Прошло, наверное, года полтора. В последний раз Чхоль Ён и Чжи Юн приезжали в Анджин на выходные позапрошлым летом.

После того как Тэ Гон уехал, эти трое еще долго обнимались и проливали слезы. Извинялись друг перед другом, благодарили и просто радовались встрече.

На предложение Чхоль Ёна и Чжи Юн немедленно вернуться в Сеул после выписки Хэ Ин покачала головой. Она сказала, что хотела бы остаться здесь хотя бы до праздников, как и планировала изначально.

Конечно, главной причиной было то, что она втайне надеялась дождаться возвращения Тэ Гона в Анджин.

— Хочешь сказать, после выписки ты не поедешь в Сеул?

— Не знаю. Наверное, они скажут мне ехать, раз уж мое местоположение здесь раскрыто…

— А я так хотел забрать тебя с собой.

Немного подумав, Чхоль Ён с готовностью принял её решение.

Он сказал, что, как ни странно, журналисты и Чан Ги Тхэ, дежурившие у больницы, на удивление быстро исчезли, так что ей, наверное, будет комфортно остаться здесь еще на какое-то время.

Взамен, на случай если Чан Ги Тхэ снова тайно объявится, Чжи Юн решила остаться в Анджине и побыть с Хэ Ин.

Чжи Юн, которая аккуратно расчесывала и заплетала волосы Хэ Ин, вдруг склонила голову набок.

— Но это и правда странно. Журналисты бы так просто не сдались. Да и Чан Ги Тхэ тоже.

Когда они вдвоем приехали в больницу, журналисты из крупных изданий и Чан Ги Тхэ уже испарились. Пяток репортеров из мелких изданий тоже как раз собирались уходить, озираясь по сторонам.

Чхоль Ён, расставляя завтрак на столе, сказал:

— Репортер Пак сказал, что им сверху пришел приказ сворачиваться без объяснения причин. Случай редкий, так что это и правда странно. Может, это люди Чан Ги Тхэ что-то предприняли, чтобы замять скандал.

— Разве тот, кто специально устроил это шоу ради фотографий, стал бы так делать сейчас?

— Чан Ги Тхэ-то вряд ли, но директор Пак Ян Джа вроде как женщина адекватная. Может, узнала, что Хэ Ин в обморок упала, почувствовала вину и с запозданием вмешалась.

— Идите есть, — позвал Чхоль Ён Хэ Ин и Чжи Юн, и продолжил:

— В общем, я думаю так. Убрать все СМИ разом — значит, приказ пришел с самого верха. А такое под силу только такой крупной шишке, как «Ян Джа Фудс».

Чжи Юн, протягивая Хэ Ин ложку, кивнула.

— Ну да, логично. Как бы там ни было, слава богу, что всё так закончилось.

— И не говори. А то я уже думал, как мы будем прорываться через толпу репортеров на выходе из больницы.

Это было странно и неожиданно, но, как и сказала Чжи Юн, это было к лучшему.

Правда, если к этому действительно приложила руку Пак Ян Джа, Хэ Ин не чувствовала никакой благодарности, скорее обиду. Ведь если бы она вообще не приезжала, всей этой суматохи бы не было.

В любом случае, раз уж всё улеглось — и слава богу. Для неё, получившей достаточно утешения от встречи с Тэ Гоном, это уже не имело большого значения.

Хэ Ин с заметно посветлевшим лицом зачерпнула ложку супа. Почему-то больничная еда казалась ей самой вкусной из всего, что она когда-либо ела. Видимо, ночь, проведенная с ним, повлияла даже на её аппетит.

Чжи Юн, жуя салат, купленный Чхоль Ёном, прищурилась, глядя на Хэ Ин, чье лицо сияло румянцем. У неё был вид: «Ну дает эта девчонка».

Тут люди, между прочим, всю ночь глаз не сомкнули из-за этого бандита, тряслись от волнения и примчались с самого утра, а у нее лицо вон как расцвело.

С одной стороны, это было огромным облегчением, но с другой — просто не укладывалось в голове.

— Ну ты даешь, подруга.

Чжи Юн сделала паузу и сухо усмехнулась. Глаза Хэ Ин, на мгновение метнувшиеся к Чжи Юн, тут же опустились в тарелку с супом. Она, кажется, уже поняла по выражению лица подруги, о чем пойдет речь.

Чжи Юн со стуком опустила палочки и сказала с ошарашенным лицом:

— Я всю ночь чувствовала себя такой преданной, представляешь? Скажите же, директор?

Чхоль Ён с таким же выражением лица прищурился в знак согласия.

— И не говори. Не мог поверить, что наша Хэ Ин на такое способна. Думал, сплю, даже ущипнул себя пару раз.

Они уже успели прочитать ей целую лекцию о том, почему она ничего не рассказала. А уж сколько тревожных слов она выслушала из-за рода занятий Тэ Гона — и не сосчитать.

— То, что ты забыла прошлое и встретила хорошего человека — я обеими руками за. Но этот мужчина… Честно говоря, внешне он, конечно, ничего, но его работа… Понимаю, это могут быть предрассудки, но я так боюсь, что ты пострадаешь. А если слухи поползут…

Она прекрасно понимала их опасения. Поэтому Хэ Ин долго и искренне рассказывала им о том, что произошло, о нем самом и о своих чувствах к нему.

— Если бы я боялась слухов, то даже не начинала бы. Сейчас я это понимаю. Я не думала о его прошлом, не взвешивала все за и против, просто… Просто я его очень полюбила.

— Ну, может, как человек он и хороший, как ты говоришь, но…

— Он помог мне снова начать жить. Если его не будет рядом, я даже не знаю, как жить дальше… Вот насколько он для меня важен.

— Хэ Ин-а.

— Поэтому я очень хочу, чтобы вы двое тоже хорошо относились к Тэ Гон-сси. Поддержите нас, пожалуйста.

Им было тяжело отпустить свои тревоги, но в конце концов Чхоль Ён и Чжи Юн подняли руки вверх. Хэ Ин никогда раньше ни на кого так не полагалась, так что им оставалось только поверить ей.

Но было одно «но».

— Слушай, а тот парень, который ждал в коридоре. Это же типа его подчиненный, да?

Чжи Юн тогда передернуло, она сказала, что этот «подчиненный» пугает её куда больше.

— А-а-а, у этого мужика и манеры, и взгляд просто… Ну типичный, классический бандюган, чересчур даже! Знаешь, я из-за него еще больше испугалась. Поняла, что эти ребята — настоящая мафия.

Чжи Юн снова выразила свои сомнения, сказав, что если подчиненный такой, то каков же тогда человек, которому он служит.

— Ну… в это сложно поверить, но на самом деле Чхун Соп-сси тоже добрый. И к старикам хорошо относится.

Она рассказала им о том, как Чхун Соп взял на себя все дела по дому, пока жил у них на холме. Они вроде немного смягчились, но в конце концов всё равно сошлись на том, что он «страшный бандит».

Чхоль Ён, ковыряясь в салате, причмокнул и сказал:

— В общем, раз уж он тебе так нравится, отговаривать не буду. Но пока ты не вернешься в индустрию и не закрепишься снова, давай будем осторожнее с чужими глазами. Даже если тебе всё равно, шоу-бизнес есть шоу-бизнес. Поползут слухи — это и на проектах отразится.

Она понимала, что как директор агентства он не может об этом не беспокоиться. Хэ Ин с улыбкой кивнула:

— Да. Я понимаю. Буду осторожна.

— Ну так что! Когда планируешь возвращаться?

— Ой, ну вот опять, директор, вы к ребенку, который еще больничную еду ест, пристаете.

— Да ты посмотри на неё. Хоть завтра на съемочную площадку отправляй. Завела роман — и лицо вон как расцвело.

— Ну да, это факт. Как человек, который вчера в обморок упал, может так выглядеть? Я, когда её цветущее лицо увидела, даже опешила. Аж неловко стало, что я так неслась сюда от беспокойства.

Они подшучивали над ней, не скрывая при этом своей радости. Что бы они ни говорили, Хэ Ин была так счастлива, что не могла перестать улыбаться.

Хоть он снова ненадолго уехал, сегодня ей не было одиноко, ведь рядом были её близкие люди.

Несмотря на то что из-за вчерашней ночи всё тело ныло, словно её избили, это был один из самых счастливых дней.

Даже серое небо казалось сегодня уютным. За окном кружились снежинки.

***

Снегопад постепенно усиливался.

Это была не та метель, от которой нарастают сугробы, но ехать по трассе стало весьма затруднительно.

Когда они въехали в провинцию Чхунчхон-Намдо, скорость машин на трассе заметно снизилась. Седан Чхун Сопа, который плелся черепашьим шагом в хвосте длинной пробки, в итоге свернул к зоне отдыха.

Из-за спешки водитель до этого проезжал все стоянки мимо, но игнорировать зов мочевого пузыря было уже невозможно, тем более что впереди маячила глухая пробка.

— Ща лопнет, ща лопнет. Да твою ж мать!

В ту секунду, когда Чхун Соп, едва отстегнув ремень безопасности, пулей вылетел из машины и помчался в туалет…

Тэ Гон направился в курилку и достал телефон. Он позвонил на номер Чжи Юн, и в трубке тут же раздался голос Хэ Ин:

— Это я, Тэ Гон-сси.

Губы, сжимавшие сигарету, сами собой растянулись в улыбке.

— Чем занимаешься.

— Да так, просто болтаем. Вы уже где?

— На стоянке, где-то в Чхуннаме.

— А-а, значит, еще больше половины пути. Устали, наверное. За рулем тяжело.

— Я не за рулем, так что всё нормально.

— Чхун Соп-сси тоже каким-то уставшим выглядел. Вы же толком не спали?

И когда она только успела разглядеть усталость на лице Чхун Сопа, видев его всего пару минут? Тэ Гон недовольно нахмурился.

— Мне не очень нравится, когда ты беспокоишься о другом мужике.

— Нет… я не в том смысле… Просто если Чхун Соп-сси уснет за рулем, вам тоже будет угрожать опасность…

Её запоздалые оправдания звучали совсем неубедительно. Тэ Гон усмехнулся:

— Я шучу.

И добавил:

— Поела?

— Да. Больничная еда оказалась довольно вкусной. А, кстати. Я решила остаться здесь еще на пару дней, а потом выписываться. Чхоль Ён-оппа сказал, что если я выпишусь через день, это может выглядеть так, будто я притворялась.

— Уверена? Ты же говорила, что тебе тут скучно.

— Ну да, есть немного… но что поделать. Раз директор так говорит.

— Эй, что за тон такой, как будто ты жалуешься?

Видимо, Пак Чхоль Ён был где-то рядом — его голос прозвучал довольно близко к трубке.

Слышать мужской голос рядом с Хэ Ин было почему-то неприятно. Как-то, блять, хуево.

Понимать, какие у них отношения, и всё равно так раздражаться — он и сам понимал, что это клиника.

— Кстати, представляете, журналисты отсюда все уехали! Су Чхоль недавно приходил, говорит, те, что в деревне ошивались, тоже разъехались.

— Правда? Отличные новости.

— Угу. Не знаю, с чего вдруг… но в любом случае, хорошо.

И не говори, — обыденно ответил он, когда…

— А-а-ах, вот теперь жить можно.

Опорожнив мочевой пузырь, Чхун Соп вошел в курилку с посвежевшим лицом. Закурив сигарету, он сунул свой телефон прямо под нос Тэ Гону.

На экране светилось сообщение от Но Гап Су, который приехал в Анджин вместе с ними.