Когда они поднялись на холм и подошли к пустырю...

Резкий, хриплый голос Чхун Сопа разносился на всю округу.

— Да забудь ты про всё это! Главное — точно прописать по слабым местам, считай, полдела сделано. Кадык, солнечное сплетение и вот сюда, по яйцам! А? Понял? А ну, давай, покажи.

— Кия-я-я! — раздался следом полный энтузиазма крик Су Чхоля. И тут же Чхун Соп истошно завопил:

— Да нет же, придурок! Я не говорил бить по моим яйцам! Да еб твою мать, я щас из этого дебила отбивную сделаю.

— Ай!

Получив звонкий щелбан, Су Чхоль схватился за голову и невольно посмотрел поверх забора. Увидев Хэ Ин и Тэ Гона, его лицо просияло, словно он встретил спасителей.

— Нуна!

Чхун Соп, который размахивал в воздухе крепко сжатым кулаком, только тогда обернулся. Картина с красивой парочкой ему явно не понравилась, и он тут же скривился.

Мало того, эти двое, с грохотом открывшие ворота и вошедшие во двор, так раздражающе жались друг к другу, что лицо Чхун Сопа перекосило еще сильнее.

Взгляд Чхун Сопа упал на карман куртки Тэ Гона. Ему не нужно было обладать рентгеновским зрением, чтобы понять, как именно переплетены две руки, спрятанные внутри.

— …Блять.

Увидев дергающуюся верхнюю губу Чхун Сопа, Хэ Ин машинально отпустила руку Тэ Гона.

Но он, наоборот, потянул её руку на себя и спрятал глубоко в своем кармане.

Тэ Гон был рядом, словно каменная стена, но взгляд Чхун Сопа всё равно заставлял её нервничать. Хэ Ин незаметно спряталась наполовину за спину Тэ Гона.

Только сейчас она заметила, что Су Чхоль, стоявший рядом, смотрит на них с не меньшим ошеломлением.

Тэ Гон перевел взгляд с опешившего Су Чхоля на Чхун Сопа и спросил:

— Я сказал тебе учить его, зачем ты парня бьешь?

— Не, ну этот дебил, я ему говорю: «Бей сюда», а он мне по яйцам…

Чхун Соп, с обиженным лицом тыча пальцем куда-то в пространство, вдруг осекся и плюхнулся на деревянный настил в углу двора.

— А, в пизду! Я сделал всё, что мог. Из этого сопляка даже Брюс Ли бойца не сделает.

Чхун Соп вздрогнул от отвращения и замахал руками.

Уголки губ Су Чхоля на мгновение поникли, но тут же он, косясь на сплетенные руки в кармане Тэ Гона, произнес с полным отчаяния лицом:

— Но нуна. Как же так…

Он смотрел на Хэ Ин так, словно увидел нечто ужасное, и сильно нахмурился. Когда Хэ Ин смущенно кашлянула и покраснела, Су Чхоль глубоко вздохнул.

— Эх… Так не пойдет. Так нельзя-я-я-я.

Чхун Соп, развалившийся на настиле, резко вскочил и поддержал его:

— Во-во! И ты так думаешь, да? Надо же, этот сопляк впервые сказал что-то путное.

Су Чхоль, который только что радостно подбежал к Хэ Ин, снова бочком-бочком вернулся к Чхун Сопу. Чхун Соп, воспрянув духом от обретенного союзника, обнял Су Чхоля за плечи и усадил рядом с собой.

— Смотри. Мужчина и женщина — это вам не хухры-мухры, а? Разве можно вот так бесстыдно за ручки держаться и на всю деревню светиться? А? Скажи же, круглосуточный.

— Нельзя. Ни в коем случае нельзя.

— Вот видите, хён. Даже этот пацан говорит, что категорически нельз…

— Идем есть.

Резко оборвав Чхун Сопа на полуслове и развернувшись, Тэ Гон потащил Хэ Ин на кухню.

— А, хённи-и-им!

Сзади раздался грубый, ревущий бас. Хэ Ин с неловким лицом оглянулась на двоих, которые с недовольным видом шушукались, сдвинув головы.

Она не ожидала, что даже Су Чхоль отреагирует подобным образом, и была немного сбита с толку.

Они оба молоды, здоровы, она уже более-менее оправилась от своих душевных ран. К тому же, ни у кого из них нет семьи. Парень и девушка хотят попробовать построить красивые отношения, так почему вместо того, чтобы порадоваться за них, эти двое так недовольны?

Из-за этого у неё закрадывались сомнения: а не делает ли она что-то не так, отдаваясь своим чувствам?

— Я же говорил, это от ревности.

Тэ Гон поймал взгляд Хэ Ин, который всё еще был устремлен на двор.

— Не обращай внимания.

Произнеся это обыденным тоном, он слабо улыбнулся.

Что мне делать, я теперь просто смотрю на его лицо, а сердце так трепещет и радуется. Я не знаю почему, но мне всё равно, даже если они недовольны.

Хэ Ин, словно забыв о своих тревогах, улыбнулась в ответ и кивнула.

***

На холм опустилась тихая ночь.

Закончив свой насыщенный день, Чжи Юн поздно вечером позвонила, чтобы поздравить с Новым годом.

Бросив бодрое: «Подруга, с Новым годом!», Чжи Юн, жутко взбудораженная, начала вываливать новости из внешнего мира.

Оказалось, что прямо с утра в первый день Нового года одно СМИ опубликовало новость об отношениях топ-актера Чан Тхэ Су и Сон Су Ён.

Хэ Ин, лежа на животе, накрывшись одеялом с головой, ярко улыбнулась:

— Я так и знала.

— Правда? Откуда?

— Мы с Су Ён-сси пересеклись в салоне года три назад. Она тогда меня кучу всего про него расспрашивала. Мы же с Тхэ Су-сонбэ как раз дораму закончили снимать.

Ближе к вечеру обе стороны выпустили официальные заявления. Сказали, что встречаются уже два года и готовятся к свадьбе.

— Ва-а, значит, это Сон Су Ён первая хвостом завиляла? У-у, лиса хитрая!

Чжи Юн, ярая фанатка Чан Тхэ Су, всё причитала, сокрушаясь, что ей приходится «отпустить своего оппу».

Хэ Ин хихикала, успокаивая её наигранные слезы.

— Да и хорошо. Хватит тебе уже крутить виртуальные романы с Тхэ Су-сонбэ, найди себе реального парня.

— Ох, подруга. Да где ж мне время на романы взять. Бегать по всем этим прослушиваниям и съемкам — это ж жесть как выматывает. Да и кто у нас тут самый крутой стилист? Чуть только выдастся минутка отдохнуть — опять зовут и зовут, ух, без меня эта индустрия просто рухнет!

В ответ на её шутливое хвастовство Хэ Ин засмеялась.

— Это точно. Наша Ким Чжи Юн-сси в стайлинге просто профи. Признаю.

— Естественно, а то ж.

Сквозь её громкий смех послышалось гудение кофемашины — вж-ж-ж. Хэ Ин посмотрела на часы, время уже перевалило за полночь, и сказала:

— Кофе на ночь глядя? Говорила же, что устала, ложилась бы спать скорее.

— Для женщины с кофеиновой зависимостью не бывает слишком позднего времени.

Хэ Ин только собиралась поворчать, чтобы в новом году она пила поменьше кофе, как Чжи Юн, предвосхищая нравоучения, вдруг спросила:

— Кстати, у тебя что, случилось что-то хорошее?

— А?

Шею рефлекторно обдало жаром. Перед глазами тут же всплыло чье-то лицо, и сердце екнуло.

Хэ Ин слегка прикусила дрогнувшие губы и прикинулась дурочкой:

— Нет, вроде ничего особенного… А что?

— Да у тебя голос не такой, как обычно. Обычно ты разговариваешь где-то в тональности до-ре-ми. А сейчас… соль? Нет. Даже на ля тянет.

Надо же. Вроде ничего такого не сказала, а по мне так видно…

— А… правда?

— Чего-чего, ну-ка колись. Что-то явно есть, да?

Рассказать или нет? На мгновение она заколебалась. Ей очень хотелось всё выболтать, но она не представляла, какой будет реакция Чжи Юн, и поэтому сомневалась.

Она и так сильно переживала из-за того, что в соседней комнате поселился какой-то бандит, так что это могло вызвать еще больше беспокойства. «Он хоть и бандит, но очень добрый» — даже если она так скажет, поверит ли ей Чжи Юн?

— Ой, ты смотри, смотри на неё. Раз сразу не отвечаешь, значит, точно что-то есть, подруга. Что такое? А?

Голос Чжи Юн зазвучал еще более взбудораженно. Отбросив сомнения, Хэ Ин радостно поделилась переменами, которые произошли с ней в последнее время.

— На самом деле я… теперь хожу здесь без очков и маски.

Конечно, разговор о нем она решила отложить на потом. Парой слов всё равно бы не обошлось.

Чжи Юн шумно втянула воздух и повысила голос:

— Жесть. Правда?! Серьезно?!

— Угу. Вчера в доме культуры был праздник по случаю конца года, и я туда ходила. И даже выпила.

— Обалдеть! Тебе уже лучше?

— Угу. Намного лучше.

— А алкоголь? Выпила, и что? Всё нормально было?

В памяти промелькнул образ Чжи Юн, которая, проснувшись в ту ночь, когда Хэ Ин порезала себе запястья спьяну, и зайдя в ванную, кричала и рыдала, увидев её.

Хэ Ин ответила более бодрым голосом, чтобы успокоить её:

— Да. Мы отлично повеселились. Ничего с собой не сделала, и проснулась сегодня со свежей головой.

— Эй… подруга, ты просто…

Протяжный голос Чжи Юн на конце заметно дрогнул. На том конце провода повисло молчание, а затем послышались всхлипывания.

— Плачешь?

Чжи Юн не смогла ответить и только шмыгала носом. У Хэ Ин тоже защипало в носу; она потерла его и нарочито ворчливо сказала:

— Я же говорю, что мне лучше, чего ты ревешь-то.

— Это я от благодарности. За то, что моя подруга такая сильная и молодец. Спасибо тебе, что выжила…

— Прекрати. Я сейчас тоже расплачусь.

— Не знаю. Я сейчас так счастлива, у меня прям руки трясутся. Теперь я смогу со спокойной душой отпустить Тхэ Су-оппу.

— Что к чему. Как одно с другим связано?

— Ой, не знаю я, подруга!

Ы-а-а-а! В конце концов Чжи Юн разрыдалась в голос и еще долго плакала. На вопрос, полный надежды: «Значит, ты теперь сможешь вернуться?», Хэ Ин не смогла ответить утвердительно, но дала обнадеживающее обещание постараться.

Они то смеялись, то плакали. Смеялись и снова плакали. Чжи Юн, словно Хэ Ин уже вернулась в индустрию, заявила, что пойдет искать одежду, в которую её оденет, и на ночь глядя принялась листать журналы.

К тому моменту, как они закончили разговор с взбудораженной Чжи Юн, было уже около часа ночи.

До звонка она явно чувствовала усталость, но теперь сон как рукой сняло. Приподнятое настроение никак не хотело утихать.

Смогу ли я действительно вернуться в этом году? На свое место.

Она смотрела в потолок, лелея смутную надежду, когда…

Вж-ж-ж. Телефон коротко завибрировал.

Это было сообщение от него, присланное с номера Чхун Сопа.

[Долго же ты болтаешь по телефону на ночь глядя.]

Хэ Ин по привычке перевернулась на живот и набрала ответ:

[ Вы слышали? ]

[ Звукоизоляция тут паршивая. ]

Ну да. Раз храп Чхун Сопа был так отчетливо слышен, то и её болтовня, должно быть, доносилась до них.

Хэ Ин смущенно улыбнулась и напечатала сообщение:

[ А вы почему не спите? ]

[ Подслушивал разговор Ли Хэ Ин-сси. Подруга? ]

[ Да. Она была моим стилистом. Чхун Соп-сси, наверное, сильно устал. Храпит просто ужас. ]

[ Я уже сам подумываю его придушить. ]

— Пфф…

Короткие забавные сообщения летали туда-сюда сквозь стену. Они не говорили ничего особенного, но уголки её губ никак не хотели опускаться.

Болтая ногами в воздухе, Хэ Ин снова легла на спину и подняла телефон над собой.

Вж-ж-ж, снова раздалась вибрация.

Но на этот раз, к её сожалению, сообщение было завершающим.

[ Ложись спать. Уже поздно. ]

Помяв пальцами кнопки, Хэ Ин нехотя набрала прощание:

[ Я еще почитаю сценарий и лягу. Спокойной ночи. ]

Опустив руку с телефоном на грудь, Хэ Ин тупо уставилась в потолок. Больше ответов от него не было.

Двигались только пальцы, но после такого оживленного разговора она вдруг почувствовала опустошение. Завтра утром они снова увидятся, но почему-то ей было так жаль заканчивать переписку.

Бесцельно теребя телефон, Хэ Ин снова и снова перечитывала их переписку, глупо улыбаясь.

Спустя пять минут телефон снова завибрировал.

[ Раз не спишь, может, прокатимся? ]

— …Ах.

Из неё вырвался бессмысленный вздох удивления.

Для любого другого это было бы самым невинным предложением на свете, но почему тогда её сердце забилось так сильно?

Если я сразу соглашусь, не покажется ли это слишком легкомысленным?

Пока она накручивала себя, предаваясь пустым раздумьям, телефон завибрировал снова: Вж-ж-ж.

Прочитав сообщение, Хэ Ин крепко прижала руку к груди, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

[ Выходи. ]