Тэ Гон с совершенно невозмутимым лицом, как ни в чем не бывало, пожал плечами:
— Да так, ничего особенного. В груди немного сдавило, вот и вздохнул глубоко.
— …Вздохнули?
Хэ Ин, судорожно втянув воздух от его ответа, не могла найти слов и лишь покачала головой.
Даже если и придумывать отговорки, как можно нести такой бред, в который ни один нормальный человек не поверит…
И зачем нужно было упрямиться? Четырех раз было мало? Надо было во что бы то ни стало добить до пяти, чтобы в итоге швы разошлись.
Ох… ну правда, сил моих больше нет.
— Что, какая-то серьезная проблема?
— А. Нет. Разошлось не сильно, так что просто обработаем по-быстрому и всё.
Тэ Гон многозначительно кивнул Хэ Ин, мол, «я же говорил». Она до этого раз десять слышала от него, что ничего страшного и не стоит переживать, но всё равно не могла успокоиться.
Лечащий врач, аккуратно зашивая разошедшийся шов, шутливо добавил:
— Будьте осторожнее. Вам надо поскорее поправиться и выписываться. Исполнительный директор Ян каждый день меня донимает, требует, чтобы я председателя поскорее на ноги поставил.
Как он и сказал, ничего серьезного не было, и процедура быстро закончилась. Врач добродушно посмеялся и вышел из палаты.
В его ласковом взгляде, брошенном на Хэ Ин перед уходом, читалось многое, но она, сделав невинное лицо, лишь лучезарно улыбнулась и попрощалась.
Щелк. Как только дверь закрылась, её глаза сузились, и она сердито посмотрела на Тэ Гона.
— Ха… Вы меня когда-нибудь точно доконаете…
Хэ Ин вытерла холодный пот со лба и решительно подошла к нему. Бить больного было нельзя, поэтому она крепко ущипнула его за тыльную сторону ладони.
— Ай.
Он притворился, что ему больно, но это длилось недолго. Уголки его губ тут же дрогнули, и он беззвучно рассмеялся.
— Ну серьезно…
— Врач же сказал, что всё нормально.
— В любом случае, швы-то разошлись. Вам поправляться надо, а вы что творите.
Тэ Гон тихо рассмеялся и, притянув Хэ Ин за талию, спросил:
— И что. Тебе не понравилось?
— Да нет… дело не в этом…
— Тогда, может, еще раз швы порвем?
— Совсем с ума сошли?
Хэ Ин с силой шлепнула по его руке, обнимавшей её за талию, и поспешно отступила. Но он тут же протянул руку и схватил её за запястье.
— Куда собралась?
— Собираться надо. Чхоль Ён-оппа сказал, что пораньше за мной заедет.
С его лица мгновенно слетела игривость, и на нем ясно читалось сожаление. Они больше двух недель были неразлучны, и всё равно ему было так жаль её отпускать.
Хэ Ин села на край кровати, обхватила его лицо ладонями и легко поцеловала. Чмокнув его в губы, она улыбнулась.
— Возвращайтесь за мной скорее. Я буду ждать и вести себя хорошо.
— Я подумаю.
Сам же говорил закатить грандиозную вечеринку для дедушки Тэ Гиля за двоих, а теперь вредничает… С растрепанными волосами и опущенными уголками глаз он был похож на огромного грустного щенка.
Хэ Ин нежно пригладила его растрепанные волосы, снова взяла его за лицо и крепко прижалась к его губам. На этот раз дольше, глубже и страстнее.
— Возвращайтесь скорее. Я буду ждать.
От одного глубокого поцелуя его сердце растаяло, и только тогда он красиво улыбнулся.
— Угу.
Их губы мягко соприкоснулись, и языки сплелись в нежном поцелуе.
Свет, ставший на тон ярче, мягко проникал сквозь большое окно. Восходило солнце, которое сегодня проснулось чуть раньше, чем вчера.
Кажется, приближалась весна.
***
В полдень того дня, когда прошел весенний дождь.
Тэ Гиль, закрыв клинику и прождав её всё утро, спустился к самому подножию холма, чтобы встретить Хэ Ин.
Она чуть было не растрогалась, подумав, что он так сильно её ждал, но Тэ Гиль нетерпеливо спросил:
— Ну, как там Тэ Гон?
Конечно, она периодически сообщала ему о здоровье Тэ Гона по телефону, но ему, видимо, хотелось услышать все подробности лично.
Услышав о её возвращении, жители деревни тоже наперебой поспешили к дому на холме.
И старики, едва усевшись на веранде, тут же принялись расспрашивать о Тэ Гоне.
— Как он, наш Тэ Гон, опять целехонек?
— Ну и живучий же он малый! Сколько раз уже под нож попадал, а всё никак не помрет, а? Хо-хо-хо!
— Это всё потому, что душа у него добрая, вот Бог ему долгую жизнь и дает. Так когда его выпишут-то?
А… так вы все не меня ждали.
Ей стало чуточку обидно, но Хэ Ин тут же почувствовала гордость. То, как все единодушно переживали за него и заботились, вызывало у неё глубокую благодарность и трогало до слез.
Следующей темой для обсуждения, после здоровья Тэ Гона, стала, конечно же, его профессия.
— А правда, что Тэ Гон-то наш, и впрямь председателем стал?
— Ох, ну дает. Наш Тэ Гон-то в большие люди выбился!
— Я ж говорила, он с малых лет толковый был! Я так и знала, что он далеко пойдет.
В этот момент Тэ Гон стал гордостью деревни Сондэ, их общим сыном и внуком.
Разговоры, которые старики вели, собравшись кучками на веранде дома на холме, продолжались с полудня до самого вечера.
От истории Тэ Гона и Хэ Ин до новостей о том, что собака бабушки Мок Ре ощенилась. Темы сменяли друг друга в хаотичном порядке, но в конце концов всё сводилось к разговорам о них двоих.
— Ну так что, а? Когда нам лапшу на свадьбе варить будешь?
На шутливый вопрос бабушки Мок Ре Тэ Гиль громко рассмеялся и добавил:
— А свадьбу-то можно и тут, в Доме культуры, сыграть. Я вам так и быть, бесплатно церемонию проведу.
Хэ Ин весело рассмеялась и ответила: «Да, отличная идея». Если когда-нибудь наступит день, когда они пообещают друг другу быть вместе всю жизнь, она действительно была бы не против такого варианта.
А свадебную песню, наверное, споет Чхун Соп. Намотав провод микрофона на руку, со своим неповторимым колоритом.
В тот вечер они с Тэ Гилем, сидя друг напротив друга, впервые за долгое время играли в гостоп. Без макколли тоже не обошлось, а непрекращающийся смех стал приятным дополнением к этому вечеру.
***
На третий день после её возвращения в деревню. Был день рождения дедушки Тэ Гиля.
Около 4 часов дня Хэ Ин вышла на кухню, смешала замоченный клейкий рис, чтобы поставить вариться, и приготовила суп из морской капусты.
Чтобы угостить стариков, она приготовила целую огромную корзину чапчхэ и сварила целый котел тушеных ребрышек.
Помимо этого, она планировала приготовить еще кучу разных закусок и блюд, попросив помощи у Ён Сун.
Если Су Чхоль купит торт по дороге с подработки, получится весьма щедрый праздничный стол.
Она как раз сидела на веранде напротив Ён Сун, и они весело болтали, с энтузиазмом готовя еду, когда…
— Нуна!
Вернувшийся с подработки Су Чхоль высоко поднял коробку с тортом из-за забора и бодро подбежал к ним. Ён Сун, сворачивавшая рулетики из маринованной редьки, в ужасе закричала на него:
— Ой, ой! Не тряси так! Весь торт помнешь!
Су Чхоль, почему-то с возбужденным лицом, распахнул калитку и сказал:
— Сейчас вообще не до торта!
Перебежав двор, Су Чхоль бросил торт на деревянный настил и радостно закричал:
— Аджосси-анчоус приехал! Идите скорей посмотрите, скорей!
— Что?
Глаза Хэ Ин, чистившей овощи, округлились и стали размером с леденец. Она ничего об этом не слышала, и это было так неожиданно.
Хэ Ин растерянно заморгала и переспросила:
— Чхун Соп-сси приехал?
— Да, говорю же! Проехал мимо на машине и прямо передо мной затормозил! Мы с ним даже поздоровались. А за его машиной целая вереница вот та-а-аких здоровенных грузовиков ехала! В общем, они к Дому культуры поехали. Пойдемте скорее посмотрим!
Перевозбужденный Су Чхоль начал отчаянно тянуть Хэ Ин за руку. Ён Сун, сорвав с рук целлофановые перчатки, тоже вскочила с воодушевленным лицом:
— Давай, пошли поглядим, чё там стряслось! Вставай, скорей!
— А. Да, да, иду.
Хэ Ин, которую подняли на ноги, поспешно сняла перчатки и направилась к Дому культуры.
— Боже мой…
Подойдя к переднему двору Дома культуры, Хэ Ин с растерянным лицом окинула взглядом всё, что там стояло.
Современная система караоке, массажные кресла, телевизоры, кондиционеры, холодильники и так далее. Весь уютный дворик был забит бытовой техникой.
— …Что вообще происходит.
В этот момент изнутри Дома культуры раздался громкий голос Чхун Сопа:
— Эй, ну-ка шевелитесь там быстрее! Че вы такие неповоротливые, а?
Забежав в Дом культуры, Хэ Ин еще больше опешила. Бандиты с татуировками драконов под чутким руководством Чхун Сопа выносили всю старую мебель и бытовую технику.
Она стояла и завороженно наблюдала за суетящимися здоровяками в черном, даже забыв поздороваться с Чхун Сопом.
Заметив её, Чхун Соп подошел первым и преувеличенно низко поклонился:
— Ой! Хёнсуним пожаловали!
Хэ Ин была настолько ошарашена, что даже не поздоровалась и сразу спросила:
— Ч-что это всё значит?
Чхун Соп с гордым лицом пожал плечами и сказал:
— Ну, скажем так… если описывать словами, это проявление скромного и теплого сердца нашего хёна?
Он рассказал, что Тэ Гон поручил ему «скромно» обновить деревню в честь дня рождения Тэ Гиля.
И добавил, что они собираются заменить всю необходимую мебель и бытовую технику не только в Доме культуры, но и в доме на холме, а также в домах всех стариков в деревне.
При этом Чхун Соп показал записку, написанную рукой Тэ Гона. Напротив имен и адресов стариков был составлен подробный список необходимой мебели.
— Но как он смог всё это…
— Так наш хён же у нас продуманный, он заранее всё разузнал.
Оказалось, что пока Тэ Гон жил в деревне, он часто заглядывал к старикам и осматривал их дома. Так он и отметил для себя, у кого какая мебель старая или сломанная.
Хэ Ин об этом совершенно не знала. Она видела, что он иногда куда-то уходит, но думала, что он просто ходит на пробежку.
Ён Сун, стоявшая рядом и слушавшая этот рассказ, восторженно и громко рассмеялась:
— О-о-о, ну раз уж председателем стал, так и размах-то у него ого-го! А я чё говорила? Он же с малых лет тут как домовой бегал, всем помогал! Ха-ха-ха!
Услышав эту удивительную и радостную новость, старики гурьбой потянулись к Дому культуры. Не в силах скрыть радости, они поспешили начать подготовку к празднику. Сказали, что такой день просто так оставлять нельзя.
Всю еду, которую Хэ Ин приготовила для дня рождения Тэ Гиля, быстро перенесли в обновленный Дом культуры. Проворные старики оперативно наготовили еще еды, а парни с драконами помогали им с черной работой.
В деревне начался настоящий переполох. Праздник в честь дня рождения Тэ Гиля плавно перетек в деревенские гуляния, и вся деревня гудела до поздней ночи.
Хэ Ин, которая какое-то время пребывала в шоке от его небывалого размаха, в какой-то момент уже вовсю плясала и веселилась вместе со всеми.
