Онлайн чтение книги Сахарин Saccharin
1 - 17

Даже если предположить, что мы занимались здесь сексом, вряд ли это было бы по обоюдному согласию ради удовольствия. Односторонний, принудительный акт с нежеланным партнером по определению должен быть грубым, верно?

Плотно сжав губы, я быстро заработала руками. Специально еще сильнее взлохматила свои и без того растрепанные волосы.

Ногтями я местами повытягивала нитки из демисезонного твидового жакета, расстегнула его, а ворот тонкого бежевого джемпера, надетого под низ, растянула как могла.

Из-за того, что я так усердно двигала руками, скованными наручниками, в машине стоял сплошной металлический звон.

— Думаешь, этого хватит?

— ...А что еще мне сделать?

— Иди сюда. Я поставлю тебе засос.

— Ч-что? Засос?

— Если не хочешь засос, могу укусить.

Син Чхи У поднял указательный палец и указал на левую сторону моей шеи. В теории того, как происходят физические контакты между мужчиной и женщиной, я разбиралась неплохо, поэтому сразу поняла, что он собирается сделать.

Вот только подставлять шею мужчине, которого видишь первый раз в жизни, было донельзя неловко и стыдно.

— Лучше укусите. Так будет лучше.

Как ни крути, засос — это чересчур. Слишком уж... откровенно. Прикосновение губ — это как-то... опасно. Уж лучше пусть один раз укусит.

— Я к тебе или ты ко мне?

— Я сама.

— Нет, лучше я.

Я убрала волосы на правое плечо, чтобы левая сторона шеи, на которую он указал, была хорошо видна и ее было удобно кусать. Такие вещи нужно делать с первого раза, если возиться долго, можно умереть со стыда.

Однако то, как он склонился ко мне, сильно давило на нервы. Наверное, потому, что мы оказались слишком близко друг к другу, прямо как люди за секунду до поцелуя.

— Давайте быстрее.

— А я бы предпочел не торопиться.

— ...

— Тебе посильнее или послабее?

— Средне... Ах!

Нет, он же сказал, что укусит, зачем он прижимается губами? Когда мягкое прикосновение коснулось шеи, мои плечи невольно дернулись. Это горячее, влажное ощущение... это был язык.

— П-просто... укуси... укусите... нет, не сосите... М-мм, это...

Имитируя засос, его пухлый язык щекотал, медленно вылизывая напряженную кожу шеи. От неожиданности я даже забыла его оттолкнуть. Видимо, почувствовав мою панику, он, к счастью, не стал заходить дальше.

— Ах...

Мягко посасывая кожу, он вдруг, словно в шутку, слегка прикусил меня за шею. Но этот укус вызвал совсем не те ощущения, которые я себе представляла — по телу пробежала дрожь.

— Уж не знаю, довольна ли ты.

Слегка склонив голову набок, он с томным видом произнес фразу, прозвучавшую крайне двусмысленно. Сердце забилось чаще, и я, склонив голову в ответ, выдавила:

— В-вполне довольна.

— И всего-то?

— ...

— Пусть пока будет так.

Может, я, в растерянности не смеющая даже поднять на него глаза, показалась ему забавной? Видимо, моя реакция оказалась для него неожиданной: потирая переносицу, Син Чхи У усмехнулся. В кои-то веки он выглядел как нормальный человек, так что я тоже слабо улыбнулась в ответ. Правда, тут же отвернулась, избегая его взгляда.

Зря я попросила оставить след на шее. Стало еще неловче, чем раньше. Не знаю, о чем думает он, но мне в голову лезли всякие странные мысли.

Кстати, какой бы просторной ни была эта машина, как тут вообще можно заниматься сексом целый час? В голове моментально пронеслись всевозможные позы и действия.

Лежа будет неудобно, значит, мне придется сесть сверху... или он на меня?

Кажется, я сошла с ума, раз в такой критической ситуации мне лезут в голову подобные непристойные мысли, но после этого физического контакта я не могла их остановить. Но самая большая проблема заключалась в том, что герой моих фантазий сидел прямо рядом со мной.

Но если подумать объективно: несмотря на его подлую игру на два фронта между отцом и Председателем, тот факт, что он не перешел черту в отношении меня, был неожиданным. Если не считать действий, необходимых для отвода глаз, он и пальцем меня не тронул, за что я была ему благодарна. Ведь при желании он легко мог бы надругаться надо мной, прикрываясь отцом.

Я принялась теребить наручники, делая вид, что занята делом. Мне было стыдно за себя: сижу рядом с мужчиной, которого вижу впервые в жизни, он ставит мне засос, а у меня в голове крутятся пошлые мыслишки.

Но вскоре я вспомнила об отчаянной реальности, о которой на время забыла. Естественно, на меня нахлынула депрессия.

Обычно я не страдала от резких перепадов настроения. Моя жизнь была рутиной, поэтому такой опыт был мне в новинку.

То я хотела вычеркнуть отца из жизни, то начинала за него переживать; то не доверяла сидящему рядом мужчине, то цеплялась за его руку. Я потратила столько эмоций, что чувствовала не просто усталость, а настоящее моральное истощение.

Но, кажется, Син Чхи У заметил, что я притихла. Он наклонился вперед и поднял с пола повязку для глаз. Она упала, когда мы возились, имитируя страсть.

— Это оставим на следующий раз.

— ...Н-на какой еще следующий раз?

— Тебе же еще не раз придется завязывать глаза.

— Меня повезут куда-то еще, кроме фабрики?

— Всякое может быть.

С непонятной улыбкой он сунул повязку во внутренний карман пиджака. Настолько ли это важная вещь, чтобы ее забирать... Погодите-ка, сейчас не это главное.

Похоже, мои унижения на этом не заканчиваются. Будет и «следующий раз». Я-то думала, что буду просто вкалывать на фабрике, пока не выяснится, жив папа или нет, но что меня ждет потом?

Тогда насколько же ужаснее будет то «потом», которое я даже представить себе не могу? Я не хотела заранее накручивать себя, но мысли сами лезли в голову.

От одной фразы Син Чхи У, когда мне и так было тоскливо, сердце мгновенно ухнуло куда-то в бездну. Я почувствовала, как слезы, которые я едва остановила, снова подступают к глазам.

— ...

Но на этот раз я не стала сильно плакать. Пару раз всхлипнула и взяла себя в руки. Сначала я сделаю всё, что в моих силах, а уж потом, если не выйдет, сдамся — времени на это еще хватит.

Ха-а...

В машине снова повисла тишина, и мы оба смотрели прямо перед собой. Как же тяжело, оказывается, убить целый час, ничего не делая. Дыхание, оседавшее на стеклах, постепенно испарялось.

Тем временем стекла в машине окончательно затянуло плотным слоем инея.

Тот кружок, что я нарисовала на окне чуть раньше, наполовину исчез. Я снова приложила палец к стеклу и нарисовала круг еще больше.

Пока я смотрела, как стекло становится прозрачным в том месте, где я провела пальцем, до этого неподвижный Чхи У вдруг зашевелился. Видимо, час наконец-то прошел.

Краем глаза я заметила, как он достал из кармана телефон и набрал сообщение. Наверное, написал, что дело сделано и можно ехать дальше?

— Отправляемся.

— Да.

Убрав телефон обратно, он повернул голову ко мне. Он пристально посмотрел мне в глаза и коротко кивнул. В этот момент мне показалось, что он говорит мне: «Соберись и держись».

Тук-тук.

Раздался стук в окно. Двери водителя и пассажира открылись почти одновременно.

На этот раз за руль сел здоровяк, а женщина с каре устроилась на пассажирском сиденье. В руках у нее был черный пакет.

Как только двигатель завелся, женщина повернулась ко мне и протянула пакет. Точнее, положила мне на колени.

— Вот.

— А... спасибо.

Судя по форме предметов в пакете и его весу, там точно была вода. И тут я поняла, что за всё это время не выпила ни капли, и горло мгновенно пересохло.

Я поспешно сунула руку в пакет. И даже не заметила, как машина, до этого стоявшая на месте, тронулась. Потому что внутри оказались вода, булочка и газировка, которую я так любила.

— ...

Я повернула голову вправо и посмотрела на Син Чхи У. Я смотрела на него с немым вопросом «Где ты это достал?», но он решил полностью меня игнорировать. Видимо, из-за людей спереди, да и мне самой было как-то неловко спрашивать напрямую.

Странно. Мы же останавливались не на зоне отдыха. Да даже если бы она и была поблизости, вряд ли там продавали бы именно этот набор.

Особенно эту розовую газировку. Ее даже в обычных круглосуточных магазинах днем с огнем не сыщешь, как он ее достал?

Но перед лицом жажды и голода мои размышления быстро угасли. Как только я увидела свою любимую булочку со взбитыми сливками, на меня навалился забытый голод.

И это всё?

Булочка исчезла за пару укусов. С сожалением я заглянула в пакет, но больше там ничего не было.

И всё же, стоило мне поесть, как появились силы, а вместе с ними и уверенность, что мозг начнет работать лучше. Мрачные мысли улетучились, и появилось чувство, что всё наладится.

Затем пришел стыд. Плотно сжав губы, я крепко закрутила крышку на недопитой бутылке с газировкой и сунула ее обратно в пакет.

Я понимала, что Син Чхи У позаботился обо мне. Но как бы я ни была голодна, не стоило так жадно набрасываться на еду.

Надо было хоть немного сохранить лицо, но жалеть было уже поздно. Сидящие впереди наверняка думают, что мы занимались сексом, и то, как я жадно жую сразу после этого, вряд ли выглядит красиво.

На самом деле ничего не было, но они точно видели мой растрепанный вид и засосы на шее. Повязки тоже нет, так что они решат, что я расплатилась с Син Чхи У сексом.

И здоровяк за рулем то и дело поглядывал на нас с Син Чхи У через зеркало заднего вида. Интуиция подсказывала, что в его сальном взгляде читалось любопытство: «Как же они там кувыркались?».

Раз уж мы смогли обмануть даже тех, кто ближе всего к Син Чхи У, значит, всё прошло по плану, да? Но в этот момент меня пронзила одна мысль.