Контент удален!

«Я лишь передвинул одну фигуру ради собственной выгоды».

Да, я тоже сдвину фигуру под названием Син Чхи У ради собственной выгоды. Я должна грамотно использовать его симпатию и чувство вины ко мне, чтобы превратить его в надежный щит, который меня защитит.

Пхён Джэ Хо еще не мертв. И нет никаких гарантий, что папа снова не выкинет какую-нибудь глупость. Поэтому мне просто необходимо было иметь под рукой такую надежную страховку, как Син Чхи У.

Гнев, похожий на простой, примитивный выплеск эмоций, ничем не поможет. Важно собрать воедино весь этот опыт и чувства, чтобы как следует закалить себя. Мне не один день жить на этом свете, нужно смотреть в будущее.

Ш-ш-ш-ш...

Действительно, всё зависит от того, как на это посмотреть. Как только я изменила свой настрой, я почувствовала, как депрессивные эмоции понемногу рассеиваются.

Кряхтя из-за больных рук, я вымыла голову, выдавила побольше геля для душа с потрясающим ароматом, взбила густую пену и дочиста вымылась. Настроение заметно улучшилось.

Видимо, благодаря горячей воде скованные мышцы тоже немного расслабились. Хотя, честно признаться, ноги тянуло так сильно, что даже просто стоять было невыносимо, и я то и дело тихонько материлась себе под нос.

— Ах...

Разве не сам человек лучше всех знает свое тело? Когда я потянулась вниз, чтобы вымыть интимные места, я почувствовала липкую влагу. Мы с Син Чхи У даже не... делали ничего такого, но у меня выделилась смазка, и я была совершенно мокрой.

Учитывая, что я еле прикрывалась одним полотенцем, Син Чхи У, наверное, тоже было тяжело сдерживаться. Я и сама тогда почувствовала внезапный прилив желания, но не ожидала, что мое тело отреагирует настолько сильно.

Сгорая со стыда, я, словно заметая следы, несколько раз тщательно вымылась там. Затем, вспомнив, что забыла почистить зубы, взяла зубную щетку в рот и с приятным чувством завершила водные процедуры.

Но только закончив чистить зубы, я поняла, что возникла проблема. У меня не было ни чистого белья, ни одежды, чтобы переодеться. Единственное, что я могла сейчас надеть — это отельный халат.

— Эй, Чхи У-сси.

Накинув халат, я позвала его через приоткрытую дверь. Может, он принес одежду, но забыл положить ее в ванную?

— Звала? А, блин...

Когда я приоткрыла дверь и высунула голову, Син Чхи У, увидев меня в халате, тут же понял, в чем его прокол. Видимо, даже он, человек, которого я всегда считала безупречным, может ошибаться.

— Я так торопился взять лекарства, что совсем забыл про одежду.

— Бывает.

— Тогда... подожди немного. Я напишу заместителю Чха, пусть она привезет.

— Обязательно поблагодарю заместителя Чха, когда она приедет.

Он жестом попросил меня подождать, достал телефон и отправил сообщение. Учитывая ситуацию, придется побыть в долгу у заместителя Чха.

К тому же, нет ничего более некомфортного, чем сидеть в одном халате, вообще без нижнего белья. Конечно, пока что Син Чхи У ведет себя как джентльмен в этом плане, но кто знает, когда человек может сорваться.

— ...

Стоять в таком виде после душа перед Син Чхи У, который был в строгом костюме, было слегка неловко. Я сняла с головы полотенце, положила его возле раковины и теребила пояс халата, когда он спросил:

— Тебе высушить голову?

— Что? Эм... звучит неплохо. Но не обязательно.

— Ты же говорила, что плакала, потому что руки болят.

— Я не плакала.

— Садись сюда. Я высушу.

— Я сама.

— Садись.

Схватив меня обеими руками за плечи, он подвел меня к стулу перед туалетным столиком и усадил. Оказавшись там против своей воли, я несколько раз пыталась встать, твердя, что справлюсь сама, но мои попытки были полностью проигнорированы. Словно показывая, что не намерен меня слушать, он вовремя включил фен, заглушая мои слова шумом.

Вж-ж-ж-ж...

Поскольку у меня были длинные и густые волосы, сушка всегда занимала много времени. А то, что Син Чхи У так ловко сушит женские волосы... неужели это просто мои глупые подозрения?

— ...

Мои влажные волосы мягко рассыпались сквозь его длинные пальцы. Каждый раз, когда кончики его пальцев слегка касались области вокруг ушей или задней части шеи, по телу пробегала странная щекотка. Он не делал ничего запретного, просто сушил мне волосы, но чувство было такое, словно мы занимаемся чем-то, что нужно скрывать.

— Выпрями спину.

— А, угу...

Из-за этого странного ощущения моя осанка невольно портилась. Плечи всё выше поднимались к ушам, а шея втягивалась, как у черепахи. Прямая спина незаметно сгорбилась, так что с позиции Син Чхи У я, должно быть, стала казаться совсем крошечной.

Вроде уже почти высохли, может, хватит?

Выпрямив спину, я подняла голову и посмотрела прямо перед собой. Перед нами висело огромное зеркало, и в нем я увидела Син Чхи У, который смотрел на меня.

То, что мы не смотрели друг на друга вживую, а украдкой наблюдали друг за другом через зеркало, почему-то вызывало странное волнение. Наверное, именно так чувствуешь себя, когда делаешь что-то плохое и боишься, что тебя поймают.

Чем неловче мне становилось сидеть, тем реже я могла смотреть в зеркало. Я то сцепляла руки и теребила ногти, то постоянно поправляла воротник халата, чтобы он не распахнулся.

— Думаю, уже достаточно.

— Здесь еще не высохло.

Только после того, как он несколько раз проигнорировал мои слова, он наконец отложил фен. И в этот момент мой взгляд упал на большой пластырь на его ладони, о котором я совсем забыла. Запоздалое беспокойство накатило на меня: как там рана, которую он получил, преграждая путь моему ножу?

— Ты... снял бинт с руки?

— Сказали, теперь можно просто клеить пластырь и ждать, пока заживет.

— Тебе швы накладывали?

— Можешь больше не переживать об этом.

— ...Но всё-таки.

Поскольку он стоял, а я сидела, мне было очень удобно рассмотреть его руку. Я немного поколебалась, но потом осторожно взяла его за руку и посмотрела на ладонь.

Сдирать пластырь, чтобы посмотреть на рану, будет уже слишком, да? Может, он подумает, что я сомневаюсь и проверяю, правда ли он ранен?

Да и вообще, я же не врач, ничем помочь не смогу, зачем мне смотреть на эту рану. Я просто погладила кончиками пальцев края пластыря, отпустила его руку и зачем-то кивнула без всякого смысла.

— Ты же нормально мажешь мазью и пьешь таблетки... Нож всё-таки, как бы столбняк не занести... антибиотики пьешь?

Вот что значит нести бред в потоке сознания. Я посмотрела на Син Чхи У с таким выражением лица, словно сама не понимала, что несу. И приправила это неловкой улыбкой, чтобы скрыть смущение.

Но Син Чхи У мои слова, видимо, совсем не показались смешными. Он спокойно смотрел на меня сверху вниз, и в его взгляде читалось так много всего, что я просто не знала, как реагировать.

Неловкая атмосфера, которую ненадолго заглушал шум фена, снова окутала нас. Как бы это сказать... Такое чувство, будто всё готово для того, чтобы разжечь костер, но нет спичек. Казалось, что если кто-то из нас высечет хоть одну искру, всё вокруг мгновенно вспыхнет, и от этого становилось страшно.

— ...

Рука Син Чхи У коснулась моей головы. Ничего не говоря, он мягко заправил мне волосы за ухо, и я тоже чуть приподняла подбородок. Мне нравилось, как он гладит мои волосы.

Будь я той Ван Ый, что была еще вчера, я бы уже давно пресекла эти нежности, но сегодня... я не знаю. Чувствуя эмоции в его глазах, которые неотрывно смотрели на меня сверху вниз, мне казалось, что мое сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

Наверное, это и называется — завестись. Подумав, что если так пойдет дальше, я сама могу натворить дел, я уже хотела было сбежать, как вдруг он слабо улыбнулся и заговорил.

— Не проголодалась?

— Проголодалась... но не то чтобы прям умираю от голода.

— Ты же любишь мясо? Или... морепродукты?

— Мясо.

— Хорошо. Давай сначала быстро намажем раны, а потом поедим.

— Хорошо... Э-э-э...?

Он вдруг наклонился, и я подумала, что он собирается меня поцеловать. Но, как Син Чхи У и заметил ранее, видимо, пошлые мысли лезли в голову только мне.

Он подхватил меня, сидящую на стуле, на руки. Неся какой-то бред о том, что будет носить меня на руках, пока у меня не пройдет крепатура, он вышел из ванной и широкими шагами направился в спальню.

— Опусти меня.

С широко раскрытыми глазами я не знала, куда деваться. Каким бы огромным ни был отель, какое расстояние может быть от ванной до спальни? С его длинными ногами ему понадобилось всего несколько шагов, чтобы опустить меня на кровать.

— Я купил новые бинты, давай намажем мазью и перебинтуем.

— Я могу и сама... Дай мазь, я сама намажу.

— Ты даже голову помыть не могла из-за боли в руках... как ты сама намажешь?

— Ну, это да.

— Насколько я знаю, в твоих таблетках, что дали при выписке, есть миорелаксанты? Выпьешь — и станет полегче.

Он не только усадил меня, полулежащую, на кровати, но и подложил под спину подушку. Устроив меня как можно удобнее, он принес бумажный пакет, который лежал на столике у кровати.