— Чхи У, ты же никому не рассказывал про наркотики и всё такое?

— Конечно нет! Мне самому до смерти страшно. Кому бы я стал такое рассказывать...

— Тогда не пугайся, выслушай хёна внимательно. Не пойми неправильно. Просто выслушай.

По его словам, первые пару раз, когда он выполнял поручения Тэ Гу хёна, он, клянусь небесами, понятия не имел, что это за игрушки. Но чем чаще это повторялось, тем больше хён задавался вопросом: «Почему именно игрушки?».

— Если вот так пощупать живот игрушки, то казалось, что внутри что-то есть. Что-то твердое, вроде мелких гранул. А если поднести к уху и помять, слышно, как шуршит.

Хён тоже догадался, что внутри игрушек спрятано что-то, завернутое в целлофан. Если он не был полным идиотом, мысль о наркотиках просто не могла не прийти ему в голову, и именно тогда он испугался и перестал бегать на посылках.

— Чхи У, хён не врет. Это правда. Я точно не знал, наркотики это или нет, но понял, что дело дрянь, испугался и бросил это.

— А деньги тогда откуда? ...Деньги, на которые ты купил мне кроссовки Nike, а Джи Юн нуна — пуховик, откуда они?

— Ты же... знаешь супермаркет у причала в Сэыльпхо, где владельцы лодок вечно в карты режутся?

— ...Ага, слышал.

— Я стоял там на шухере... бегал для них за сигаретами... и мне давали на карманные расходы... Гордиться тут нечем, конечно...

Как же переменчиво человеческое сердце. Когда я подумал, что хён, возможно, работал курьером у наркоторговцев, мне казалось, что мое сердце вот-вот разорвется от ужаса, но стоило услышать про Сэыльпхо, как мне стало гораздо спокойнее.

Владельцы лодок, державшие под контролем район Сэыльпхо, в основном промышляли ловлей анчоусов и были местными авторитетами не в первом поколении. Да и с полицией они все были на короткой ноге.

Насколько я знал, даже если эти дяденьки собирались и играли в карты по-крупному, их никто по-настоящему не арестовывал. Если поступал донос, полиция приезжала для галочки, но поскольку все друг друга знали, всё заканчивалось фразой: «Давайте сегодня без фанатизма, закругляйтесь пораньше», и копы уезжали. По сути, это было одним из тех глубоко укоренившихся зол прибрежных городков, искоренить которое было почти невозможно.

— Когда мы узнали, что Тэ Гу хён разбился насмерть... мы все были просто в шоке.

— Раз вы были в шоке, то зачем ты вытащил все эти игрушки, хён?

— Ты же знаешь нас? Мы те еще трусы. Нам стало так страшно и тошно от всего этого, что мы решили собрать их все и сдать в полицию.

— Сдать?

— Ага. Вроде явки с повинной... но не совсем явка, просто донести. Если это и правда наркотики, говорят, за наводку дают денежное вознаграждение. Джи Юн всё разузнала.

От такого неожиданного поворота у меня глаза на лоб полезли. Я-то думал, у хёна хватило наглости ввязаться во что-то по-настоящему страшное, а оказалось, он сделал это именно потому, что кишка тонка — и это было огромным облегчением.

— Хён, это правда?

— Ага, чистая правда, Чхи У. Честно говоря, мне было не по себе от того, что я бегал на посылках у Тэ Гу хёна, поэтому решил просто рассказать всё полиции. Мы целый месяц ломали голову, чуть мозги не вскипели... Но, как ни крути, это всё неправильно.

— Если так, то слава богу.

— Детектив, который приходил ко мне в прошлый раз, оставил визитку, помнишь? Сказал звонить, если что. Я позвоню ему и скажу, чтобы забрал всё это.

Это было решение, принятое из страха, что легкий подзатыльник может обернуться избиением дубинками. Я не говорю, что хён был на сто процентов невиновен и чист. Но то, что он нашел в себе смелость признать ошибку и попытаться ее исправить, в моих глазах делало его настоящим героем.

Поэтому я ни на секунду не сомневался, что всё обойдется. Да, полицейские дяденьки наверняка отвесят им пару подзатыльников и как следует отчитают, но в итоге всё закончится хорошо. По крайней мере, я верил в это... вплоть до той самой ночи.

— Эй, курица приехала, курица приехала, убирайте со стола!

— Чхи У! Неси торт из холодильника, быстрее!

— Понял, нуна.

— Сон Ук, давай доставай ту выпивку, что мы у лодочников по-тихому стащили, сегодня будем гудеть.

— Если нас спалят — нам крышка. Так что то, что мы пили — это тайна, могила.

— Само собой! Чхи У налей колы. Он же еще в началке.

— Мне через пару дней четырнадцать исполнится. Я уже в средней школе.

Что может быть для детей лучше каникул? Увидь нас кто-нибудь со стороны, наверняка бы сказал, что эти беспризорники устроили здесь какой-то притон.

Но я обожал своего бестолкового хёна и его таких же бестолковых друзей. Пусть у нас не было ни капли общей крови, но мы впятером были самой настоящей семьей, братьями и сестрами, которые полагались друг на друга.

Нужно просто пережить этот сложный период. Я хотел учиться еще усерднее, стать тем, на кого нуна и хёны смогут опереться. И в тот самый момент, когда я был уверен, что так оно и будет, в нашем доме появился незваный гость.

— Пак Сон Ук, ты дома?

Была не такая уж глубокая ночь. Помню только, что по телевизору, работавшему фоном, как раз закончилась первая часть <Церемонии награждения музыкальных премий конца года>.

Звонка у нас не было, так что голос с улицы, зовущий хёна, мы услышали не сразу. Пока хён с друзьями наслаждались легким опьянением, я играл в игру на телефоне брата. Звук телевизора был прибавлен, так что я тоже не особо обращал внимание на происходящее вокруг.

— Пак Сон Ук? Выйдешь на секунду? Или мне самому войти?

— А? Погодите... все, тш-ш... тихо.

— Чхи У, в чем дело?

— Хён, тебя кто-то зовет на улице.

— В такое время?

— А... это, наверное, тот детектив. Джи Юн, я пойду посмотрю, а вы пока спрячьте бутылки.

— А, ага, понял.

Прикрыв рот ладонью и выдохнув со звуком «ха-а», чтобы проверить, пахнет ли от него алкоголем, хён открыл дверь и вышел. Поскольку наш дом был старой постройки, где калитка и входная дверь были разделены двором, хён прямо в тапочках вышел на улицу, бросив напоследок:

— Вчера я позвонил детективу, который приходил раньше, сказал, что вспомнил кое-что про Тэ Гу хёна. Видимо, он сейчас приехал.

Пока хён был на улице, мы в панике заметали следы нашего застолья. Нуна даже мимоходом спросила меня: «Слушай, нас же всех не повяжут за то, что мы, несовершеннолетние, тут пьем?».

— Ребят, минуточку. Тут человек пришел, он хочет взглянуть на эти игрушки.

Мы еще не успели до конца избавиться от улик, как хён завел в дом какого-то мужчину. Незнакомец был одет в черный костюм под черным пальто, и моему детскому разуму он почему-то показался невероятно крутым.

— Сон Ук, кто это?

— Э-э... сказал, что из Национального агентства разведки. Говорит, с ним связался тот детектив, который ко мне приходил.

— Серьезно? Прям из разведки...? Как агент из тех дорам...?

— Ага, он мне только что на улице свое удостоверение показал. Точно из разведки... Но он какой-то страшный...

— Ребят, хватит шептаться. Покажете мне эти игрушки? А, Сон Ук?

К счастью, сотрудник разведки направился не в большую комнату, где мы гуляли, а в маленькую, где лежали игрушки. Все пятеро, включая хёна, вытянув шеи, наблюдали, как он осматривает плюшевых зверей. Я же прятался за спиной нуны, оставив снаружи только глаза.

— Значит, ты говоришь, что покойный... этот самый Тэ Гу, посылал тебя с этим?

— Всего пару раз. Нет... три или четыре... или пять? Короче, мне просто нравилось получать чаевые, я и делал, что говорят, не задумываясь... но потом мне показалось это странным, и я перестал.

— Правда?

— Да... Вон там, в Сэыльпхо, есть место, где тусуются лодочники. После Дня основания нации я перестал бегать за Тэ Гу хёном и стал покупать сигареты для тех дяденек. Проверьте сами. Это правда.

По лицу хёна всегда было понятно, когда он врет. А раз этот крутой агент ловит плохих парней, то он просто по голосу определит, говорит ли хён правду или нет.

Выслушав хёна, сотрудник разведки кивнул и хмыкнул «угу, угу». Казалось, он всё понял и принял к сведению.

— А про игрушки ты кому-нибудь еще рассказывал?

— Нет. Кроме покойного Тэ Гу хёна, моих друзей здесь и моего младшего брата никто не знает. То есть, скорее всего, никто не знает. Если, конечно, Тэ Гу хён сам не растрепал...

— Я понял. Но ты всё равно молодец, смелый парень.

— ...Мне просто стало страшно. Подумал, что это что-то незаконное... к тому же слышал, что за это положено вознаграждение...

— Давай для начала вспорем одну и посмотрим, действительно ли это наркотики. Иначе как тебе вознаграждение выплатить.

— Да, вот здесь... Я сложил их сюда. Целых два пакета.

Достав из 50-литрового мусорного пакета игрушку, лежавшую на самом верху, агент достал из-за пазухи нож. Разрезав брюхо плюшевой игрушке пугающе легким движением, он извлек крошечный целлофановый пакетик и усмехнулся.

И я отчетливо это увидел. На том целлофановом пакетике было напечатано: «Пхёнджэ».

  ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver