Я вышла из комнаты, подбирая и надевая одежду по одной вещи.

Одежду Хеймдаля я оставила как есть, а в своей комнате достала и надела собственную.

Посмотрев в зеркало, я недовольно цокнула языком.

— …Придется прикрыть шею.

Покачав головой, я закрыла дверь комнаты Хеймдаля.

Потом уселась на диван, словно проваливаясь в него, и погрузилась в мысли.

Ну, я ведь думала, что не страшно, если события немного ускорятся…

«Скорее, я хотела быть честной со своими чувствами».

И в то же время до недавнего момента мне хотелось хоть на чуть-чуть «ни о чем не думать».

Однако откладывать решения вечно невозможно.

Значит, пришла пора многое решить и начать действовать.

Как раз когда я продолжала размышлять, раздался резкий звук открывающейся двери:

— Л-леди?

Дверь комнаты Хеймдаля распахнулась, и он, растерянный, появился в дверях, едва успев натянуть на себя штаны.

Я посмотрела на небо. Солнце еще не зашло. А глаза его были голубыми — значит, сейчас был дневной Хеймдаль.

Ах, напугал же.

— Хеймдаль? Что-то случилось?

— А…

Он нетвердой походкой приблизился и тихо сел рядом со мной. Его крепкая рука обняла мою талию, и я почувствовала тяжесть на плече. Это была его голова.

— Проснулся, а вас рядом нет…

Ах, этот милый, похожий на коричневого щенка мужчина, кажется, испытал легкий приступ тревоги от разлуки.

«Сама думаю, и смешно становится».

Я тихонько рассмеялась и шутливо похлопала его по плечу.

— Вот как?

— Да… Я так испугался, что показал себя с глупой стороны, простите…

— За что тут извиняться? Мне тоже было хорошо.

— Что?

— Просто скоро придет мой младший брат, и я же не могу встречать его в таком виде.

Хеймдаль медленно поднял голову, выражая, что понял.

— Значит, это не сон…

— Конечно, нет.

На его лице все еще оставалось сожаление, которое он не успел скрыть. Какой же все-таки простой человек.

— Тогда я пойду нормально оденусь.

— Оденетесь? Можно и так остаться, мне нравится.

— Если… вы так говорите, то я бы и хотел остаться так…

Хеймдаль слегка покраснел. Я улыбнулась и поправила его съехавшие очки.

Очки-то он все-таки надел.

По этому можно понять, какое значение они для него имеют.

— Скоро солнце зайдет.

— А.

Я сразу поняла, что он имеет в виду. Скоро дневной Хеймдаль закроет глаза, и проснется ночной.

Хеймдаль с сожалением коснулся моего лица, а я, улыбнувшись милой реакции, легко поцеловала его в щеку.

— Увидимся завтра.

Лицо Хеймдаля, до этого нерешительное, немного расслабилось. Он крепко зажмурился, быстро поцеловал меня и крепко обнял.

— Леди, вы мне очень нравитесь. Я действительно постараюсь изо всех сил.

Я моргнула, находясь в его крепких объятиях.

Жар уже полностью спал.

— И поскольку я не хочу, чтобы ночной «я» об этом узнал, постараюсь убрать все следы.

— А… да.

Ах, этот человек всегда был занят тем, что устранял последствия происшествий, устроенных его ночным «я».

— Удачи вам.

Я почувствовала легкую жалость к этому привычному поведению и, обняв его, утешающе похлопала по спине.

Температура уже вернулась к норме, но он все еще ощущался немного горячим, нет, скорее теплым и уютным.

Возможно, поэтому я вдруг удержала его руку, когда он начал отстраняться. Хеймдаль вопросительно посмотрел на меня.

— Леди?

Я немного помедлила и сказала:

— Хеймдаль.

То, о чем я все время думала.

— Я собираюсь уехать.

Я осторожно озвучила свое решение. Вернее, решение уехать было принято давно, я лишь колебалась, говорить ли ему об этом.

Как и ожидалось, Хеймдаль выглядел растерянным. Мне даже показалось, что под очками мелькнул испуг.

— Уехать? О чем вы говорите?

Его рука, уже почти отпустившая мою, внезапно крепко сжала ее.

— Что это значит? Может, именно поэтому вы тогда предложили… сбежать вместе? Я сделал что-то не так?

— Нет, нет. Успокойтесь пока.

Он оказался не таким уж несообразительным, вспомнив мои импульсивные слова и связав их с текущим разговором. Я быстро взяла его за руку и успокоила.

Неизвестно, когда придет Данте, да и солнце скоро зайдет. Времени оставалось немного.

— Я еще не решила, перееду ли просто в другое место или вообще покину этот город.

Обнаружился еще один осколок Евы.

«Как минимум, его я должна забрать с собой».

Так или иначе, я решила, что в этом доме больше не останусь. Я кратко подвела итог.

— Одно ясно точно — этот дом я больше использовать не буду. Как и мое рабочее место.

— Леди…

Хеймдаль закусил губу.

— Если вы уедете, наши отношения тоже изменятся?

Почему-то в доме, который уже начал заливать вечерний закат, его глаза казались отчаянными. Я тихо шевельнула губами:

— …Я ведь не говорила, что хочу все закончить, Хеймдаль.

— …

— И я не уезжаю без предупреждения.

Это значило, что я могла бы уехать внезапно, но не сделала этого.

Будучи человеком проницательным, он, кажется, сразу обо всем догадался.

Ведь за это короткое время мы не раз вместе преодолевали опасности. И так же, как я узнала его, он должен был узнать меня.

Его лицо тут же озарилось улыбкой, словно распустившийся цветок.

— Да, леди.

Я на мгновение вспомнила лицо Фрейи, когда она была под гипнозом, и задумалась: долго ли еще продлится твоя эта беззаботная улыбка?

— Солнце действительно скоро зайдет. Я быстро переоденусь.

— Хорошо.

— Вы же сказали, завтра увидимся?

Хеймдаль на секунду замялся, а затем мягко и нежно улыбнулся.

— Я рад, что есть «завтра». В моей жизни можно по пальцам пересчитать дни, когда я ждал завтрашнего дня…

Хеймдаль отпустил мою руку и медленно повернулся спиной. Я не могла отвести взгляд от его удаляющейся фигуры. Он вдруг резко развернулся и снова подошел ко мне, оперся рукой рядом со мной и слегка наклонил голову.

— У меня тоже есть кое-что, о чем я хочу вам сказать. Надеюсь, скоро мы сможем поговорить.

— Хорошо.

Хеймдаль легко коснулся моих губ и отстранился. Он снова направился в свою комнату, но при этом несколько раз оборачивался, словно не в силах уйти, и выглядел так, будто хозяин, вынужденный оставить дома любимого щенка, отправляясь на работу. Это было так забавно, что я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться.

Щелк.

Дверь закрылась, и вскоре наступил вечер.

Тик-так.

Сколько прошло времени?

Скрип.

Дверь комнаты Хеймдаля снова отворилась. Я подумала, что это входная дверь, и повернула голову, но оказалось, что дверь была с другой стороны.

— Здравствуй, миледи.

Там стоял Хеймдаль, голыми руками отряхивающий мокрые волосы.

— Ничего не здравствуй.

Я, как всегда, спокойно ответила на его приветствие. Только вот почему-то почувствовала непонятное напряжение.

<Хочу хотя бы еще один день побыть с вам дольше, разве… нельзя?>

Да, все дело в лице.

Я внезапно оказалась в ситуации, когда должна скрывать от «ночного него» свои отношения с «дневным им».

Я мысленно застонала и схватилась за голову.

— Что-то не так, миледи?

Ночной Хеймдаль незаметно подошел ближе и положил руку мне на талию.

Пуговицы на рубашке он застегивать явно не собирался, одежда была кое-как наброшена, да и красные глаза, как всегда, были совершенно непроницаемы. В обычной ситуации я бы подумала, что он совершенно отличается от дневного.

Но вот проблема — всего несколько часов назад я прижималась к этой же широкой груди, и теперь он совершенно не казался чужим.

— Ты почему нормально не оденешься?

— Я же дома, у себя дома.

Ночной Хеймдаль усмехнулся, словно удивляясь, почему я задаю такой очевидный вопрос.

Хотя это и банально, но я была рада, что днем была слишком занята, чтобы оставить на нем какие-либо «следы».

Точнее, даже возможности такой не было.

«С таким невинным лицом, а на деле…»

Подробности опустим.

«Это явно контент 18+. Точно».

Я украдкой подняла взгляд. Главное, чтобы ночной Хеймдаль не заметил ничего странного.

— Похоже, тот парень пролил на себя воду.

Как сказал ночной Хеймдаль, с его волос действительно капала вода.

— И одежда насквозь мокрая.

А, значит вот оно что. Похоже, дневной Хеймдаль таким образом решил уничтожить улики.

— Я оставила таз с водой, наверное, он его случайно опрокинул.

— Таз?

Я решила просто подыграть.

Что дневной, что ночной — оба были людьми осторожными и предусмотрительными. Я решила довериться ему.

— Да, днем у тебя была сильная температура, ты был не в себе. Тебе было плохо.

— Что ты сказала?

Я кратко рассказала ему о случившемся днем.

— Монстр?

Я коротко кивнула. Ночной Хеймдаль задумался, а затем медленно опустил взгляд.

— Вот как… Значит, дневной я даже использовал «силу».

Уголки губ Хеймдаля приподнялись в улыбке.

— Наверное, миледи что-то угрожало?

Его рука слегка коснулась моего уха.

— Или была опасность, что ты пострадаешь?

Красные глаза внимательно осмотрели меня с ног до головы. Я инстинктивно слегка отстранилась.

— Эй, эй, почему убегаешь? Мне грустно.

— Потому что ты постоянно пристаешь!

— Хм, разве это что-то новое?

— Вот именно, так не делай из этого что-то новое.

Наш обычный разговор. Я уже почти расслабилась.

— Тогда почему ты переоделась?

— Что?

Ой. Я замешкалась, но было уже поздно. Что за?

Я заставила себя подавить удивление.

— Нет, просто у миледи, кажется, есть свои правила, когда и что надевать.

Хеймдаль легонько коснулся моего горла.

Я невольно вздрогнула, вспомнив дневные события, и снова отступила назад. Спокойно, спокойно, прочь, непристойные мысли!

— Сегодня на тебе черная одежда, которую ты обычно надеваешь только для выполнения заданий.

По спине пробежал холодный пот.

Действительно, во время работы я предпочитала носить одежду, закрывающую шею, чтобы минимизировать шум. Но ведь и в обычные дни я могла ее надеть. Не говоря уже о том, что у меня много похожих вещей, и даже если он такой наблюдательный…

Почему я вообще должна нервничать и потеть, скрывая от него, что встречаюсь с ним же самим?

«Постой. Ведь это один и тот же человек, черт возьми!»

На мгновение меня охватило чувство абсурда, но я взяла себя в руки и покачала головой.