Онлайн чтение книги Истоки зла Origins Of Evil
4 - 144

Тириону показалось, что весь мир застыл. Из его груди вырвался тяжёлый вдох, и пришлось несколько раз моргнуть, чтобы сдержать слёзы, заполнившие глаза. Он слышал лишь своё дыхание, грохот сердца и ощущал лёгкую тяжесть её ладони у себя на груди.

Тирион подставил лицо под падающий снег и выдохнул, полный благодарности небу, земле, миру, в котором выросла Фиби Энсис, и ей самой.

Это тоже казалось чудом. Он не думал, что когда-нибудь будет благодарен за чьё-либо существование.

Тирион поднял дрожащую руку и обнял Фиби Энсис. Её хрупкие плечи вздрагивали. Когда он коснулся её щеки ладонью, Фиби медленно подняла голову. На её ресницах висели круглые, как жемчужины, слёзы. Они смотрели друг другу в глаза.

— Ты меня любишь? Хотя бы самую малость? — спросил Тирион.

Фиби глубоко вздохнула, лицо у неё исказилось, и она всхлипнула.

— Люблю, но… — делая глубокие вдохи и выдохи, она крепко сжала кулак у него на груди. — Я ведь… я не то чтобы не люблю, просто… иногда внезапно становится так больно, и… и тогда…

Тирион молча вслушивался в её запинающуюся речь. Всё, что она говорила, — результат его ошибок. Если бы прямо сейчас Фиби передумала и отвернулась от него, он не имел бы права её удерживать.

И всё же Фиби Энсис пришла к нему. Пусть она и не простила его, но — приняла.

Наверное, стоит всё-таки поверить в существование бога. А если нет, можно и саму Фиби возвести в ранг божества.

— То, что я сделал, уже не исправить. Наверное, мне придётся просить у тебя прощения тысячу, десятки тысяч раз. Мне достаточно того, что ты даёшь мне шанс извиниться, Фиби Энсис.

Фиби сделала шаг назад. Крепко сжав кулаки и распахнув заплаканные глаза, она спросила прямо:

— Вы будете любить меня?

Тирион, глядя ей в глаза, кивнул.

— Да.

— Что бы ни случилось? Даже если я постарею, стану некрасивой или окажусь ещё более бесполезной, чем сейчас?

— Да.

— Я ведь… совершенно не выдающаяся, и у меня нет ничего…

— Фиби Энсис, даже если ты не будешь собой представлять ровным счётом ничего, я всё равно буду тебя любить.

Она сжала кулаки, готовая разрыдаться, и выкрикнула:

— Почему?! Потому что я умею красиво улыбаться? Если я больше не стану улыбаться вам, тогда вы меня разлюбите?

Тирион в очередной раз понял, в чём ошибался. Он посмотрел ей в глаза и тихо ответил:

— Я не хочу, чтобы ты улыбалась через силу. Я сказал, что хочу видеть твою улыбку — но это значит лишь то, что я сам хочу быть причиной твоей радости. Потому что… — Он перевёл дыхание. — Ты старалась изо всех сил.

Фиби широко распахнула глаза от удивления.

— Ты терпела, когда было трудно. Пыталась понять меня. И даже тогда, когда тебе самой было тяжело, помогала мне. Я хочу, чтобы за твою доброту пришло воздаяние, Фиби Энсис. Чтобы ты ни о чём не жалела, чтобы не казалось, что всё было напрасно. Ты изменила меня. И я хочу, чтобы ты знала, насколько это удивительно.

И наконец Тирион произнёс почти со вздохом, вложив в слова всё, что могли вместить его искренние разум и сердце:

— Ты — самый добрый и самый великий человек из всех, кого я знаю.

Как только он закончил, Фиби прикусила губу, сдерживая бурю, подступающую изнутри, а потом вдруг разрыдалась, как новорождённый младенец.

Нос раскраснелся от слёз, она плакала навзрыд, обнажив белые зубы. Тирион безмолвно прижал её к себе. Несмотря на то, что Фиби дрожала всем телом, она вцепилась в этого мужчину и рыдала у него на груди.

Он и сам с трудом сдерживал слёзы, но всё-таки совладал с собой и прижал её голову к себе. А затем прошептал то, что так давно хотел сказать.

— Прости. Спасибо. Я люблю тебя. Люблю. Люблю…

Снег продолжал падать на склонённую голову Тириона. Он поднял взгляд к небу и вновь выдохнул. Впервые с самого своего рождения он ощутил, что всё в этом мире наконец стало на свои места.

Он закрыл глаза и позволил себе просто чувствовать её тепло в своих объятиях. До тех пор, пока у Фиби не иссякли слёзы.

•• ━━━━━ ••●•• ━━━━━ ••

Фиби плакала в объятиях Тириона до изнеможения. Лишь когда совсем вымоталась, разум постепенно прояснился. От долгого плача кружилась голова.

Когда она потянулась рукавом стереть слёзы, перед её глазами появился аккуратный тёмно-синий платок.

— Не вытирайся рукавом, — ласковый голос прозвучал над самой макушкой.

Она подняла голову и увидела, как Тирион смотрит на неё с нежной улыбкой. Та улыбка была в тысячу раз красивее той, что он показывал всем на трибуне.

— Спасибо...

Фиби шмыгнула и приняла платок. Едва она успела вытереть глаза, как Тирион спросил:

— Не замёрзла?

— Нет…

— Всё равно, если ещё немного побудем на улице, простудишься. Рядом стоит экипаж, пойдём, — с пугающей нежностью произнёс он. Отказать было невозможно — слишком ясно чувствовалась его забота.

Фиби кивнула, и Тирион, взяв её за руку, пошёл вперёд.

Он держал ладонь крепко, без малейшего зазора. Рука у него была горячей и немного дрожала. Следуя за ним, Фиби увидела, что и уголки его глаз покраснели.

Это было странное чувство. Когда они только встретились, он казался ей недоступным, как мрачная гора, укутанная тучами, отталкивающая чужаков одним только видом. А теперь она видела в нём нечто иное — просторную долину, по которой гуляет лёгкий ветер. Прекрасную, ласковую, умиротворённую.

Неужели я и правда его изменила? 

Она задумчиво смотрела ему вслед, и вдруг Тирион обернулся, будто хотел убедиться, что она всё ещё рядом.

Затем, отвернувшись, хмыкнул и покачал головой.

— До сих пор не верится, что я держу тебя за руку.

— Мне тоже, — тихо ответила Фиби. — Я ведь… собиралась только взглянуть в последний раз…

Вопреки её ожиданиям, Тирион не замер, не остановился — наоборот, сжал её руку ещё крепче.

— Я так и думал. Если бы ты правда хотела вернуться, ты бы пришла сразу.

— Вы не злитесь?

— У меня нет права злиться на тебя. Как же хорошо, что я тебя узнал.

— Как вы меня узнали? Там же было столько людей, и я стояла далеко…

— Как я мог не узнать тебя? Я ведь так скучал по тебе.

Его слова щекотали сердце и звучали так искренне, что Фиби невольно пошевелила пальцами.

Всё было как-то по-другому. Будто тугой узел, сковывавший её внутри, вдруг развязался, и стало легче дышать. Фиби не могла сказать точно, это из-за его слов или из-за его присутствия, но точно знала: Тирион тоже что-то в ней изменил.

Рынок уже был позади, и впереди показались рыцари, перекрывавшие вход. Рядом с ними стояли Элдон, Натали и Эйприл.

— Мисс Фиби! — Натали и Эйприл первыми подбежали к ней.

Я же вела себя так, будто сегодня прощаюсь с ним навсегда… — с неловкостью подумала Фиби, но не успела даже смутиться, как Эйприл расплылась в широкой, счастливой улыбке.

— Раз вы пришли вместе с Его Величеством… значит, я правильно всё поняла, да?

Натали тоже вопросительно на неё посмотрела. Фиби взглянула на Тириона, который всё ещё не отпускал её руку, и кивнула.

— Да.

— Как же хорошо! Просто чудесно!

У Эйприл даже глаза наполнились слезами, и она захлопала в ладоши, а Натали лишь мягко улыбнулась.

Тирион обратился к ним тёплым голосом:

— Спасибо, что всё это время заботились о Фиби. Я отблагодарю вас как следует.

— Нам это было в радость! Правда ведь, Натали?

— Да.

В этот момент подошёл адъютант Тириона, Элдон. На его лице тоже читалось странное облегчение.

— Ваше Величество… и леди Фиби. — Он почтительно поклонился, а затем сказал Тириону: — Теперь мне, по крайней мере, не придётся больше беспокоиться о душевном состоянии моего господина.

Фраза была довольно резкой, но Тирион лишь рассмеялся.

— Элдон, ты ведь всё знал, да?

— Простите?

— Теперь понятно, почему ты предложил эту нелепую поездку в провинцию.

Элдон пожал плечами, приложил руку к груди и поклонился Фиби:

— Как видите, Его Величество ни о чём не догадывался. Надеюсь, вы примете это во внимание. Потому что я больше не в силах слушать, как он говорит сам с собой.