Контент удален!

Хэ Ин, глядя в одну точку невидящим взглядом, глубоко погрузилась в свои мысли. Её рука с лопаточкой, помешивающая картошку, двигалась всё медленнее, пока не остановилась совсем.

— Проблема в том, что если вдруг вы… расстанетесь…

— Ты должна всё очень тщательно обдумать.

Сквозь шкварчание жарящейся картошки в ушах эхом отдавался голос Чхоль Ёна.

Расстаться. С ним.

Она еще ни разу об этом не задумывалась. Словно слово «расставание» вообще отсутствовало в её лексиконе — действительно, ни единого раза.

Разве такое вообще может случиться? Чтобы мы с ним…

Она даже представить себе этого не могла. От одной мысли о жизни без Тэ Гона перехватывало дыхание, поэтому она не хотела даже допускать таких мыслей.

Но что, если… что, если в одном случае из миллиона это всё-таки произойдет…

В тот самый момент, когда от этих совершенно бесполезных мыслей защемило в груди…

— Ты всегда так картошку до углей зажариваешь?

— …!

Она так глубоко ушла в себя, что даже не заметила, когда он успел принять душ и выйти. А то, что старательно поджариваемая картошка превратилась в черные угли, она заметила и того позже.

— …Ой! Что же делать!

Хэ Ин судорожно убавила температуру на индукционной плите и бросила сковородку в раковину. Она настолько растерялась, что просто замерла с лопаточкой в руке, не зная, что делать дальше.

Тэ Гон усмехнулся и потянул Хэ Ин за руку.

— Отойди. Обожжешься.

Забрав у Хэ Ин лопаточку, Тэ Гон высыпал сгоревшую картошку в измельчитель отходов и включил воду. Черная как уголь сковородка начала медленно наполняться водой.

Ах. И как я умудрилась так оплошать.

Хэ Ин, которой было и стыдно, и неловко, сделала плачущее лицо.

— Так и что там за мужик.

Глядя на тонущую в воде сковородку, внезапно спросил он.

— А?

— О каком мужике ты так усердно думала, что даже не заметила, как я подошел? Аж картошку спалила.

В его шутливом тоне отчетливо слышалась усмешка. Хэ Ин принялась потирать шею и попыталась выкрутиться:

— Да просто… о том о сём задумалась…

— О чем таком?

Тэ Гон, прислонившись спиной к раковине, слегка склонил голову набок. Его взгляд был пристальным, словно он пытался прочитать её мысли и узнать, какие тревоги кроются в этой маленькой головке.

— Э-э… ну, в общем…

«Я хочу, чтобы мы перестали скрываться, но боюсь: а вдруг мы расстанемся… Я, конечно, никогда об этом не думала, но в жизни всякое бывает…»

Не могла же она так сказать, поэтому она просто тянула время, не говоря ничего конкретного.

По иронии судьбы, в этот момент её взгляд упал на черный конверт, небрежно брошенный на кухонный островок.

— А, вот!

Её указательный палец, словно повинуясь неведомой силе, ткнул в черный конверт. Она сама не поняла, как выпалила эту чушь:

— Думала, идти или нет… на вечеринку.

Его взгляд, проследив за её пальцем, остановился на конверте. Хэ Ин, с опозданием поняв, что сморозила глупость, крепко прикусила нижнюю губу.

Даже соврать нормально не смогла…

Она и сама понимала, насколько нелепо звучит эта отговорка. Приглашение от De La Mont, которое она даже не заметила между сценариями, всё еще было запечатано красным сургучом.

Тэ Гон, разумеется, не поверивший ни единому слову, взял конверт за краешек и потряс им в воздухе.

— А-а. То есть ты так усердно думала об этом, что даже не заметила, как картошка сгорела?

Казалось, он вот-вот добавит: «Ври, да не завирайся».

Она уже собиралась робко приоткрыть рот, чтобы наконец сказать правду, когда он, склонив голову набок, спросил:

— Ну и к какому выводу пришла?

Решил подыграть? Упустив момент для признания, Хэ Ин сделала невинное лицо и продолжила нести чушь:

— Ну не знаю… Я не особо люблю такие вечеринки, но, может, стоит сходить хоть разок…

— Не ходи.

Он решительно бросил конверт на стол. Фраза была странной, она уже собиралась спросить «Почему?». Он сказал не «Не ходи туда», а «Не приходи».

— Вам что, Тэ Гон-сси, тоже приглашение прислали?

Тэ Гон коротко кивнул и ответил:

— «Чхонун» этот магазин строил. Здание для поп-апа.

— Правда?

Она, конечно, слышала в общих чертах о его рабочих делах, но без подробностей, поэтому не знала. В этот момент в её голове всплыл разговор между Чхун Сопом и Чжи Юн пару дней назад.

— Хёнсуним, а вы на эту вечеринку Дораэмона или как его там не пойдете? Вам же приглашение прислали.

— Дораэмона?

— А-а. Он про афтепати люксового бренда. «Чхонун» тут один поп-ап стор построил, говорят, вечеринка там будет просто отпад. Но Хэ Ин на такие мероприятия не ходит. Не любит она, когда шумно и толпа народу.

— О, да? Эх, жаль. Там всё так круто обустроили.

— А… так тот Дораэмон, про которого Чхун Соп-сси говорил, это…

Она тогда пропустила мимо ушей слова Чхун Сопа о том, чтобы заскочить хоть на минутку. Если бы она знала, что Тэ Гон там будет, она бы всерьез об этом подумала.

Может, то, что конверт так случайно попался ей на глаза, было судьбой? К вечеринке, которая раньше её совершенно не интересовала, вдруг проснулся интерес. Ведь это означало, что она сможет без проблем увидеть его вне дома.

Конечно, они не смогут показать, что знакомы, но тайно перекидываться взглядами тоже может быть забавно. А главное, ей очень хотелось увидеть, какой он за пределами их уютного мирка.

— А почему вы говорите мне не приходить? Это же шанс увидеться вне дома.

— Всё равно даже виду не сможем подать, что знакомы.

— Это да, но…

— У меня не хватит выдержки делать вид, что я тебя не знаю.

Тэ Гон нахмурился и, оборвав её на полуслове, добавил:

— И уж тем более не хватит нервов смотреть, как вокруг тебя будут виться другие ублюдки.

— Да никто не будет…

— В общем. Не приходи.

— …….

Чем больше он запрещает, тем сильнее хочется сделать наоборот — просыпается какой-то дух противоречия…

Она, конечно, понимала его чувства, но ей всё равно стало обидно, и она надула губы. Пока она молча смотрела на него, он опустил стакан, из которого пил воду, и пристально посмотрел ей в глаза. Нахмуренные брови грозно требовали ответа: «Чего молчишь?».

Слегка стушевавшись под его пронзительным взглядом, Хэ Ин поспешно сдала назад:

— Ладно…

Только тогда Тэ Гон довольно приподнял уголки губ, сел на барный стул и скрестил руки на груди.

— А теперь рассказывай. О чем ты на самом деле так усердно думала?

Она-то думала, что он проглотил наживку, а он опять…

Она немного растерялась, но, видимо, предыдущая обида взяла верх над смущением. Хэ Ин с недовольным видом ответила:

— Не знаю. Ничего не скажу.

И стоило ей резко отвернуться, как за спиной раздался его смешок. Пока она молча доставала новую картошку и начала усердно её мыть, он спросил со смехом в голосе:

— Обиделась, что я сказал не приходить?

И правда. И почему мне так обидно из-за какой-то мелочи. Я же не первоклашка, у которой отобрали рюкзак с едой для пикника.

Но раз уж это был отличный способ уйти от ответа, она плотно сжала губы, делая вид, что обиделась еще сильнее.

Он продолжал с улыбкой в голосе:

— А ты не думала, что если не расскажешь, почему картошку спалила, я тоже могу обидеться?

Ой, да делайте что хотите.

Странное дело. Пока она притворялась обиженной, ей стало по-настоящему грустно.

В конце концов Хэ Ин вытерла мокрые руки и просто ушла.

— Куда ты сбегаешь. Иди сюда.

Хэ Ин, сделав вид, что не слышит, поспешно выбежала из кухни, а Тэ Гон только усмехнулся.

Ну и ну. Слегка посмеиваясь над её очаровательной выходкой, он перевел взгляд на сгоревшую сковородку. В его серо-карих глазах вдруг появилась тревога.

Он не мог не заметить, что после их ночного свидания в автокинотеатре Хэ Ин время от времени впадала в задумчивость. И он примерно догадывался, о чем она так глубоко задумалась, раз даже картошку сожгла.

Но он не мог просто взять и решить это за неё.

Что же делать.

Тэ Гон посмотрел на дверь комнаты, за которой скрылась Хэ Ин, и задумчиво постучал пальцами по столешнице.

***

Воздух был непривычно свежим и чистым. Видимость была просто потрясающей. Видимо, осенний дождь, шедший два дня подряд, смыл всю пыль.

Погода была просто создана для того, чтобы пойти на вечеринку.

Чжи Юн, в спешке раздобывшая спонсорские наряды, со стуком поставила бумажные пакеты и напоследок спросила:

— Ты правда, точно пойдешь?

С тех пор как закончилась дорама, Хэ Ин, кроме как на вечеринке по случаю окончания съемок, ни разу не появлялась на шумных мероприятиях, а тут вдруг собралась на афтепати. Чжи Юн, видимо, всё еще не верила своим ушам и переспросила уже в который раз.

Какое-то время разглядывая бумажный пакет с золотым логотипом De La Mont, Хэ Ин решительно кивнула.

По правде говоря, пока Чжи Юн не уехала за нарядами, она всё еще колебалась. Десятки раз порывалась позвонить ей и сказать, чтобы та возвращалась.

Но раз уж одежда здесь, что поделать. Ей было неудобно перед представителями De La Mont, которые спешно подготовили наряды, и перед Чжи Юн, которая моталась за ними, так что придется идти.

Да и к тому же она уже и сама приняла решение.

Чжи Юн сузила глаза и скрестила руки на груди:

— Признайся честно. Это всё из-за Тэ Гон-сси и Чха Сон А, да?

В глубине души она занервничала, но с невозмутимым видом покачала головой:

— …Нет. Просто давно хотела сходить.

— Для таких слов у тебя слишком бегают глаза, Хэ Ин-сси.

— …….

Утром она уже посетила мероприятие в честь открытия поп-ап стора. На самом деле, она даже сказала организаторам на площадке, что не сможет присутствовать на вечерней вечеринке.

Но как только она села в машину, её решимость начала таять. С того самого момента, как она через окно машины увидела Тэ Гона, только что прибывшего на мероприятие.

Вторая часть открытия для VIP-персон должна была пройти днем в закрытом формате. Он приехал как раз к этому времени, но был не один. Из машины, остановившейся сразу за его седаном, вышла Чха Сон А.

Тэ Гон, видимо, ждал, пока она выйдет, и они вместе зашли в здание. В тот момент, когда она увидела их спины, идущие бок о бок, у нее всё внутри закипело.

— Интересно, Чха Сон А тоже придет на вечеринку?

— Не знаю. Узнать?

Раз уж она так открыто спросила об этом Чжи Юн, неудивительно, что теперь та сверлила её подозрительным взглядом.