Шш-ш...

Аккуратно сложив свою одежду в прозрачную сумку, чтобы не намочить, я разделась и вошла в душевую кабину. Повернув кран, я невольно усмехнулась. Даже лейку душа поменяли на новую. Я правда не ожидала, что он будет так стараться ради меня.

Когда сверху хлынула вода, я стала тереть лицо обеими руками. Мне не хотелось признаваться себе в том, что я сейчас плачу.

Я даже не понимала, почему плачу. Мне просто хотелось встать под горячую воду, смыть всё это смятение и забыться. Только и всего.

Я бы с удовольствием подольше насладилась этим давно забытым чувством повседневного комфорта, но принимать душ несколько десятков минут я не могла. Позволив любимому аромату поднять мне настроение, я вышла из ванной.

Как будто только этого и дожидаясь, женщина с каре указала на соседний номер, где был папа, и сказала:

— Еда готова, идите поешьте.

— А, да. Спасибо.

Выйдя в коридор, она постучала в дверь соседнего номера. Дверь открылась, и папа помахал мне рукой, приглашая войти. Я посмотрела на женщину с каре и предложила поесть вместе.

— Присоединяйтесь к нам.

— Мы сами о себе позаботимся, так что не обращайте на нас внимания.

— И всё же.

— Это наша работа.

— Да, я поняла.

Получается, она не поднялась с нами в мотель сразу, потому что ходила за едой? Не знаю, какую зарплату им платят, но если ради нее приходится сутками не бывать дома и выполнять такие поручения, то на плохие дела без веской причины никто не пойдет.

Я кивнула и пошла в соседний номер к отцу. Видимо, папа ждал, пока я помоюсь: он похлопал по стулу, с улыбкой приглашая меня сесть.

— Знаешь, Ван Ый, обеды из круглосуточных магазинов тоже вкусные.

— Я иногда ела их на обед, так что знаю, что они на удивление хороши и вполне съедобны.

— Разве ты не ходила обедать с коллегами по лаборатории?

— Ходила... но иногда у каждого были свои планы, или, когда хотелось побыть одной, ела сама.

— Из-за работы я даже не знал, чем питается моя дочь.

— Сколько мне лет? Я и сама могу о себе позаботиться.

— Для меня ты всегда будешь ребенком. Взрослая она, как же.

Откуда в мотеле обеденный стол? Спасибо, что был хотя бы маленький круглый столик. Мы с папой, ссутулившись на стульях, которые не подходили по высоте, ели бенто и пытались наверстать упущенное. Но поскольку мы были не одни, а с надзирателями, щекотливые вопросы приходилось аккуратно обходить.

— Ван Ый, как твое здоровье? У твоей мамы, когда она была беременна тобой, совсем пропал аппетит.

— Да, пап. Я здорова. Не верь дурацким слухам. Я ничем не болею, ни на что не жалуюсь. Я абсолютно здорова и полна сил.

— Ну тогда слава богу.

Как слух о моей беременности так быстро пересек море и дошел до папы? На его завуалированный вопрос я ответила решительным отрицанием.

Поняв, что я имею в виду, папа с облегчением выдохнул. Его лицо в этот момент выражало такое искреннее беспокойство, что я чуть не расплакалась. Что бы он ни натворил, он всё равно оставался моим отцом.

Я подавила подступающие слезы и доела бенто до последней крошки. Сегодня ночью нам предстоит долгий путь, так что нужно было хорошенько подкрепиться.

— Может, выпьем кофе?

— Нам ничего не нужно, директор.

— Бросьте... Я вам сделаю по чашечке. Вы так много для нас делаете, надо хотя бы кофе выпить.

— Тогда я сам всё сделаю, директор.

— Нет, сиди, отдыхай. С этим я и сам справлюсь. Мне даже как-то неловко, что это всё, что я могу вам предложить.

Несмотря на то, что папа был в бегах, для них он всё еще оставался человеком старше по возрасту и бывшим начальником, поэтому Здоровяку и женщине с каре было сложно отказаться. Наблюдая, как папа заливает воду в электрочайник и готовит бумажные стаканчики, я тихо улыбалась.

Не знаю точно, сколько дней папа скрывается в этом номере, но, судя по разговорам с Син Чхи У, дня три-четыре максимум. Ранее, когда мы обнимались и плакали, я не разглядела, но сейчас заметила, что в комнате довольно много лапши быстрого приготовления и других простых закусок.

— Папа.

— Что, доченька.

— Мне вот так.

— Окей.

Оценив количество растворимого кофе, я позвала папу и показала левой рукой букву «V». Это значило: положи мне два пакетика.

— Вот, держи.

— Спасибо, директор.

— Да не за что.

Когда каждый получил по бумажному стаканчику, атмосфера в комнате заметно потеплела. Мы с папой, воспользовавшись моментом, сели чуть ближе и стали перешептываться.

— Ван Ый... на острове ничего не случилось?

— Да нет, никто меня особо не обижал. Работала на фабрике, просто коробки упаковывала.

— Ясно... понимаю, у тебя миллион вопросов... подожди всего один день. Как только сядем в самолет, я тебе всё расскажу. Прости, что заставил тебя страдать.

— Обязательно. Я правда... вообще не понимаю, что происходит...

Лицо папы, когда он с тяжелым вздохом похлопал меня по плечу, было омрачено глубокой тревогой. Он тоже не мог мне всё рассказать прямо сейчас, так что ему было не легче.

Учитывая, что наши жизни висели на волоске, даже этот кофе был роскошью. Тревога, которая на мгновение отступила, снова накатила на меня, и я, сама того не замечая, начала грызть край стаканчика передними зубами.

— А... тот... там... точно ничего не было? С... ним.

Я сразу поняла, кого папа имел в виду, задавая этот расплывчатый вопрос. Поэтому, не называя имен, я ответила на его полный беспокойства вопрос.

— Да, мы просто так договорились, ничего такого не было. Клянусь, пап.

— Ну да... ты же у меня не такая... Хотя и... тот парень тоже.

— Да?

— Говорит, женщины его не интересуют, работа ему больше по душе. А... точно, помнишь, я как-то предлагал тебе сходить на свидание вслепую?

— Да, а что? Неужели...?

— Знай я, что всё так обернется, силой бы вас заставил хотя бы поужинать вместе.

Так вот почему папа тогда так настаивал на том, чтобы я с кем-то встретилась. Мог бы и фотографию показать, раз уж это был Син Чхи У. Он вполне в моем вкусе, так что, может, я бы и согласилась...

Удивительно, как близко я была к знакомству с ним. И правда, на острове тоже болтали, что он импотент и каменная статуя. Раз уж и папа так говорит, значит, в личной жизни у него действительно всё чисто.

Сделав вид, что делаю глоток из уже пустого стаканчика, я, почти не шевеля губами, как чревовещатель, спросила папу:

— А кто он вообще по профессии? Он точно работает в твоей компании? И сколько ему лет?

— А ты не знала? Он тебе ничего не рассказывал?

— Ни слова.

— Вполне в его духе. Он не из тех, кто любит болтать о себе.

— Так кто он? Бандит? Решала? Гангстер?

— Нет, адвокат. А лет ему, наверное, тридцать. На два года старше тебя.

Хм... адвокат... А ведь если подумать, что-то такое в нем есть.

И правда, по разговору было понятно, что он человек неглупый и образованный. Но то, что человек, потративший столько сил на учебу, чтобы стать адвокатом, занимается подобными делами... Видимо, правду говорят: умный преступник опаснее глупого.

Раз он хорошо знает закон, то лучше всех понимает, как его обойти. Отсюда и эта самоуверенность. И то, что он сейчас заботится о нас с папой — это потому, что он уверен, что сможет провернуть всё втайне от Пхён Джэ Хо и выйти сухим из воды?

А-а... так вот почему он мне казался таким неприятным. В нем было что-то от образованного выскочки — этакое высокомерие, странный взгляд свысока, который я иногда ловила на себе.

Впрочем, как всегда: получая лишь крупицы информации, жаждешь большего. Теперь мне еще больше хотелось узнать о прошлом и личной жизни Син Чхи У.

— Формально он числится в нашем юридическом отделе... но на деле он — правая рука Председателя.

— Разве правой рукой был не ты?

— У меня для этого ума маловато... я, скорее, левая нога.

— Совсем не смешно.

— Знаю только, что Председатель оплатил ему учебу на адвоката. Больше мне ничего не известно.

Кивнув папе, я бегала глазами, погрузившись в свои мысли. Знаете, в документалках про секты часто рассказывают, как они целенаправленно выращивают таланты и внедряют их во властные структуры ради влияния.

Может, Пхён Джэ Хо тоже целенаправленно вырастил такого умника, как Син Чхи У? В каком-то смысле Председатель оказался провидцем. Глядя на то, как Син Чхи У сейчас помогает моему отцу, очевидно, что Пхён Джэ Хо своими же руками вырастил тигренка. Тигренка, который в итоге его и сожрет.