнее жить спокойно, не ввязываясь в тяжелую месть.

Но пока в ней живы воспоминания о той ужасной смерти... жить так, словно ничего не было и она никогда не знала человека по имени Теодоро, было невозможно.

— ...Нет, я хочу этого.

Этот давно предопределенный ответ упрямо сорвался с её губ.

На долю секунды показалось, что уголки его губ криво поползли вверх.

А...?

Не веря своим глазам, Лилия снова всмотрелась в лицо Теодоро...

Но на нем уже не было и тени эмоций.

Мне показалось...?

Но сейчас было не до разглядывания его лица.

Она четко дала понять, что хочет стать частью организации, и пути назад у неё больше не было.

Теодоро без колебаний поднял кинжал и направил его на неё.

— ...Ах!

В одно мгновение острие лезвия оказалось прямо перед её глазами. Глаза Лилии расширились от первобытного страха.

Ей показалось, что клинок вот-вот пронзит ей горло, но сердце, с запозданием отреагировав, забилось так сильно, словно пытаясь доказать, что она еще жива.

Ч-что...

Лезвие не вонзилось в плоть — оно остановилось в миллиметре от горла, упираясь ей в подбородок.

— Что вы... делаете?

— Надо же соблюсти хотя бы подобие церемонии.

Она сглотнула пересохшим горлом; кадык дернулся с видимым усилием.

От страха, что лезвие может в любой момент скользнуть по коже, по спине пробежал холодок, но Лилия инстинктивно понимала: сейчас не время отшатываться.

Острием ножа Теодоро приподнял подбородок застывшей от ужаса девушки и поймал её взгляд.

— Лилиана Моретти.

— ...Да.

— Сейчас ты будешь слушать каждое мое слово и повторять за мной.

И тут же он произнес первую фразу клятвы:

— Я.

С этого сухого, бесстрастного голоса началось мафиозное крещение.

Приподнятая за подбородок холодным лезвием, Лилия смотрела на Теодоро и разомкнула дрожащие губы.

— Я...

— Буду жить с пистолетом и ножом, что лежат передо мной.

— Буду жить с пистолетом и ножом... что лежат передо мной...

— И с ними же приду к своей смерти.

— И с ними же... приду к своей... смерти...

— Так я проживу остаток своих дней.

— Так я проживу... остаток своих дней...

Короткая клятва подошла к концу, и повисла тишина.

В торжественной, звенящей от напряжения атмосфере Теодоро спокойно смотрел на неё сверху вниз.

— Раз ты спустила курок, то должна понимать, о чем речь.

Понимать, раз спустила курок? Лилия тихонько вздохнула, осмысливая эти слова.

А-ах... Антонио.

Да, Антонио. Молодой капореджиме, носивший гордое имя Бенедетти и правивший Уэст-Филлом. Он встретил свою смерть от пули, выпущенной Лилией.

Фраза «ты должна понимать» означала, что однажды и её ждет смерть, подобная смерти Антонио.

Она выбрала этот путь именно для того, чтобы избежать такой участи... неужели это судьба, которую не изменить, как бы она ни старалась?

Её зеленые глаза мелко задрожали, как хрупкая травинка на ветру. Бросив на нее мимолетный взгляд, Теодоро тихо усмехнулся.

— Жалеешь?

Жалеет ли она?

Его насмешливый голос, отчетливо прозвучавший в ушах, мигом остудил её разум.

Жалею... Нет, с чего бы мне жалеть.

Ведь она вовсе не собиралась становиться настоящей мафиози, опускаясь на колени перед Теодоро. Эта клятва — всего лишь слова для «них».

А значит, не было никаких причин жалеть о том, что она всё-таки прошла это посвящение.

Жизнь, которую она проложит для себя, совершенно точно будет отличаться от того, что принято в «их» мире.

Взгляд Лилии затвердел, и она ответила:

— Нет.

Конечно, скрытый смысл её твердого ответа был вовсе не тем, что ожидал услышать Теодоро...

Но он никак не мог этого знать. Если оценивать лишь само слово «нет», ответ, безусловно, был удовлетворительным.

— Верно, жалеть пока рано.

Издав глухой смешок, похожий на шелест ветра, он убрал кинжал. Но, к несчастью, церемония на этом не закончилась.

Пронзительный холод металла исчез, и его место внезапно заняло мягкое тепло. Это была рука Теодоро, полностью обхватившая её подбородок.

В расширившихся зрачках испуганной Лилии блеснуло лезвие кинжала.

Клинок медленно рассек воздух, приблизился к ней и остановился на изящном изгибе её нижней губы.

— Ах...!

От резкой боли она зажмурилась, но дальше этого не зашло. Когда Лилия снова открыла глаза, кончик ножа был уже далеко.

К чему был этот укол в губу? Но прежде чем она успела об этом подумать, всё её внимание сосредоточилось на Теодоро.

Он неотрывно смотрел на ярко-красную каплю крови, выступившую на её губе.

Ах...

Его взгляд, прикованный к её губам, был таким же спокойным, как и всегда. От этого по спине в очередной раз пробежал холодок.

Теодоро молчал, но от одного лишь его взгляда ей казалось, что ей перекрывают кислород.

Лилия ждала, когда это время, тянущееся целую вечность, наконец пройдет. Но в тот момент, когда он медленно поднял голову и посмотрел ей в глаза...

Лилия осознала, что уж лучше бы он продолжал смотреть на её губы.

Кромешная тьма, затаившаяся в его черных зрачках, обрушилась на неё.

Мир перед глазами Лилии заполнился исключительно присутствием Теодоро, и в этом мире она не могла даже шевельнуться.

— Эта кровь.

Вновь зазвучавший голос казался голосом божества, доносящимся из неведомых глубин.

Лилия, подчиняясь непреодолимой силе, послушно зашевелила губами.

— Эта кровь...

— Доказывает, что я переродился как член семьи Бенедетти.

— Доказывает... что я переродилась как член семьи... Бенедетти.

— И станет вечным символом моей клятвы...

— И станет вечным символом... моей клятвы...

— Быть со своей новой семьей до последнего вздоха.

— Быть со своей новой семьей... до последнего вздоха.

На этом кровавая клятва была завершена, и всё вокруг начало погружаться в глубокую, оглушительную тишину.

Только сейчас Лилия начала смутно понимать смысл пролитой ею крови.

Но она не стала вдаваться в размышления, пытаясь осознать это в полной мере.

Для неё было важно лишь одно: теперь она благополучно вошла в семью Бенедетти. Всё то, что она произнесла в тумане затуманенного разума, она позволила этому туману унести с собой.

Размытый мир постепенно обретал четкость.

Но даже в этот момент рука, сжимавшая её подбородок, никуда не делась. Они застыли в этой позе, словно время для них остановилось.

Но когда капля крови на её губе сорвалась и побежала вниз тонкой красной нитью...

Застывший мир разбился вдребезги, и, повинуясь течению времени, пальцы Теодоро пришли в движение.

— Ах...!

Его пальцы скользнули вверх по её нежной коже, стирая тонкую кровавую дорожку.

От неожиданного прикосновения Лилия инстинктивно зажмурилась.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver