— Да, это Чха Со Ён.
Голос женщины показался мне знакомым. Девушка на другом конце провода представилась как «Чха Со Ён», и в тот же миг в голове всплыло другое имя.
Заместитель Чха (женщина с каре).
Она жива.
От того, что женщина с каре, которую я считала мертвой, оказалась жива, я настолько опешила, что даже не знала, как продолжить разговор. С округленными глазами я посмотрела на Син Чхи У, а он лишь слегка улыбнулся. Жестом показав мне продолжать разговор, он ждал, и я дрожащим голосом ответила:
— Это Со Ван Ый. Заместитель Чха... вы, оказывается, живы.
— Ван Ый-сси. Рада, что вы в безопасности.
— Да... вы тоже...
— Секундочку, я передам трубку директору Со.
— Что? В смысле... а, папе?
— Видимо, начальник Син вам не сказал. Директор Со серьезно ранен, но он жив. Он в безопасности.
— А... а...
— Но он в тяжелом состоянии, поэтому долго говорить не сможет... Я его разбужу, поговорите с ним хоть немного.
То, что женщина с каре жива — это уже радость, но то, что папа жив... в это просто невозможно было поверить. Сколько раз меня еще ударят кувалдой по голове? В этой суматохе всё происходящее казалось каким-то абсурдным сном.
Я даже несколько раз ущипнула себя за руку. Судя по боли — это реальность.
Но я же своими глазами видела, как он вонзил нож себе в сердце, как он мог выжить? Был какой-то трюк, о котором никто не знал? Да плевать на всё, просто сам факт, что папа спасся, казался немыслимым чудом.
— Директор, директор. Вы меня слышите? Дочь звонит...
Из трубки послышался голос заместителя Чха, которая, кажется, будила папу, а мои глаза снова наполнились слезами. Боясь, что папе станет грустно, если он услышит, как я плачу, я изо всех сил пыталась взять эмоции под контроль, но это было непросто. Случилось чудо — мертвый воскрес, тут радоваться надо, а я...
Всхлипывая в ожидании папы, я посмотрела на Син Чхи У сложным взглядом. Как можно было так безупречно провернуть подобную аферу? Но почему-то лицо Син Чхи У казалось еще более сложным, чем мое.
Когда я спрашивала дату смерти отца, он с таким невозмутимым лицом назвал мне день... Этот мужчина, чьи мысли невозможно прочесть — действительно страшный человек. В тот момент, когда я об этом подумала...
— Ван Ый...
— ...Папа.
— Ван Ый, прости меня...
Голос папы звучал как у человека при смерти. В его голосе слышались металлические хрипы, произношение было невнятным, но я точно знала: я говорю с папой.
— Папа...
— Да, папа! Я слушаю!
Прижимая телефон к уху, я перевела взгляд на Син Чхи У. Как он мог так убедительно притворяться до самого конца? Сколько раз я плакала, кричала и спрашивала, зачем он убил моего папу, а он каждый раз вел себя так, будто папа и правда мертв. В каком-то смысле Син Чхи У был не просто бесстыдным, он был поразительно дерзким и расчетливым.
Видимо, фальшивый труп нужен был для того, чтобы одурачить Председателя Пхёна и скрыть, что папа жив. И слова Син Чхи У о том, что он «вытащил из меня максимальную реакцию», теперь наконец-то обрели смысл.
Да, умом я всё понимала, но где-то внутри начала медленно закипать необъяснимая горячая ярость.
— Я сильно ранен... начальник Син тебе всё объяснит...
— Поняла, я сейчас же приеду к тебе. Жди, слышишь? Я не успокоюсь, пока своими глазами не увижу, что ты — это правда ты.
— Приезжай в любое время, кхм, кхм, кх-хх! Мокрота скапливается... я передам телефон заместителю Чха...
— Поняла, папа. Постараюсь приехать как можно быстрее.
Как я и предполагала, даже если он выжил благодаря тому, что нож прошел мимо сердца, ранение всё равно было тяжелым. Поэтому мне нужно было поехать к нему прямо сейчас. Если вдруг начнутся осложнения, папа может умереть хоть завтра.
Повесив трубку, я закрыла глаза и перевела дух. Слезы на моих раскрасневшихся, горячих щеках тоже постепенно высохли.
Я была благодарна за всё, но прежде всего за то, что папа не умер. И в то же время у меня раскалывалась голова.
— ...
Папа, наверное, не понимает. Не понимает, как я благодарна ему за то, что он первым повесил трубку. Если бы разговор затянулся, я бы не выдержала нарастающего гнева и сорвалась на крик.
Судя по всему, Син Чхи У спас папу втайне от всех, а значит, как минимум пока Пхён Джэ Хо жив, нам придется ходить по тонкому льду, дрожа от страха. Иными словами, какое-то время мне неизбежно придется оставаться под защитой Син Чхи У.
— Сохрани этот номер, это прямая линия связи с директором Со. Будь осторожна, чтобы номер не засветился.
— Да, не волнуйтесь.
— И этот телефон пока оставь у себя, пока ситуация не разрешится.
— Его можно держать всё время включенным?
— Без разницы.
— Запомню.
Положив секретный телефон в карман пальто, я коротко поблагодарила его. Пусть это и «левый» телефон, но наличие средства связи придавало уверенности. Неожиданно обретенное оружие в виде телефона немного подняло настроение, но справиться с выражением лица мне никак не удавалось.
То, что я искренне оплакивала смерть любимого папы — правда, и то, что я безумно рада его воскрешению — тоже правда. Но теперь, когда кусочки пазла сошлись воедино, я чувствовала такую же сильную ярость, как и мою любовь к отцу.
«Ван Ый! Слушай папу внимательно. Прямо сейчас бери свой и мой паспорта и мчись в аэропорт Инчхон!»
Моя успешно выстраиваемая карьера и диссертация. Мои друзья и обычная жизнь, в которой я искала маленькие радости. Неизвестная мне измена матери и темное, скрытое прошлое отца.
Если бы я ничего не знала, то жила бы спокойно, как самая обычная аспирантка, но я не могла отделаться от мысли, что именно папа разрушил мою жизнь.
Поэтому, прежде чем ехать к отцу, я должна была узнать. Каковы истинные намерения Син Чхи У.
Син Чхи У тоже больше не должен меня обманывать. Если он действительно испытывает ко мне симпатию и желает меня как мужчина, он должен ухватиться за этот последний шанс, который я ему даю.
— Для начала... хочу сказать спасибо. Спасибо, что спас папу и помог мне.
— ...
— А теперь, не мог бы ты объяснить всё с самого начала? Я должна понимать ситуацию... чтобы не наделать ошибок, и чтобы помочь вам с папой, если от меня что-то потребуется.
Я должна знать, чего добивается Син Чхи У, выставляя меня полной идиоткой. Я тоже должна получить плату за удар в спину, чтобы чувство предательства, которое я сейчас испытываю, хоть немного утихло.
Прежде всего, если он думает, что раз он защитил меня и сотворил чудо с воскрешением папы, то я просто прощу ему весь этот обман и закрою глаза — он глубоко заблуждается.
— Начнем с этого. О том, что директор Со жив, знают только четыре человека, включая нас с тобой. Это строжайший секрет.
— А тот мужчина жив? Тот крупный парень. Его душили и ударили ножом в бедро...
— От удара в бедро не умирают.
— Значит, он жив?
— Можешь не волноваться.
Слава богу, никто не умер. Но чувство, что я оставалась в неведении и меня просто использовали как пешку, вызывало отвращение ко всем ним. Мое доверие к людям упало ниже плинтуса, вплоть до полного разочарования.
— Я прекрасно понимаю, Ван Ый, что у тебя сейчас всё путается в голове.
И кто же меня до этого довел? Его бесстыдство и отстраненный тон просто выводили из себя. Мой взгляд, брошенный на него, не мог не быть полным гнева.
Но я увидела, как Син Чхи У слабо улыбнулся. Это была усмешка человека, который видит меня насквозь: он прекрасно понимал, что я стала вежливой лишь на словах, а мой скверный характер никуда не делся.
— Конечно, у меня всё путается.
Я знала, что перепалка с ним не принесет мне пользы, но время от времени накатывающая ярость мешала держать лицо. Глядя на всё это, я понимала, что мне еще далеко. У меня даже близко нет нужной выдержки, чтобы противостоять Син Чхи У, поэтому мне остается только склонить голову и играть по его правилам.
— Мне жаль, что тебе пришлось пройти через всё это не по своей воле.
— Буду надеяться, что ты говоришь искренне.
Я признаю, что Син Чхи У на несколько голов умнее и хитрее меня. И если сейчас я кажусь ему лишь пытающейся выглядеть сильной — пусть. Я лишь хотела показать им: то, что я стала совершенно другим человеком — исключительно их вина.
— Скажу предельно честно: меня и от вас, и от папы так тошнит, что я просто с ума схожу.
— Понимаю.
— За Пхён Джэ Хо следит слишком много глаз, так что убить меня прямо сейчас он не сможет. Используя это в своих интересах, мне хочется разрушить все эти ваши чертовы планы, которые вы с Син Чхи У-сси там настроили...
— А что, неплохой вариант.
— Разве я стала бы о таком думать, не доведи вы меня до крайности?
— ...
— Так что умоляю, расскажи мне. Правду, которую я не знаю.
