Услышав телефонный звонок Жань Сивэй, Инь Сычэнь тут же заколебался.
Гу Сиси всё ещё ждёт его...
— Сычэнь, я тебе не доставляю хлопот? Тогда забудь, я как-нибудь потерплю одна. В конце концов, это всего лишь боль в желудке, не умру же я от этого... — из трубки тут же донеслись страдальческие стоны Жань Сивэй, а также прерывистый звук удара о стул.
У Жань Сивэй с самого детства был слабый желудок.
Инь Сычэнь знал, какие лекарства от желудка принимает Жань Сивэй.
Но сама Жань Сивэй вечно не помнила названия лекарств, которые ей нужно было пить...
Стоило Инь Сычэню представить, как Жань Сивэй, терпя боль, случайно натыкается на что-то, как он уже не мог заставить себя быть твёрдым.
Ладно, сначала отвезу Жань Сивэй за лекарствами.
Наверное, это не займёт много времени, пусть Гу Сиси пока подождёт немного.
— Хорошо, я сейчас приеду, — Инь Сычэнь повесил трубку и тут же развернул машину обратно.
Дойдя до комнаты Жань Сивэй, Инь Сычэнь постучал, но обнаружил, что дверь вовсе не заперта — толкнул, и она открылась.
Войдя, Инь Сычэнь увидел, что Жань Сивэй в белом длинном платье лежит на полу неподвижно.
Инь Сычэнь испугался, большими шагами бросился внутрь, подхватил Жань Сивэй с пола на руки, как принцессу, и уложил её на кровать:
— Сивэй, что с тобой? Я сейчас же поеду за лекарствами!
Инь Сычэнь только собрался развернуться и уйти, как Жань Сивэй схватила его за руку и слабо произнесла:
— Не бросай меня, хорошо? Сычэнь, у меня так болит желудок, не оставляй меня, прошу тебя! Сычэнь, раньше ты бы так не бросил меня! Раньше, когда у меня болел желудок, ты всегда обнимал меня!
— Я поеду за лекарствами, — Инь Сычэнь попытался вырвать руку из руки Жань Сивэй, но, увидев её побледневшее от боли лицо, он тоже не мог заставить себя быть жестоким.
Как-никак, Жань Сивэй была женщиной, которой он отдал больше всего чувств!
— Сычэнь... ты действительно меня больше не хочешь? — Жань Сивэй вдруг залилась слезами, ручьи слёз на побледневшем лице делали её ещё более жалкой. — Даже как друг, ты не хочешь побыть со мной? Я просто хочу, чтобы ты побыл рядом, я ничего большего не прошу, только быть рядом... Прости, я опять сказала что-то лишнее? Хнык-хнык... Я так и знала, я всегда делаю то, что вызывает у людей отвращение. Даже Сычэнь теперь меня возненавидит, я действительно неудачница... Ууу...
Увидев, как горько плачет Жань Сивэй, Инь Сычэнь, наоборот, не знал, что сказать.
— Что за глупости? Как я могу тебя ненавидеть? — Инь Сычэню оставалось только утешать её.
Гу Сиси всё ещё ждёт его, он должен немедленно туда поехать!
Но Жань Сивэй...
Видя, как Жань Сивэй плачет, Инь Сычэнь действительно не мог просто взять и уйти...
— Прости, я не должна была, зная, что ты женат на Гу Сиси, предъявлять тебе такие неразумные требования. Но я просто не могу с собой справиться... Здесь у меня нет ни одного человека, на кого я могу опереться. Деи выходит замуж, Шан Кэ пьян, я не знаю, к кому ещё обратиться... — Жань Сивэй с нарочитой стойкостью произнесла. — Прости, я не должна была тебя задерживать. Уходи, оставь меня одну... Ах, как больно...
Инь Сычэнь подумал: «Ладно, в конце концов, рядом с Гу Сиси есть Му Жона, которая составит ей компанию, так что пока с ней ничего не случится».
Сначала отвезёт Жань Сивэй в больницу!
Жань Сивэй права: завтра свадьба Цяо Ци и Деи, из-за такой мелочи, как боль в желудке, не стоит поднимать шум. Лучше сам отвезёт её в больницу на обследование!
— Ладно, не говори глупостей. Я отвезу тебя в больницу, — тон Инь Сычэня смягчился, он снова взял Жань Сивэй на руки и направился к выходу.
Жань Сивэй прижалась к груди Инь Сычэня, чувствуя его тепло и чувство безопасности.
Шесть лет не виделись, Инь Сычэнь стал более зрелым, более тёплым, более сильным и более привлекательным, чем шесть лет назад.
Если бы шесть лет назад... она не поступила бы так, тогда он принадлежал бы только ей.
Жань Сивэй в душе сравнивала себя с Гу Сиси.
Она считала, что во всём превосходит Гу Сиси.
Судя по сегодняшнему вечеру, Инь Сычэнь к ней тоже не совсем равнодушен.
Он всё ещё очень беспокоится о ней!
Значит, у неё ещё есть шанс...
Жань Сивэй в душе строила планы...
Инь Сычэнь совершенно не видел выражения лица Жань Сивэй, он спешил отвезти её в больницу, а потом поскорее забрать Гу Сиси.
Гу Сиси сидела на скамейке у дороги и ждала уже очень долго.
Телефон в руке так и не загорелся.
Звонки, которые Гу Сиси делала Инь Сычэню, оставались без ответа.
Неужели он забыл телефон?
Разве он не сказал, что скоро приедет?
Почему его так долго нет?
Взгляд Гу Сиси потускнел, она одиноко сидела под фонарём.
Фонарь вытягивал её тень длинной и расплывчатой.
Тень и свет фонаря сочувствовали друг другу, но в шуме нескончаемого потока машин она выглядела всё более одинокой.
Му Жона уже не могла на это смотреть: Гу Сиси сидела здесь уже больше получаса.
А Инь Сычэнь всё не приезжал.
Му Жона медленно подошла, села рядом с Гу Сиси и тихо сказала:
— Может, не будем ждать? Попросим Мо Цзысиня отвезти нас обратно.
Взгляд Гу Сиси потускнел ещё больше, она шевельнула губами и произнесла:
— Не надо, я ещё немного подожду. Если он приедет и не найдёт меня, он будет волноваться...
Видя Гу Сиси такой, Му Жона и жалела её, и злилась!
Что вообще вытворяет Инь Сычэнь!
Раз уж заставил Гу Сиси ждать здесь, почему не приезжает?
Даже если срочные дела, можно же позвонить?
— Ты иди, я ещё подожду, — Гу Сиси тихо улыбнулась. — Здесь вечером совсем не холодно, я просто посижу, посмотрю на пейзаж.
— Да тебя же убить мало! Если ты не уходишь, как я могу уйти? — Му Жона с обидой произнесла. — Я буду ждать с тобой! В конце концов, не я одна жду!
В машине неподалёку Мо Цзысинь сидел на своём месте и своими синими глазами глубоко смотрел на Гу Сиси, ждущую на скамейке.
Мо Цзысинь не мог объяснить, что он чувствовал в душе.
Чувство потери.
Чувство боли.
Смутную щемящую жалость.
И при этом он ничего не мог сделать, только молча смотреть, как она ждёт другого мужчину.
— Директор Мо, мы продолжаем ждать? — обеспокоенно спросил ассистент.
Директор Мо никогда не был таким, такого раньше никогда не случалось...
— Ждём, — холодно ответил Мо Цзысинь. — Сколько она будет ждать, столько и я.
Ассистент тут же замолчал.
Директор Мо сегодня точно с ума сошёл?
***
Жань Сивэй с полным раскаяния видом сказала Инь Сычэню:
— Ах, прости, я только что случайно пролила воду на твой телефон, я так долго вытирала, но он всё равно не включается... Прости, правда прости... Я куплю тебе новый телефон?
Инь Сычэнь посмотрел на телефон, который уже совершенно не включался, и беспомощно вздохнул:
— Ладно, вернёмся — разберёмся. Я тебе уже купил лекарства, прими их скорее.
Инь Сычэнь положил лекарства и, взяв намокший телефон, который не включался, собрался уходить.
Жань Сивэй вдруг заговорила:
— Сычэнь, ты действительно собираешься бросить меня здесь и не заботиться обо мне? Если ты уйдёшь, кто позаботится, выживу ли я? Если ты уйдёшь, а я засну, кто будет следить за капельницей?
Инь Сычэнь слегка нахмурил свои красивые брови и сказал:
— Я вернусь и попрошу Сяо-А побыть с тобой.
— Сычэнь! Я не хочу, чтобы кто-то другой был рядом! Я хочу, чтобы рядом был только ты! — Жань Сивэй вдруг заплакала крупными слезами. — Сегодня последний холостяцкий вечер Цяо Ци, и это мой последний срок для себя! После сегодняшнего дня я больше не буду любить тебя, я буду смотреть на твоё счастье издалека, как друг! Сычэнь, даже если это просто жалость, побудь со мной эту последнюю ночь, хорошо?
Инь Сычэня охватило раздражение.
Он не возражал бы побыть здесь с Жань Сивэй, но как же Гу Сиси??
Его телефон намок, что если Гу Сиси заждалась и волнуется?
Инь Сычэнь поднял руку и посмотрел на время: плохо, Гу Сиси ждёт уже больше часа!
Нужно немедленно ехать!
Инь Сычэнь только сделал два шага, как услышал за спиной, что Жань Сивэй упала с кровати на пол!
Болезненный стон раздался сзади, и шаги Инь Сычэня тут же замерли!
— Сычэнь... я... я не нарочно... — прерывисто произнесла Жань Сивэй, в голосе слышались болезненные стоны.
Инь Сычэнь вздохнул.
Он мог не обращать внимания на других женщин, но не мог не обращать внимания на Жань Сивэй.
В конце концов, он когда-то так сильно её любил.
В конце концов, это была единственная девушка, ради которой он, молодой и безрассудный, сходил с ума.
Инь Сычэнь вздохнул, медленно повернулся, снова поднял упавшую на пол Жань Сивэй на кровать, сел рядом и сказал:
— Хорошо, я побуду с тобой, пока не закончится капельница. Сивэй, с завтрашнего дня мы можем вернуться только к дружеским отношениям. Хотя мы когда-то любили друг друга, у меня уже есть жена. Я не хочу делать ничего, что могло бы обидеть Сиси, ты понимаешь?
Жань Сивэй со слезами на глазах кивнула:
— Я знаю, я всё понимаю. Я не поставлю тебя в неловкое положение! Сычэнь, я по-прежнему говорю: ты всегда будешь самым дорогим для меня человеком! Лишь бы ты был счастлив, что бы ты ни попросил, я всё сделаю!
Инь Сычэнь в душе тихо вздохнул и больше ничего не сказал.
Когда Жань Сивэй отвернулась, уголки её губ невольно поползли вверх.
Раз Инь Сычэнь всё ещё заботится о ней, значит, она не боится, что не сможет вернуть его сердце!
Гу Сиси, прости.
Инь Сычэнь — мужчина, который мне нравится, я не уступлю его тебе!
Ты уже родила Сычэню ребёнка, ты должна быть довольна!
Будущую жизнь Сычэня я беру на себя!
***
Гу Сиси погладила живот, и чем дольше она ждала, тем тусклее становился её взгляд.
Уже два часа, а Инь Сычэнь всё не пришёл.
Сейчас половина одиннадцатого, он... наверное, уже не придёт?
Видя, что Му Жона уже клюёт носом, но всё ещё изо всех сил бодрствует рядом с ней, Гу Сиси тоже стало её жаль.
Инь Сычэнь, куда же ты ушёл сегодня?
Ты попросил меня ждать здесь так долго, а сам не отвечаешь ни на одно сообщение.
Прости, я больше не могу ждать.
Прости, не могу составить тебе компанию за ужином...
