Когда Седрик ушел за служанкой Элоизы, Шейла, которая без причины нервничала, пошла в комнату Сильвии. На вопрос Шейлы, есть ли у неё поручения, Сильвия ответила бодро:
— Нет.
Сильвия привыкла справляться сама, да и наряд на вечерний банкет Шейла уже подобрала. Увидев, что Шейла выглядит обеспокоенной, Сильвия добавила:
— Помоги только поправить платье перед банкетом. Одной надевать вечерний туалет трудновато.
— Да, конечно, леди.
Шейла ответила приветливо, но Сильвия всё равно заметила, что с ней что-то не так.
— Кстати, а что сейчас делает Седрик?
— А?
Шейла вздрогнула больше, чем требовалось, но быстро взяла себя в руки.
— Он сейчас встречается с гостем.
— Это ведь не леди Элоиза Виварини?
— Эм... да, она.
Услышав неуверенный ответ Шейлы, Сильвия пробормотала себе под нос:
— Что ж, опоздала на шаг.
А затем снова улыбнулась Шейле:
— Понятно, иди работай, Шейла.
Выйдя из комнаты Сильвии, Шейла была вынуждена вернуться в комнату Седрика. Всё время торжества секретарь Седрика, Руфус, был занят встречами с гостями, поэтому комната пустовала. Шейла взяла чистую тряпку. Она собиралась закончить уборку, которую прервала, когда помогала Седрику переодеваться, как вдруг принесли закуски. Даже во время торжества закуски приносили по расписанию, и Шейла проводила это время с ним. Привередливому едоку нужен был кто-то, кто доест за ним. Шейла поставила поднос на стол и задумалась, что делать, если чай остынет, но Седрик вернулся раньше, чем она ожидала. Увидев её перед подносом с закусками, он сказал:
— Почему не начала без меня?
— А...?
Но это же для вас...
— Ладно, садись.
Словно предвидя её возражения, он пресек их и сел. Но Шейла всё равно не села. Часто бывало, что после «дела» он угощал её своими закусками, но то, что приносили в комнату господина, явно предназначалось ему. А она только доедала остатки...
— Всё равно я всё не съем, садись.
Снова прочитав её мысли, сказал Седрик. Только тогда Шейла села напротив него. Седрик откусил кусочек мильфея от Мартина. Попробовав, он подумал, что этот вкус и текстура понравятся Шейле. Вместо чая он запил водой и приказал Шейле:
— Остальное ешь ты.
Несмотря на его сегодняшнюю поспешность, Шейла послушно ответила «Да» и поднесла мильфей ко рту. Идеально пропеченное слоеное тесто с хрустом рассыпалось во рту. Свежий лимонный крем между сладкими слоями создавал гармоничный вкус. Глаза Шейлы светло-карего цвета засияли. Она невольно скрестила руки на груди и закивала.
«Забавно».
Крошки теста, рассыпавшегося с интересной текстурой, осели на её мягких губах. Седрик пристально наблюдал за тем, как Шейла наслаждается десертом. За её губами, которые старательно пережевывали всё, что ей давали. За милым носиком, торчащим посередине крошечного личика. За белой, прозрачной кожей, на которой отражались все эмоции. Тогда, увидев, как ей нравятся ротасские сладости, он не зря нанял кондитера из Ротаса. Ради того, чтобы видеть это каждый день. Она, наверняка, экономила каждый грош и никогда не позволяла себе нормальных сладостей, так что для неё всё было в новинку. В отличие от него, ненавидящего сладкое, Шейла любила сладости. Поэтому он велел Мартину готовить очень сладкие десерты, но оказалось, что слишком приторное она тоже не любит. Съедала одну-две штучки и всё. Значит, не всё сладкое ей по вкусу. Тогда он велел подавать десерты с разной текстурой и умеренной сладостью, и она ела их с аппетитом, как птенец. Седрик специально пробовал хотя бы кусочек. Чтобы понять, что именно ей нравится. Так же было и в сексе. Он внимательно наблюдал за ней: на что реагирует её тело, от чего она теряет рассудок, как меняются её стоны в зависимости от степени возбуждения. Просто глядя на то, как женщина, похожая на белый зефир, ест сладости, похожие на неё саму, раздражение Седрика, накопившееся ранее, улетучилось. Почувствовав его взгляд, Шейла спросила, поглядывая на него:
— Вкусно же..., больше не будете?
— Ешь на здоровье.
Сказал Седрик ласково. От перемены в его лице по сравнению с тем, каким он уходил, у Шейлы перехватило горло.
«Значит, разговор с леди Элоизой прошел хорошо?»
По его предложению Шейла взяла новый десерт, но аппетит почему-то пропал.
— Как называется это пирожное?
Спросила Шейла, чтобы сменить тему.
— Мильфей.
— Очень вкусно.
Честное слово, вкусно, но почему-то кусок в горло не лезет. Странно. Она не была обжорой, но всегда ела с аппетитом и никогда его не теряла... Не зная причины, Шейла надеялась, что Седрик не заметит её состояния. Поэтому, чтобы не есть, а говорить, она задала вопрос, пришедший в голову:
— Господин, можно задать один вопрос по ротасскому языку?
— Один?
Переспросил он с таким видом, будто это нелепо. Шейла, собиравшаяся задать вопрос, сжалась. На самом деле, даже если у неё возникали вопросы во время уроков Джудит, она никогда их не задавала. Потому что это было время для Джудит, а не для неё. Но, видимо, для служанки подслушивать уроки госпожи — пусть уши и не заткнешь — и задавать вопросы было наглостью. Хотя, став служанкой Седрика, он сам давал ей книги, которые она могла осилить, и советовал читать. Поэтому она думала, что можно спросить...
— Простите...
Шейла уже собиралась извиниться тихим голосом, но Седрик снова заговорил.
— Всего один вопрос? Значит, всё остальное ты знаешь.
Ха...! Кто бы говорил? Явно не упрекает за наглость, но обязательно надо съязвить. Увидев кислое лицо Шейлы, Седрик кашлянул и спросил:
— Ну, так что за вопрос?
На прямой вопрос Шейла снова набралась смелости.
— Я видела слово «служанка», но не знаю точно, как его произносить.
Соседние страны Велоика и Ротас использовали один алфавит. Но из-за особенностей языка написание отличалось. Если заниматься постоянно, можно научиться различать эти нюансы и без грамматических объяснений, но новичку трудно произнести правильно, глядя только на буквы. Не говоря уж об интонации, которую невозможно воспроизвести, не услышав.
— Служанка.
— Служанка.
Седрик без лишних слов произнес слово правильно, и Шейла, как попугай, повторила его интонацию и произношение.
— Верно. Ещё вопросы есть?
На его слова Шейла выложила ещё несколько вопросов, которые копила.
— Это не произносится. В нашем языке тоже бывают немые буквы, но в ротасском их больше. Такие слова лучше запоминать отдельно.
Он объяснил всего пару моментов, но Шейле стало так легко, словно гора с плеч свалилась. Словно пытаясь загладить свою колкость, он сказал:
— Раз появились вопросы, значит, ты стала больше знать. Если ничего не знаешь, то и спрашивать не о чем.
Шейла, которой его объяснения сразу всё прояснили, забыла о том, что считала его невыносимым, и посмотрела на него с восхищением.
— Так что если чего-то не знаешь, не стесняйся, спрашивай. Знание — сила, и то, что у тебя в голове, никто не сможет отнять.
Несмотря на банальность нотации, прозрачная, как стекло, женщина не могла скрыть вдохновения во взгляде. Седрик, казалось, втайне ждал этого момента и был рад её вопросам. Согласно расследованию, Шейла, не имевшая возможности учиться, выучила грамоту в пятнадцать лет, работая в лавке. Потеряв отца при взрыве на складе шахты и выдав сестру замуж, она работала в лавке, откуда по рекомендации знакомых попала сюда. Шейла с толком использовала те немногие знания, что получила поздно. То, что она сама вела гроссбух, уже говорило о многом. А присутствуя на уроках Джудит и делая за неё домашние задания, Шейла значительно улучшила свои навыки письма. Она и раньше была способнее Джудит. Каждый раз, когда он задавал Джудит вопрос, а Шейла беззвучно шевелила губами, зная ответ, или отмечала ошибку на листке ещё до того, как он скажет, что ответ неверный, Седрик думал об этом. Если она станет грамотнее, то в будущем не подпишет какой-нибудь странный контракт. Вот почему Седрик подсовывал ей книги. Он хотел, чтобы эта женщина, которой так не везло в жизни, впредь жила спокойно и не связывалась с такими типами, как он.
— Доедай.
Сказал Седрик.
— Да...
Тихо ответив, Шейла откусила половину от половинки мильфея, который и так можно было съесть за один укус. Крошки, падающие на её губы, приковали взгляд Седрика. В этот момент кто-то постучал в дверь.
✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению! ➡️ Fableweaver