— А, для госпожи Со Ван Ый мы подготовили отдельный номер по соседству, так что, если нужно, можете умыться и отдохнуть там.

— Да, спасибо.

— Можете остаться и здесь, если вам так удобнее.

Может, он и прочитал мои мысли, но эта деликатная забота Син Чхи У была очень кстати. Как бы ни был мне дорог папа, находиться с ним вдвоем в тесной комнатушке мотеля, да еще и в присутствии надзирателя-мужчины, было бы неловко.

То, что он позаботился о том, чтобы мне было хоть немного комфортнее, вызывало искреннюю благодарность.

— Пап, я тогда пойду в соседний номер, умоюсь и приду.

— А, да. Так будет лучше.

— Я быстро, так что, если принесут еду, без меня не ешь. Поедим вместе, как в старые добрые.

— Конечно. Я ведь даже на твой день рождения не смог быть рядом... Ван Ый, не спеши. Ты, должно быть, так устала с дороги.

— Хорошо, пап.

— Госпожа Со Ван Ый, прошу сюда.

— Да.

Возможно, из-за присутствия папы Син Чхи У обращался ко мне исключительно на «вы» и в подчеркнуто уважительном тоне. Эта любезность, с которой он лично провожал меня в соседний номер, казалась настолько лицемерной, что я еле сдерживала смех.

Дверь папиного номера закрылась, и мы остановились прямо у соседней. О ключ-картах тут и речи не шло, но должен же быть хотя бы обычный аналоговый ключ?

Дзынь-дон.

Син Чхи У нажал на кнопку звонка, и я, стоя позади него, вытянула шею, чтобы посмотреть. На этой двери, в отличие от папиной, не было глазка. Судя по тому, что это самая обычная дверь, папина комната, видимо, была специально оборудована для защиты или наблюдения.

Беру свои слова благодарности Син Чхи У назад. Так я и знала.

— Ох...

— Чего так удивляться.

Увидев, кто открыл нам дверь изнутри, я тяжело вздохнула. Я всё гадала, почему женщина с каре не пошла с нами, а оказалось, она поднялась следом и ждала здесь. Вот только я никак не ожидала, что она прилипнет ко мне как надзиратель и охранник в одном лице.

— Рядом папа и тот мужчина, так что я вполне могу побыть и одна.

— Одной опасно. Когда кто-то рядом, это и безопаснее, и мне так спокойнее.

— Я понимаю, о чем вы, но всё равно это как-то... некомфортно.

— Мне нормально, — ответила женщина с каре.

— До полуночи осталось от силы полдня. Потерпи.

Даже эта женщина с каре, которая обычно была молчаливее любого мужчины, заявила, что всё в порядке, и, по сути, предложила относиться к ней как к пустому месту. Син Чхи У тоже был непреклонен: оставить меня одну он категорически отказывался. Спорить с ним было бесполезно.

Да и к тому же вероятность того, что на это место нападут, не была равна нулю. Если что-то случится, пока я в душе или решила вздремнуть, одна я точно не справлюсь.

Да, упрямиться здесь не было смысла. Син Чхи У прав. Я кивнула, соглашаясь.

— Хорошо. Я останусь с ней.

— Мы подготовили всё, что могли, но если тебе что-то понадобится, скажи заместителю Чха. Она всё достанет.

— Да.

Сначала на лодке, а теперь и здесь Син Чхи У назвал ее «заместитель Чха». Мне вдруг стало любопытно. И дело было вовсе не в ревности к тому, что рядом с ним находится женщина. Она, тот мужчина в соседнем номере и сам Син Чхи У — люди совершенно разных типажей. На чем вообще держится их доверие друг к другу?

Это лишь догадки, но, кажется, Син Чхи У не взял Здоровяка с собой на остров именно для того, чтобы тот охранял папу. Женщину с каре он тоже явно не воспринимал как женщину, а держал при себе исключительно из-за ее выдающихся способностей.

Оба они формально числились сотрудниками компании «Пхёнджэ» и находились в подчинении Син Чхи У, но неужели они не боятся предать Председателя Пхёна? Будь моя воля, я бы ни за что не захотела иметь такого начальника, как Син Чхи У, но, видимо, к своим людям он относится на удивление хорошо.

— У тебя ведь с собой тот телефон, что я дал?

— Да.

— Давай его сюда.

— Зачем?

— Если ты хотя бы случайно его включишь, твое местоположение могут отследить. Мы ведь уже не на острове.

— А... вот, возьмите.

Я достала одноразовый телефон из внутреннего кармана рабочей одежды, надетой под пуховиком, и протянула ему. Неужели он догадался, что пару минут назад, словно одержимая, я подумывала предать их? Из-за нечистой совести я покорно и без лишних вопросов отдала телефон.

Единственное, о чем я сейчас жалела — это сообщения, которыми мы с Син Чхи У обменивались последние три месяца. Казалось, они исчезнут навсегда. Я нигде не сделала резервную копию, так что с потерей телефона эти моменты останутся лишь в моей памяти.

— Я зайду позже, так что отдыхай. И поешь нормально.

— Хорошо.

— Ладно, мне нужно еще кое-что обсудить с директором Со.

Син Чхи У мельком взглянул на левое запястье и указательным пальцем правой руки постучал по циферблату часов. Дав понять, что он спешит, он сухо попрощался, развернулся и ушел. Всё произошло как-то слишком быстро.

Хм...

Мне еще в момент встречи с папой показалось, что отношение Син Чхи У ко мне неуловимо изменилось, но теперь это стало очевидным. С холодным и отстраненным выражением лица, точно как в день нашего знакомства, он проводил четкую черту, обращаясь со мной не как с Со Ван Ый, а исключительно как с дочерью директора Со Гё Ёна.

Именно такого изменения в его поведении я и хотела, но когда он на самом деле начал обращаться со мной так сухо и по-деловому, мне стало как-то не по себе. Понятно, что из-за папы он вел себя осторожнее, но я вдруг ощутила между нами дистанцию, которую трудно было объяснить.

Может, он так себя ведет, потому что скоро я покину Корею и мы больше не увидимся... Неужели мы были настолько близки, что ему нужно намеренно рвать эту связь?.. А-а, не знаю. Я сама уже не понимала, о чем думаю.

— Я буду сидеть в самом незаметном углу, так что чувствуйте себя комфортно.

— ...Да. Спасибо вам за ваш труд.

— Не волнуйтесь и просто успокойтесь. Даже если что-то случится, я вас защищу.

Женщина с каре, которая редко заговаривала со мной первой, спокойным голосом заверила меня, что я в безопасности. Конечно, расслабиться под присмотром надзирателя было задачей не из легких, но мне даже стало ее немного жаль — работа у нее явно не из простых.

Я неловко улыбнулась ей и невзначай спросила:

— А как вы начали работать с начальником Сином?

— Поступила на работу по стандартному открытому набору.

— А... понятно.

— Я ответила на ваш вопрос?

— Да, вполне.

Это был вопрос из чистого любопытства, без капли ревности. Но она ответила мне сухо и формально, без намека на сочувствие или желание открыться.

Видимо, поэтому она и работает с Син Чхи У. Мне бы у нее поучиться: не поддаваться эмоциям и просто выполнять свою работу. Вот только сохранять такой настрой сложнее всего.

Кажется, затею перетянуть женщину с каре на свою сторону придется бросить. Со смешанным чувством я осмотрелась. Номер ничем особым не отличался от того, где был папа.

Знаете, у всех в голове есть этот типичный образ мотеля. Здесь было так же: просто старо и безвкусно, ни больше ни меньше. Единственное — рядом с кроватью висело огромное зеркало непонятного назначения, что лишь добавляло комнате налета пошлости.

— Я быстро в душ и обратно.

— Подождите. Вот, переоденьтесь в это.

— А... спасибо.

— Не торопитесь, чувствуйте себя как дома.

— Хорошо...

Когда я сказала, что иду мыться, она достала из угла возле кровати бумажный пакет. В знак благодарности я слегка кивнула и, взяв пакет из рук женщины с каре, направилась в ванную.

Санузел без ванны, с одной лишь душевой кабиной, был крошечным, но и этому я была рада. После почти ста дней в общей душевой, сейчас мне казалось, что я попала в рай.

Расслабившись от того, что наконец-то могу побыть в полном одиночестве, я машинально заглянула в пакет. И тут же широко распахнула глаза.

Ой... это же моя одежда. И это тоже.

В прозрачной пластиковой косметичке лежала сменная одежда. Это были не какие-то наспех купленные вещи, а моя любимая, удобная одежда. Даже белье — трусы и бюстгальтеры, всё мое, и к тому же несколько комплектов.

Бежевые хлопковые штаны и светло-серый свитер, которые я носила в лабораторию почти как униформу, носки с милым логотипом бренда, которые я так любила — все эти вещи из моего прошлого, которые я оставила дома, теперь были здесь. Даже запах кондиционера для белья остался тем же самым.

— ...

Кстати... в отличие от папиного номера, здесь действительно чем-то пахло. Запах напоминал аромат диффузора, который стоял у нас в гостиной... Постойте-ка, и полотенце тоже мое?

Только тогда я внимательно осмотрела ванную комнату мотеля и поняла, что всё, начиная от шампуня и заканчивая остальными принадлежностями — это те самые средства, которыми я всегда пользовалась. Узнать такие детали чужой жизни практически невозможно, значит, Син Чхи У специально съездил в мою пустую квартиру и привез оттуда всё необходимое.

«До полуночи осталось от силы полдня. Потерпи».

Он мог бы просто купить что попало в ближайшем супермаркете. Но ради того, чтобы я с комфортом отдохнула эти жалкие полдня, он проделал всё это... Забота этого противоречивого мужчины проявлялась в таких неожиданно деликатных мелочах, что не растрогаться было просто невозможно.

Я крепко прижала к себе свою одежду. Не знаю почему, но мне просто захотелось это сделать. Я лишь надеялась, что этот мужчина никогда в жизни не узнает о том, что я чувствую прямо сейчас.