Онлайн чтение книги Наказанная горничная графского дома Каллей Count Calley’s Whipping Maid
1 - 67

Вернувшись в комнату, которую она делила со старшими служанками, Шейла легла в свою постель, прижимая к груди куклу, сделанную сестрой. Слезы ручьем текли по вискам. Шейла вытерла слезы и безучастно уставилась в потолок. Так она пролежала до самой ночи. Шейла спрятала куклу глубоко в свои вещи. Ей казалось, что, держа её в руках, она только сильнее расплачется. Поздним вечером вернулась Эбони, тяжело вздыхая.

— Ох, гадость какая, сил больше нет это терпеть.

Шейла, вернувшаяся после выходного и отпуска, поспешно встала и поприветствовала её.

— Вы много трудились, сестра.

Рита, которая тоже жила с ними в комнате, вернулась с работы и спросила:

— Шейла, хорошо съездила?

— Два дня подряд отдыхала, хорошо тебе, да?

В отличие от Риты, в голосе Эбони звучал сарказм. Это был не такой уж сильный упрек, но глаза Шейлы покраснели.

— Видно, с сестрой встретилась и поплакала.

На слова Риты Эбони, которая была не в духе, посмотрела на лицо Шейлы и смягчилась.

— Эх, проклятая доля служанки.

Хоть Эбони, как старшая, иногда и ворчала на Шейлу, но их объединяло общее горе — необходимость ухаживать за десятилетней Джудит. Эбони спросила:

— Ну, как там сестра, всё хорошо?

— ...Да.

Ответила Шейла. Она была ещё не готова говорить о смерти сестры. Шейла сама ещё не до конца осознала, что сестры больше нет.

— Эх, надо и мне замуж выходить. Клянусь, через три месяца брошу всё к чертям!

Видимо, ей сегодня досталось, раз она снова вспылила. Но больше к Шейле она не цеплялась. Болтовня Эбони и Риты продолжалась до поздней ночи. Даже когда старшие служанки замолчали, Шейла не смогла сомкнуть глаз до утра.

***

Прошла неделя, и Шейла решила съездить к брату одним днем. У неё оставалось немного денег, которые она копила для сестры. На эти деньги Шейла купила билет на поезд до Бродена. Она каждый месяц только отправляла брату деньги, а сама ехала к нему впервые. Шейла выехала первым поездом и добралась до родного дома, в котором не была уже год, ещё до полудня.

— Брат, я приехала.

Солнце было уже высоко, но для Фреда всё ещё была глубокая ночь. Когда она подошла разбудить Фреда, в нос ударил запах перегара. Хорошо хоть, что он дома? Шейла потрясла его, и Фред сквозь сон выругался.

— А! Блять!

Шейла, которая каждый раз получала пощечину, пытаясь разбудить Джудит, оставила попытки разбудить брата и пошла на кухню. Хоть Фред её и не бил, она боялась его больше, чем Джудит. Кухня, на которой хозяйки не было год, была в ужасном состоянии. Нормальных продуктов, конечно же, не было. Шейла сварила рагу из остатков овощей — усохшей свеклы и картофеля.

— Брат, вставай. Я рагу сварила.

Фред, который даже сквозь похмелье осознавал, что Шейла вернулась, почуял запах рагу и, ворча, поднялся.

— Могла бы в ресторане поесть, чего нищенствовать...

Фред, который не зарабатывал ни гроша, любил пофилософствовать о хорошей жизни. Конечно, он говорил это, зная, что в доме шаром покати. Но поесть он был не прочь. Фред сел за стол, который накрыла Шейла.

— Рагу, блять, жидкое, как вода.

Фред, ворча, опустошил единственную тарелку рагу, сваренного из жалких остатков. Ему было плевать, что перед сестрой, приехавшей издалека, стоит пустой стол. Несмотря на водянистый вид, вкус у рагу был хороший. Напоминал вкус маминой стряпни. Фабиола унаследовала кулинарный талант от матери, а Шейла — от Фабиолы, так что это было неудивительно. Шейла сдерживала слова, пока Фред не доел. Говорить с человеком, который ещё не пришел в себя, было бесполезно. С громким хлюпаньем и чавканьем Фред доел рагу и со звуком «Кха» поставил пустую тарелку.

— Ты чего приперлась-то?

Ещё до того, как она начала говорить, на глазах Шейлы выступили слезы.

— Брат, ты слышал что-нибудь о сестре?

— О Фабиоле? Что слышал? Племянника родила, что ли?

Фред усмехнулся собственной шутке и продолжил:

— Старый козел, а сил хоть отбавляй. Повезло ублюдку, такую, как наша Фабиола...

Шейла молчала, а Фред продолжал нести чушь. И тон, и содержание его слов были омерзительны.

— Всё не так!

Закричала Шейла. Фред мутным взглядом уставился на Шейлу.

— Сестра..., хы-хык, сестра умерла! Она мучилась там, а потом покончила с собой!

Зарыдала Шейла. Фред некоторое время сидел с отсутствующим видом, словно не понимал. Ещё бы... Шейле самой поначалу было трудно принять смерть сестры. Да что там, даже сейчас, рассказывая об этом, она сама с трудом верила. В расфокусированных глазах Фреда впервые появился осмысленный взгляд. Фред в ярости перевернул стол, за которым сидел.

— Что?! Блять, да как так!

Плач Шейлы стал ещё громче и горестнее. Каким бы ненавистным ни был брат, он остался единственным человеком в мире, с которым можно было разделить скорбь и гнев по поводу смерти Фабиолы. Шейла закрыла лицо руками и зарыдала навзрыд.

— А-а, черт!

Фред, походив по комнате, плюхнулся на кровать и начал рвать на себе волосы. Казалось, в этом жесте смешались сожаление и горечь от того, что он выдал Фабиолу замуж в такое место.

— Фабиола, эта...! Ха...! Раз уж выдали замуж, могла бы жить нормально...!

Причитания Фреда продолжались. Шейла и представить не могла, что это упреки в адрес сестры. Пока он не продолжил.

— Ха, блять. Надеюсь, этот ублюдок не потребует вернуть деньги?

Что...? Что он сейчас сказал...? Плачущая Шейла подняла голову.

— Шейла. Ты сама там была? Что этот ублюдок сказал? Требует деньги назад?

— Брат, о чем ты говоришь. Сестра умерла. Наша Фабиола...

— Я и говорю! Эта идиотка сама...! Ха, блять. Что делать-то?

Шейла смотрела на Фреда с неверием. Фред, не обращая внимания на Шейлу, погрузился в свои мысли и расхаживал по дому. Затем он заправил край своей засаленной рубашки в штаны и сказал:

— Не время рассиживаться, блять. Никуда не уходи, Шейла. Пойду разузнаю, как это всё разрулить.

Бросив это, Фред поспешно вышел из дома. Конечно, мертвую сестру не вернешь, но Шейла, ожидавшая, что брат разделит с ней скорбь и гнев, чувствовала себя так, словно получила сильный удар по затылку.

— Ха...!

С губ Шейлы сорвался стон. Она старалась не винить брата в смерти сестры. Пыталась убедить себя, что он не знал, что так будет, когда выдавал её замуж, что кроме Фреда у неё никого не осталось. Иначе она начала бы ненавидеть его по-настоящему. Настолько, что захотела бы убить собственными руками. Если бы Фред горевал и раскаивался вместе с ней, Шейла, возможно, простила бы его. Но, похоже, этого не будет. Она почувствовала себя дурой за то, что вообще надеялась на это. Шейла сидела в оцепенении, раздавленная горем. Если, когда она впервые узнала о смерти сестры, её охватила глубокая печаль, то теперь поднималась неконтролируемая ярость. Шейла пришла в себя, когда с улицы донеслись голоса.

— Значит, сначала надо пойти и разобраться, так?

— Именно. Здесь мы ничего сделать не сможем.

Кто-то поддакивал Фреду и давал советы.

— А если эта сука реально сама повесилась, не выйдет ли мне боком?

— Нужно за что-то зацепиться. Если бы они не чувствовали за собой вины, давно бы уже шум подняли.

— Точно. Вот же ублюдки.

Фред выругался.

— Эх, знал бы, отправил бы и её в служанки, как Шейлу.

Фред болтал, совершенно не заботясь о том, что Шейла в доме. Может, он не знал, что его так хорошо слышно.

— Разве всё бывает так, как мы хотим? Ты же тогда куш сорвал, хорошо пожил, а теперь жалуешься.

— Да ну, блять.

На возражение собеседника Фред замолчал. Шейла стала служанкой благодаря тому, что усердно работала в лавке и получила рекомендацию через знакомых знакомых. Места там освобождались редко, так что ей просто повезло. А Фред говорил так, будто это он её устроил. Шейла была настолько поражена, что даже усмехнуться не могла. А то, что они сказали дальше, заставило волосы на голове Шейлы встать дыбом.

— Если надумаешь насчет второй, скажи. Я подыщу место получше.

Фред замолчал, обдумывая предложение. Ведь в жизни бывает, что нужна крупная сумма, но регулярный доход всё же важнее. Закончив подсчеты, Фред сказал:

— Не надо. Эту пока оставим.

Пока...? Видимо, Шейла, исправно присылающая деньги каждый месяц, была ему пока нужна. А потом...? Шейлу охватило чувство опасности. Она усердно работала год, отправляла деньги и была вполне довольна своей жизнью. Хоть брат и забирал большую часть, в особняке её кормили, одевали и давали жилье, так что много денег ей было не нужно. Ей было достаточно того, что она могла накопить на проезд, чтобы иногда навещать сестру. Но теперь Шейла четко осознала своё положение. Фред просто пока её не трогает, но если захочет, она в любой момент может быть продана так же, как сестра. Теперь она видела: Фред воспринимал сестер только как источник денег. Он был зверем, который не проронил ни слезинки, узнав о внезапной смерти сестры. Ярость Шейлы к родному брату Фреду, который относился к ним как к скоту, вспыхнула сильнее, чем к чужаку Дюкеру.