— Семья аристократов?
Услышав, что Шейлу, простолюдинку, можно выдать замуж в семью аристократов, Фред невольно повысил голос.
— Тш-ш! Барон Хейек, он недавно взял вторую жену.
Призвав Фреда к тишине, Эрнест продолжил вполголоса:
— Говорят, эту жену на днях выгнали за измену. Барон хоть и болен, но помирать пока не собирается. Скорее всего, скоро начнет искать новую жену. Дети пытаются его отговорить, но он, видимо, настаивает. Если женщина ему приглянется, он готов полностью подчистить ее биографию и посадить на место второй жены. Та, которую выгнали, тоже была из служанок в другом доме.
— Да ну?
Выслушав историю до конца, Фред навострил уши. Было ясно, что сумма будет совсем не такой, как за того старикашку-мясника.
— И сколько за нее можно стрясти?
— Ну, не знаю. Надо торговаться, но думаю, раз в пять больше, чем тогда, можно выжать.
— В пять раз?
Голос Фреда снова сорвался на крик. Эрнест похлопал его по руке, призывая к тишине, и ухмыльнулся.
— Ну как? Такое предложение нельзя упускать, верно?
Фред тоже посмотрел на Эрнеста и широко ухмыльнулся.
— Значит, надо срочно тащить эту девку сюда. Эрнест кивнул.
— Дети барона будут сопротивляться месяца три-четыре, так что прямо сейчас тащить не обязательно, но лучше поскорее все уладить. В таких делах все решает тайминг.
— Точно.
Фред согласился. Как и в случае с Фабиолой, он решил продать Шейлу.
Было обидно родиться старшим сыном в бедной семье, но, к счастью, у него было целых две младшие сестры. Казино открыто для местных всего на один год. Через 3-4 месяца продать Шейлу и сорвать большой куш на эти деньги — идеальный план. Даже если он проиграет, у него останется сестра, выданная замуж за барона. От этих мыслей Фреду не терпелось действовать. «Завтра же поеду к Шейле и велю ей увольняться», — подумал он.
— Одолжи десять денисов. Мне завтра же надо поехать к ней.
На удивление, из уст Фреда не вырвалось привычное «эта сука» или «эта дрянь». От мысли, что он выдаст ее за барона, уголки губ Фреда уже растянулись до ушей. Эрнест мысленно выругался: «Нищеброд, даже на билет на поезд денег нет», но покорно вложил в руку Фреда 10 денисов. Ведь только так ему перепадет комиссионные за сводничество.
— Не волнуйся, Эрни. Как вернусь, сразу отдам.
— Да я ничего и не говорю! Вот же человек… Ха-ха!
Эрнест поспешно улыбнулся Фреду. Было очевидно, что этот отброс Фред поедет к сестре и вытрясет из нее хоть какие-то гроши.
— В общем, встреться с сестрой и подготовь ее. А я пока буду следить за ситуацией в доме барона.
Фред хлопнул Эрнеста по плечу, мол, «не беспокойся», и повернулся, чтобы уйти. Глядя ему вслед, Эрнест тоже усмехнулся и растворился в темноте.
***
Седрик торопливо собирался выходить. После окончания банкета Седрик стал довольно часто отлучаться. Для Шейлы его уходы были хорошим знаком. Как только она закончит уборку в комнате, можно будет вязать у себя. Поскольку другие подработки были закрыты, единственное, что могла делать Шейла, — это вязать днем. Вязать до поздней ночи тоже стало невозможно после того, как ей пришлось экономить парафиновое масло. Седрик, которому Шейла помогала собираться, сказал:
— Я вернусь сегодня.
— А…
Значит, сегодня он задержится? Обычно он уходил на два-три часа, поэтому Шейла решила, что сегодня он отправляется куда-то далеко. Впрочем, простая служанка, а не секретарь, не могла допытываться, куда и по каким делам он едет.
— Да. Молодой господин.
Когда Шейла ответила без лишних вопросов, Седрик спросил:
— Что будешь делать, пока меня не будет?
— Я, разумеется, буду убираться.
Ответила Шейла, обводя взглядом просторную комнату. Его взгляд последовал за ее. Перед ними предстала чистая и уютная комната. Базовую уборку сделать нужно, но это не займет много времени. Особо прибирать было нечего. Седрик сказал Шейле, которая неловко рассмеялась «ха-ха, ха-ха»:
— Как закончишь с уборкой, если нечего делать — поспи. Я разделаюсь с тем, что запланировал на сегодня, даже если вернусь поздно ночью.
То, что запланировал на сегодня… Шейла сразу поняла, о чем речь. Она отдавала долг каждые два дня, как и во время занятий с Джудит. С того дня уроков у Джудит больше не было. Вместо занятий Джудит составляла тетрадь с работой над ошибками по экзамену. Она должна была выписать все 203 вопроса, в которых ошиблась, и, закончив, повторить все с самого начала. И так три раза. Было очевидно, что на это уйдет уйма времени. А Седрик тем временем, похоже, разбирался с накопившимися делами. Как только сборы были закончены, раздался стук в дверь, и появился Руфус.
— Если вы готовы, можем идти, молодой господин.
Кивнув, Седрик обратился к Шейле:
— Я пошел.
— Да… то есть, я провожу…
Шейла, машинально ответив, собиралась сделать шаг, чтобы проводить его, но он снова заговорил:
— Не нужно спускаться.
— А, да. Счастливого пути.
Привыкшей прислуживать тринадцатилетней девочке, которая только и ждала, чтобы перед ней расшаркивались, Шейле было немного непривычно.
«Впрочем, секретарь его сопровождает, мне там делать нечего».
Шейла по-своему растолковала его слова, которые почему-то показались ей заботливыми. И все же, чувствуя смутное сожаление, она провожала взглядом удаляющуюся спину Седрика. Мужчину, который всегда приближался к ней длинными уверенными шагами. Безупречно уложенные помадой блестящие черные волосы на затылке.
«Когда я еще увижу такое красивое лицо?»
Как только он вышел из комнаты, Шейла прильнула к окну, ожидая, когда он появится из парадных дверей. Когда она сменит работу, то будет хвастаться, что прислуживала самому молодому виконту из рода Каллей. Сейчас, когда он вернулся с учебы за границей и провел грандиозную церемонию назначения, одно то, что она служила ему, станет отличной строчкой в резюме. Конечно, болтать лишнее о бывшем хозяине нельзя, но вряд ли будут проблемы, если она расскажет о том, какой он писаный красавец. Вскоре Седрик появился перед парадным входом. Экипаж уже ждал, Руфус сделал приглашающий жест, и Седрик уверенно зашагал к карете. Хотя она видела его каждый день, сейчас, когда она смотрела только на его спину, ей вдруг стало грустно. В тот момент Седрик, собиравшийся сесть в карету, остановился, обернулся и посмотрел наверх, на окна своей комнаты. Его лицо, освещенное солнцем, было ослепительно красивым. В миг, когда Шейла замерла в восхищении, их взгляды встретились. Седрик усмехнулся и легко запрыгнул в экипаж. Шейла поспешно отпрянула от окна и спряталась.
«И зачем я спряталась?..»
Она и сама не знала причины. И ее сердце колотилось так, словно она была ребенком, которого застукали за шалостью. Остудив пылающие щеки тыльной стороной ладони, Шейла поспешно принялась за уборку. Как только она закончит, наступит свободное время, а раз он сказал, что вернется поздно, можно принести корзинку с вязанием и посидеть здесь, а не на тесном чердаке. К тому же после его ухода все равно приносят перекус, так что кому-то нужно его принять. Он велел ей есть, когда его нет, так что Шейла предвкушала, как будет вязать и лакомиться. Несмотря на груз в виде долга из 200 ударов, который недавно появился — хотя она постепенно расплачивалась, и он сократился до 140, — и необходимость искать новую работу, дни Шейлы текли как никогда мирно. Конец этому покою положила Лучика, отвечавшая за холл.
***
— Шейла, выйди на минутку. К тебе брат приехал из родного города.
— Что?
Шейла, которая собиралась приступить к принесенному перекусу, открыла дверь на стук. Услышав от Лучики слова «брат из родного города», она замерла от удивления.
«В этот раз не младший брат, а старший?»
Нет, Джерри точно назвался бы младшим братом. Тем более он был здесь недавно и считал, что выглядит довольно молодо. Тогда неужели Мастер?.. Подумав, что, возможно, приехал Билл, Шейла кивнула.
— А, да.
Или Билл прислал кого-то другого, чтобы сообщить, как продвигаются дела. Билл тоже знал, что нужная сумма почти собрана. В любом случае, Шейле оставалось только гадать, кто ее ищет. Нельзя было говорить лишнего, чтобы не оставить у Лучики ярких воспоминаний. Вряд ли до этого дойдет, но если когда-нибудь начнется расследование смерти Фреда, Шейла должна оставаться в памяти людей лишь ничем не примечательной служанкой из аристократического дома. По пути от парадной двери к воротам Шейла увидела фигуру посетителя.
«Что этот ублюдок здесь делает?..»
Вопреки всем предположениям, которые она строила по дороге, перед ней стоял ее настоящий старший брат из родного города, Фред.
