Дело шло к густым сумеркам.

— Ждешь от хёна весточки?

Хэ Ин, которая, перестав протирать деревянный пол, загляделась в телефон, с опозданием подняла голову.

— …А?

Незаметно подошедший Су Чхоль присел на край пола и повторил:

— Уставилась в телефон и глаз не сводишь. Я и подумал, что ты ждешь, когда Тэ Гон-хён напишет.

— Да так…

Хэ Ин неловко улыбнулась и отложила телефон.

— Нет, просто время посмотрела. В такие часы Тэ Гон обычно занят. Он звонит поздно вечером.

На самом деле она прождала весь день. Обычно он редко выходил на связь в светлое время суток, но перед тем как проснуться и выйти из отеля, он всегда звонил… А сегодня ни единого сообщения за весь день, вплоть до самых сумерек.

Видел ли он, что моим именем забиты все порталы?

Перед Чхоль Ёном она притворялась, что всё в порядке, но в действительности всё это время не могла расслабиться. В глубине души ей хотелось услышать его ласковый, полный беспокойства голос.

Она даже втайне мечтала: если он вдруг скажет «Может, мне приехать?», она сделает вид, что просто не смогла ему отказать, и попросит приехать.

И всё же…

Неужто с ним что-то стряслось?

Когда он временами пропадал со связи без предупреждения, как обычно, ее в первую очередь охватывала тревога.

Взгляд всё время возвращался к телефону. И хотя она точно проверяла его совсем недавно, она снова взяла аппарат в руки, подумав: «А вдруг звук выключен?»

В этот момент Су Чхоль, словно о чем-то вспомнив, сказал:

— А, кстати. Последнее время в городе так тихо, гопники куда-то подевались. Владелец круглосуточного говорит, что в районе с барами в соседнем городе тоже тишь да гладь. Наверное, они и оттуда свалили.

— А куда они могли деться?

— Да хрен их знает. Пару дней вообще не появляются. Может, мусора повязали? В общем, без этих рубашек с драконами тут просто рай на земле.

Кстати, Ён Сун, которая на днях ходила на рынок, говорила то же самое. Что в городе как-то странно чисто стало и даже воздух другой. Может быть, причина, которую Ён Сун не смогла понять, крылась в этом?

Внезапное исчезновение бандитов не было чем-то, о чем стоило бы размышлять, но ей вдруг вспомнились слова Тэ Гона:

«Мы не так уж близки. Просто они понадобились мне на время».

Может, это как-то связано с ним…

В голове воцарилась странная неразбериха.

— Ах да, я же пришел вот это отдать.

Хлопнув в ладоши, словно забыв о чем-то важном, Су Чхоль вдруг начал рыться в кармане штанов.

— Что это?

Вытянув шею, Хэ Ин удивленно посмотрела на маленькую коробочку, которую Су Чхоль скомканной вытащил из кармана.

— На днях в магазин завезли.

— Это что…

Взглянув на то, что легло ей в руку, Хэ Ин не смогла закончить фразу и открыла рот от изумления.

Боже мой. Что это…

— Я еле уломал хозяина заказать, но, честное слово, ни одной штуки не продали. Видать, таких больших чуваков и вправду днем с огнем не сыщешь.

— …

Получив ни с того ни с сего презерватив размера XL, неловко, кажется, было только ей одной.

Хэ Ин, наблюдая за Су Чхолем, который лишь пожал плечами с таким невозмутимым видом, будто протянул ей конфету, сухо усмехнулась. Лицо горело от смущения, но краснела она одна.

— Ты вообще… Нет, тебе совсем не стыдно перед нуной?

— А че такого? Презервативы — это ж не наркота. Нас учили, что это необходимая вещь для безопасного секса.

Говорит-то он складно, и не поспоришь.

Вспомнив тот день, когда Су Чхоль попытался всучить обычные презервативы Тэ Гону и получил от ворот поворот, Хэ Ин в конце концов со смехом покачала головой. Но кто бы мог подумать, что он заморочится и закажет большой размер.

Вспомнив, как он суетился, намывая машину, она поняла, что парень просто из кожи вон лезет, чтобы хоть как-то отблагодарить хёна.

— Ну ты даешь, слов нет.

— Хе-хе, — искренне рассмеявшись, Су Чхоль с гордостью заявил: — Хотел подарить хёну, когда он вернется, но ты тоже возьми. Это подарок.

— Наверное, я должна сказать спасибо?

— Ну а то! Ты ж знаешь, я свои кровные просто так не транжирю.

Ох, и что мне с ним делать?

— Ладно. Спасибо. Похоже, кроме нашего Су Чхоля, обо мне и позаботиться-то некому.

Сказать «Я буду использовать их с умом» у нее язык не повернулся. Когда я вообще смогу ими воспользоваться?

Конечно, неловко, но… я бы тоже хотела, чтобы этот день настал поскорее.

День, когда я действительно смогу их использовать… чтобы не разочаровать его.

Хотя подарок был преподнесен с самыми чистыми намерениями, от одних лишь мыслей тело бросало в жар — видимо, я и правда испорченная.

— Су Чхоль, ты здесь?

От внезапного звука она вскинула голову. Тэ Гиль, который сегодня вернулся с работы пораньше, миновал забор и открывал калитку.

— Здравствуйте, дедушка.

— Вы уже вернулись? Сегодня вы рано.

— Да, есть такое.

Поспешно запихнув презерватив в карман, Хэ Ин спустилась во двор и взяла пакет из рук Тэ Гиля. Внутри оказались три жирные, белоснежные домашние курицы.

— Откуда куры?

— Да такие пухленькие были, мясистые, вот и взял. Сегодня их и сварим. Тут на всех хватит, так что, Су Чхоль, бери одну, с матерью съедите.

— О, спасибо!

— Как вкусно! Я сейчас всё приготовлю.

Хэ Ин обхватила тяжелый пакет и направилась на кухню. В это короткое время ее взгляд, словно магнитом, притянулся к телефону, лежащему на деревянном полу, и оторвался от него.

Пока она не сварила трех кур, пока не отложила порцию для семьи Су Чхоля и пока не вылизала свою тарелку дочиста.

Нет, пока она не убрала со стола, не выпила с Тэ Гилем макколли вдоволь и не легла в постель, от него не было ни весточки.

***

На рабочий стол глухо легли окровавленные часы. Рядом с ними, брошенные словно нехотя, опустились портсигар и зажигалка, на которых запекшаяся кровь тоже вырезала свои узоры.

— Ха…

Проведя рукой по изможденному лицу, Тэ Гон, массируя ноющую шею, направился в ванную.

С каждым шагом из ослабевших рук падали вещи. И хотя на черном костюме и рубашке это было не так заметно, сброшенная одежда тоже была пропитана кровью.

Встав под душ и закрыв глаза, он почувствовал, как темнота перед глазами закружилась.

Видать, к дракам тоже нужно привыкать; давно не разминая кулаки, он понял, что выносливость уже не та. К тому же из-за того, что прошлой ночью он мотался в Инчхон и не сомкнул глаз, голова гудела с удвоенной силой.

Сколько часов он носился по городу в таком состоянии? Если подумать, он даже не заметил, как наступила ночь.

Быстро разобравшись с шайкой Кан Док Гу, он встретился с канцлером Пэком и завершил отложенное на потом соглашение. Документы, компрометирующие Чо Сок Хёна, которые перешли в его руки, скоро будут обнародованы.

Тем временем с ним связался Шут, охранявший храм. Сказал, что дыхание Ма Сан Бэ совсем прерывистое.

Вместе с адвокатом Паком они спешно вернулись в храм и приложили красную мастику к теряющим жизнь пальцам.

Словно это было его последним долгом в этом мире, Ма Сан Бэ испустил дух сразу же после того, как поставил отпечаток пальца на доверенности о передаче акций.

Конечно, называть это «идеальным таймингом» перед лицом смерти босса, которому он служил, было бы кощунством, но момент и правда был как нельзя более удачным.

Теперь можно было окончательно разобраться с долей Ма Сан Бэ, которая всё это время висела в воздухе из-за неопределенности его состояния.

Даже те несколько директоров, которые относились скептически к выдвижению Тэ Гона на пост председателя, прикрываясь им как поводом, теперь будут молчать.

Ближе к ночи. Похороны босса, который напоследок сослужил ему такую службу, провести всё же следовало, поэтому, погрузив остывающее тело, они покинули храм.

Конечно, было неизвестно, какую выходку выкинет Чо Сок Хён, когда услышит новость и явится на похороны, и это оставалось переменной, но каким бы тупоголовым он ни был, он не станет махать ножом в самом центре Сеула.

Если он, не дай бог, как сумасшедший сорвется с цепи и добавит себе еще одно неопровержимое обвинение — для них это будет только на руку.

Но если до того, как прольется кровь, будет вовремя выдан ордер на экстренный арест, финал выйдет еще более чистым.

Поэтому они спешно подыскали зал для прощания, стараясь не выезжать за пределы Сеула.

В поисках свободного места они еле нашли подходящий зал, отдали распоряжения о подготовке и только сейчас ненадолго заскочили в отель, чтобы смыть с себя кровь.

Теплая вода лениво обволакивала тяжелое тело. Даже после того, как вся чужая кровь была смыта, по левому предплечью еще какое-то время стекала алая струйка.

Рана, которая за весь день подсохла сама по себе без всякой обработки, похоже, снова открылась от горячей воды.

— Ха-а.

Вздохи вырывались один за другим. Эта чертова усталость от того, что после драки всё тело ломит, за столько лет никуда не делась.

И потому сегодня он был измотан как никогда.

Многое было решено, и цель была уже совсем близко, но именно сегодня его воля дала слабину.

Вся жизнь была такой, с чего бы вдруг это стало в новинку? Когда это я жил как праведник, чтобы теперь, запачкав руки в крови, испытывать сомнения?

Встретив невероятно чистую Ли Хэ Ин, мое сердце уже само возомнило себя святошей. Но реальность такова, что мне всё равно приходится пачкать руки, оттого душа и тело всё больше погружаются в сомнения и усталость.

Осталось потерпеть совсем немного. Как только через несколько дней пройдет заседание совета директоров — всё закончится.

Тэ Гон долго стоял под струями воды, даже не думая брать шампунь. Словно заснув стоя, он не открывал закрытых глаз.

Еще никогда он так сильно не скучал по морю в Анджине, расстилающемуся в темноте.

Почти двадцать дней он находился в постоянном напряжении, терся среди этих безжалостных ублюдков, и теперь ему просто хотелось отдохнуть. Прямо сейчас ему хотелось лишь уткнуться носом в грудь Хэ Ин на деревянном полу уединенного дома на холме и уснуть.

— …

В этот момент он внезапно открыл глаза. Когда мысли плавно перетекли к Ли Хэ Ин. Только тогда спохватившийся Тэ Гон бесцельно оглянулся на дверь ванной. Вспомнив о невидимых часах, он поспешно домылся.

Если подумать, я ведь за весь день так и не услышал ее голоса.

Когда он вышел из ванной, время уже близилось к трем часам ночи.

Кое-как перевязав полотенцем руку, кровь из которой никак не останавливалась, он взял телефон. Первым делом он проверил сообщение от Хэ Ин.

«Видел новости? Сегодня я впервые за долгое время почувствовала себя настоящей знаменитостью. Хе-хе-хе»

Недоумевая, он открыл приложение с новостями, и на первой же странице раздела развлечений во весь экран красовалось лицо Хэ Ин.

— Да что за херня.

Его руки быстро замелькали, просматривая бесчисленные статьи, хлынувшие за этот сумасшедший день.

«Знакомое лицо, очевидцы заметили Ли Хэ Ин»

«„Ли Хэ Ин“ спустя 2 года: сильно похудевшее лицо»

«Ли Хэ Ин замечена. На каком море в Чолладо она находится?»

Пробежавшись глазами, он понял, что весь день творилась какая-то хрень из-за соцсетей. Неужто это из-за тех вчерашних хоппанов?

— Ха…

Издав долгий вздох, Тэ Гон с озадаченным видом потер подбородок.

Снова открыв сообщение, он долго смотрел на смайлики, набранные согласными буквами.

Как бы ей ни стало лучше, она ведь весь день наверняка сходила с ума от тревоги, а теперь снова притворяется, что всё в порядке. Наверное, специально отправила такое бодрое сообщение, боясь, что я буду переживать.

— Ах… ну что за Ли Хэ Ин.

А я в такой день не смог ей даже позвонить…

«Ты, наверное, сегодня очень занят. А я уже ложусь спать».

Последнее сообщение было отправлено два часа назад.

В его глубоком вздохе сквозило отчаяние. Поколебавшись с большим пальцем над кнопкой вызова, он в итоге открыл окно сообщений.

«Прости. Только сейчас проверил телефон. Пишу, чтобы не разбудить. Как проснешься — позвони».

Нажав кнопку «отправить», он на мгновение откинул голову на спинку дивана. Что-то огромное и тяжелое давило на лицо, спускалось к шее и постепенно поглощало всё тело, словно пригвождая его к полу.

Тем временем в его гудящей голове водоворотом крутились мысли о самых разных вещах.

Хэ Ин и Чо Сок Хён. И дела, которые нужно уладить в Сеуле.

Блуждая в этом клубке мыслей, он на мгновение отключился. Это было скорее похоже на обморок, чем на сон.

А может, и не мгновение — открыв глаза от звонка, он увидел, что за окном светает.

Заснувший сидя на диване Тэ Гон с закрытыми глазами поднес телефон к уху. Как только соединение установилось, голос Чхун Сопа прогнал остатки сна.

— Хённим, Чо Сок Хён приперся!

— Ха…

Блядь. Быстро же он примчался.

Тэ Гон провел рукой по изможденному лицу и поднял тяжелое тело.