— И правда. С тобой развлекаюсь — сам ребячиться начинаю.
Даже сейчас. Только потому, что Юн Со Хи не отвечала, он выследил её, явился и увёл, прекрасно понимая, что происходит. Видел, как другой смотрит на неё горящими глазами, знал, что ничего особенного, а всё равно скрипел зубами и внутри всё переворачивалось. Взрослым поведением это не назовёшь.
— Откуда ты вообще узнал, что я здесь?
— В отеле, пока ты спала, вживил в тебя датчик слежения.
— Что вживил? Куда?
Вздрогнув от испуга, Со Хи принялась ощупывать себя. Он сдержал тихий смешок.
— Ч-что такое?
— Как можно в человека датчик вживить, Со Хи? Вот в телефон — другое дело.
Поняв, что над ней подшутили, она вспыхнула.
— Я и сама знаю!
— Конечно.
Гё Хён опёрся локтем у окна и прикрыл пальцами губы, с которых вот-вот сорвётся смех.
Со Хи стиснула зубы и угрюмо сверлила его глазами. Так и хотелось протянуть руку, схватить и зацеловать. Обнять, прикусить надутую щёку, уткнуться в длинные волосы и вдоволь надышаться их запахом. Но пересохших губ касались лишь собственные пальцы.
— Больше не на «вы»?
— С чего бы мне с тобой на «вы»? Ты мусор, который даже переработать нельзя.
— Недавно обращалась помягче. Думал, немного смягчилась, а теперь опять тычешь?
Со Хи раздражённо посмотрела на него, словно забавлявшегося всем подряд, и отвернулась к окну.
— Режиссёр сегодня обещал позвать сценаристку Сим…
Эта Сим, кажется, после недавнего скандала была недовольна Со Хи. Та хотела за ужином постараться наладить отношения, но из-за внезапно явившегося Гё Хёна не смогла остаться. Вот и злилась.
— Не старайся понравиться ей. Лучше старайся для меня. Ты ведь умнее.
— Ей понравиться как раз умнее… Чем человеку, который меня даже за человека не считает.
Голос стал тише. Гё Хён посмотрел на светофор и слабо усмехнулся. Она действительно умнее, чем кажется. Достаточно умна, чтобы столько раз и так долго его обманывать.
— Я поговорю.
Пока люди недоумевали над нелепыми слухами, Гё Хён стал крупнейшим инвестором проекта. Без лишних оговорок — материал хороший, вероятность успеха очень велика. Если уделить больше внимания распространению, история вполне могла понравиться и за границей.
— С какой стати ты… Нет, не надо. Мне и трюки будет интересно попробовать.
Со Хи замолчала, глядя за окно.
За рулём Гё Хён то и дело поглядывал на её профиль, делая вид, что проверяет боковое зеркало. От надутого выражения полные губы и щёки под высоким носом казались особенно милыми. Он без причины постукивал по рулю и увлажнял сухие губы.
Машина миновала пост охраны жилого комплекса и поехала между невысокими, почти как виллы, зданиями. Только тогда Со Хи заметила неладное и повернулась к нему.
— Куда ты едешь?
— К тебе домой.
— Мой дом в другой стороне.
— Теперь твой дом здесь.
Он открыл гаражные ворота электронным ключом. Восьмиэтажный корпус стоял довольно далеко от въезда, на возвышении с красивым видом. Двухуровневая квартира, из которой можно было пользоваться всей крышей, теперь предназначалась Юн Со Хи.
— Что ты творишь…
Пока она растерянно оглядывалась, Гё Хён въехал в гараж и припарковался.
Вышел, взял её пальто и сумку в одну руку и открыл пассажирскую дверь. Со Хи выбралась, насторожившись, как ёж, выставивший иглы.
— Это твоя машина.
Он вручил ей ключ и указал подбородком на припаркованный автомобиль.
— Больше не езди на автобусе и метро. Не хочешь водить — приставлю водителя.
— Это… зачем…
Она не знала, с чего начать вопросы, и заговорила с недоумением:
— Что за машина? Кто на такой с водителем ездит?
— Не грузовик же. Почему нет?
G-класс, немного крупноват, но вполне можно водить. Со Хи получила права, когда выходила замуж, и неплохо ездила сама, выполняя поручения старших, без водителя. Гё Хёну не нравилась её маленькая игрушечная машинка. Новая была куда крепче. Если случится авария, пусть пострадает другая сторона, зато она будет в безопасности.
Со Хи вздохнула, словно с ним невозможно договориться.
— Это всё отступные за развод?
— Отступные? В чём я перед тобой виноват? Это плата по сделке. Цена твоего тела.
Теперь-то она поняла, как смешно было польститься на какие-то семьсот миллионов?
— Спасибо, что дорого оценил, но я не возьму. Не хочу. Квартира, машина… Что вообще…
Она пошевелила губами и выговорила:
— Ты правда словно спятил.
— Конечно.
Самому ему казалось, что как раз сейчас он вполне в своём уме, но Гё Хён легко согласился и пошёл вперёд. Её пальто и сумка оставались у него, поэтому, поколебавшись, она последовала.
У лифта он приложил палец к считывателю и нажал кнопку седьмого этажа. Кабина быстро приехала. Он вошёл и посмотрел на Со Хи; она помялась, затем тоже шагнула внутрь.
— Пере… переезд — это сложно. И вообще, всё это…
— Вещи уже перевезли, не беспокойся.
— Что?
— Ту квартиру освободили, расчёт закрыли, деньги вернули директору Чо Бён Гу. Так что говорить, что вернёшься к себе, не нужно.
— И вещи забрали, и квартиру сдали?
Запинаясь, она схватила своё пальто в его руке.
— Почему… почему ты всё решаешь сам?
— А ты со мной советовалась, когда решила поселиться в Сонбук-доне?
— Ты сейчас об этом? Но это…
Лифт звякнул и открылся прямо в просторную гостиную с огромными окнами и прекрасным видом.
Глаза Со Хи округлились.
— Я должна здесь жить одна?
Она вцепилась в поручень лифта и побледнела, словно испугалась размеров квартиры. Во флигеле в Сонбук-доне, куда большем, днём постоянно оставалась одна, а тут боится каких-то семидесяти пхён. Убирать ведь всё равно будут другие.
— Я буду часто приезжать.
Чаще, чем собирался, когда покупал квартиру. Для одной Юн Со Хи жильё, пожалуй, великовато. Такой хрупкой и кроткой на вид женщине нужен защитник. По договору она полностью принадлежит ему, значит, это, разумеется, его обязанность.
— Что… что ты вообще делаешь? Будто дом для молодожёнов обставил…
Она с трудом выговаривала слова. Дом для молодожёнов? Смешно. Разве его желание приготовить им такой дом не отвергли?
— Нельзя принимать только то, что хочется. Не веди себя как ребёнок, иди сюда. Покажу квартиру.
Он взял её за руку и повёл. Квартира принадлежала Юн Со Хи, но Гё Хён показывал спальню, гардеробную, ванную словно у себя дома. В каждом месте представлялась её обнажённая фигура. Фантазии, которые вскоре наверняка станут явью. В этом смысле, пожалуй, и правда похоже на дом для новобрачных.
Со Хи оглядела просторную гардеробную, тесные ряды одежды, украшения, сумки и отвернулась с измученным видом.
— Зачем ты всё это делаешь? Теперь стыдно, что выгнал без гроша жену, которой некуда было идти?
— Почему без гроша? Семьсот миллионов, которые дал У Чжон Вон, уже не деньги?
За жизнь с ним это и впрямь были крохи, но он нарочно указал на них.
— При чём здесь У Чжон Вон? Это же ты дал…
Со Хи недоумённо склонила голову.
Гё Хён усмехнулся. Что ж, строго говоря, можно считать, что он. Ведь семьсот миллионов, переданные Со Хи, он вернул У Чжон Вону.
— Я весь брачный договор прочитала. Там не было, что нужно возвращать.
— Да.
Он и не собирался требовать деньги обратно, но Со Хи беспокойно спросила:
— Я уже бабушке магазин и дом… Нужно сейчас вернуть? Можно я заработаю и отдам?
— Не нужно отдавать. Это плата за то, что ты отказалась от карьеры и вышла за меня. Я, наоборот, не понимал, почему так мало.
Даже если её тайный расчёт раскрыт, возвращать эти деньги незачем.
— Почему ты так говоришь…
Она моргнула большими, как у оленя, глазами. Растерянные тёмно-карие глаза были красивы. Он задержал на них взгляд, затем повесил пальто и сказал:
— И почему тебе некуда было идти? Бабушка бы услышала — как ей было бы обидно. У тебя родной дом есть, как это некуда?
— Как… как я могла в таком виде домой явиться?
— Не знаю, что для тебя значит семья.
Гё Хён вспомнил её родных — вроде близких, но не умеющих держаться вместе.
— Разве не к семье идут в такой момент? Странно считать, что ночлежка с тараканами лучше.
— Я тогда ещё не могла поверить, что мы расстались… Вдруг просто поссорились? Казалось, у тебя какие-то причины… Поэтому не хотела, чтобы родные плохо о тебе думали. И тараканов там не было!
Она крепко сжала кулаки. Гё Хён рассмеялся и прижал её к стене гардеробной.
Опять ложь. Он знал, в каком состоянии была та грязная ночлежка, готовая рассыпаться в любой момент.
Странная привычка. Самым близким не рассказывает ничего важного. Даже когда спустя немалое время после развода он встретил в ресторане её младшего брата Со Ё…
Тот ничего не знал. Довольно рассудительный мальчик, но она решила, что он не выдержит известия о разводе сестры? Такая, казалось бы, сплочённая семья, а она не смогла произнести несколько слов и мучилась одна.