— Я никуда не тороплюсь.

— Вы же сказали, что поедете первым?

— Если выеду хоть на минуту раньше, значит, уже первым.

Слава богу, хоть заговорил, но, похоже, всё начиналось по новой. Мы оба знали, что препираться здесь — это пустая трата сил и времени, так зачем он это делает?

— Но я бы хотела отдохнуть.

— Правда?

— Поэтому прошу вас уйти.

Я сказала это предельно ясно: уходите.

Но он и бровью не повел, продолжая упрямо стоять на своем. Я судорожно соображала, как выпутаться из этой ситуации, и тут меня осенило: если сбежать в соседний номер к папе, он не посмеет пойти за мной.

Дверь всё равно была приоткрыта, так что выскользнуть не составило бы труда. Но в тот момент, когда я дернулась, чтобы выйти, он, видимо, прочитал мои мысли.

Син Чхи У с выражением лица «даже не мечтай» закрыл открытую мной дверь. И даже щелкнул замком.

Что же делать.

Мы остались в пустом номере мотеля абсолютно одни. Дверь заперта, окна наглухо закрыты, а носки его ботинок стояли всего в ладони от моих кроссовок.

— След от подушки уже прошел?

— А вы когда успели заметить?

— А когда это я отводил от тебя взгляд?

Он коснулся моей левой щеки правой рукой. Сделал это так естественно, словно в таком прикосновении не было ничего необычного.

От испуга я попыталась уклониться от его руки и сделала шаг назад. Спину тут же обожгло холодом стены.

Отступать было некуда. Чтобы избежать его, пришлось бы идти вглубь комнаты, но там, пожалуй, было еще опаснее — ведь там стояла кровать.

— Чего ты так пугаешься?

— Вы так внезапно дотронулись.

— Ах да, ты же говорила, что тебе неприятно, когда я тебя трогаю.

— Если помните, то больше так не делайте.

На мой шаг назад он ответил шагом вперед. Расстояние между нами снова сократилось.

Я изо всех сил старалась не смотреть ему в глаза, но это было непросто. Я знала, какое у меня сейчас лицо, и он тоже это знал. И я догадывалась, что означает этот опасный, полыхающий взгляд мужчины, который пристально смотрел на меня сверху вниз.

— Разве нам... не о чем поговорить?

— Мне — не о чем. То есть, я уже всё сказала.

— А мне есть о чем.

Син Чхи У тихонько вздохнул, и его голос зазвучал гораздо мягче. В этой бессмысленной войне нервов проигрывал он, а не я.

— Я вернулся, потому что мне нужно тебе кое-что сказать.

Его смягчившийся голос напомнил мне о тех тайных телефонных разговорах на острове. Хоть это и был низкий баритон, в его ясной речи присутствовал особый ритм. Это тихое, похожее на шепот звучание расслабляло, приятно щекоча слух.

Мои плечи слегка вздрогнули.

Почувствовав непонятное покалывание во всем теле, я нервно сцепила руки. Но скрыть тревогу и нервозность было не так-то просто. Только я одна не замечала, как всем своим существом выдаю то, насколько сильно реагирую на него.

— Госпожа Со Ван Ый.

Его обжигающий взгляд остановился на одном месте. Смотрит на мои руки? Опять вспомнилось кольцо. Надо было снять его давным-давно, теперь я сама дала ему повод, и крыть мне было нечем.

Его внимание смущало, поэтому я еще ниже опустила голову, разглядывая мыски своей обуви. Но большая рука Син Чхи У потянулась ко мне.

— Ван Ый.

Иногда он вот так, словно по ошибке, звал меня по имени. В такие дни, положив трубку, я чувствовала такое трепетание, будто у нас тайный роман. Я так надеялась, что он не знает о моих чувствах, но, видимо, всё было написано у меня на лице.

Он осторожно взял мои руки, которые я от неловкости не знала куда деть и постоянно теребила. Руки у него были большими, крепкими, но на удивление мягкими, и мне это даже нравилось. Раз уж это наша последняя встреча, я решила, что не стоит грубо вырывать руки, и замерла.

Но когда я поняла, что он собирается сказать дальше, мои глаза расширились от удивления.

— Не уезжай.

— ...

— Не уезжай с отцом, останься здесь со мной.

Это было настолько неожиданное и непредсказуемое предложение, что я медленно подняла голову и посмотрела на него. За всё время нашего знакомства это было самое искреннее выражение его лица. Удивительно, что он вообще умеет так смущаться.

Но было жаль, что я увидела эту его новую сторону только в самом конце. Ведь мой ответ был готов еще до того, как он договорил.

— Хотя бы тебя одну я смогу защитить.

— ...

— Не уезжай с отцом, останься здесь. Нет... я бы хотел, чтобы ты осталась здесь.

Он был таким высоким, что мне пришлось еще сильнее задрать подбородок, чтобы посмотреть ему в глаза. В уголках его пухлых губ, с которых явно сорвались слова, потребовавшие большой решимости, сквозило напряжение. А если в его темных глазах я увидела мольбу — это мне показалось?

И на секунду я заколебалась. Это сладкое искушение — выбрать его вместо отца — на мгновение затуманило мне разум.

Я понимала: бросить отца, который вырастил меня и любил всю жизнь, ради мужчины, которого я видела всего дважды — это абсурд. Может, он вообще говорит мне эти сладкие речи только для того, чтобы взять в заложницы.

И всё же на долю секунды мелькнула мысль: а что, если хоть раз в жизни поставить всё на карту и совершить безумство? Я всегда гордилась тем, что живу правильно и примерно, так почему бы сейчас не сойти с намеченной орбиты и не сделать так, как хочется.

Возможно, если бы мы с Син Чхи У были знакомы давно и знали характеры друг друга, я бы, наверное, бросила отца. Но чтобы поставить судьбу на кон ради мимолетной искры, я была слишком труслива, да и совершенно ничего о нем не знала.

Я не была уверена, что смогу справиться с последствиями, если выберу Син Чхи У вместо отца. Не было ни веры, ни гарантий, что мужчина, обещающий защитить меня, будет любить только меня и смотреть только на меня вечно.

Поэтому ответ с самого начала был только один. Я не могла принять его предложение.

— Боюсь... это будет сложно.

— Я не хочу отпускать тебя вот так.

— Я понимаю, о чем вы... но нет.

— ...

— Спасибо... что помогли уехать вместе с папой.

Я и не думала, что он легко примет мой отказ. Он начал медленно наклоняться ко мне.

— Это мой последний раз.

— ...

— Не уезжай, Ван Ый. Останься здесь.

Наверное, так выглядит отчаяние мальчишки, впервые признающегося в любви. Я чувствовала, что он говорит искренне, и от этого у меня самой к горлу подступил горячий ком.

— Останься со мной.

Когда он наклонился еще ниже, подстраиваясь под мой рост, я почувствовала его дыхание. Мы были так близко, что я видела, как дрожат его глаза. И мое сердце, которое я еле-еле усмирила, снова затрепетало.

Наверное, ни у меня, ни у Син Чхи У не было этой внезапной, роковой любви, ради которой ставят на кон жизнь. Но бывает такое притяжение, которое, может, и не является глубокой любовью, но вызывает желание узнать человека лучше, пробуждает интерес.

Да, по правде говоря, он привлек мое внимание с самой первой встречи. Внешне он был в моем вкусе, но меня интриговало это противоречие: он мог быть нежным, а в следующую секунду больно колол словами, уничтожая те крупицы симпатии, что успели накопиться.

Меня искренне трогала его деликатная забота в мелочах, но когда он проявлял свою язвительность, симпатия, готовая вот-вот перерасти в привязанность, сменялась неприязнью. И я даже не заметила, как эти моменты — когда он был таким милым и таким невыносимым — слились воедино, породив это сложное, неясное чувство.

Наверное, поэтому Син Чхи У сейчас и пытается меня удержать.

— Простите. Но я всё решила — я еду с папой.

— ...

— И всё же... спасибо, что вернулись и попросили меня остаться.

Как было бы замечательно, если бы всё можно было определить и решить одним коротким словом «прости». Не знаю почему, но по моим щекам уже катились слезы.

Если нам суждено быть вместе, когда-нибудь мы встретимся снова. У нас есть связующее звено в виде папы, и если он захочет, то сможет найти меня, где бы я ни была.

А если в будущем мы перестанем чувствовать этот трепет и волнение друг к другу, то просто пожелаем друг другу счастья и вернемся к своей жизни. Так что пора было ставить здесь точку. Но тут...

— Опять плачешь.

Его рука коснулась моей талии. Какую бы прочную стену я ни возводила, достаточно ему протянуть руку, и она рушится в одно мгновение.

— Не плачь.

То, как ласково он вытирал мне слезы, было таким нежным, что мне стало еще грустнее. Как бы мне хотелось без утайки выплеснуть всё, что сейчас кипело у меня внутри. Но я не могла позволить своим истинным чувствам вырваться наружу и вынуждена была давить их в себе. Наверное, поэтому слезы лились еще сильнее.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver